— Его об этом кто-то просил? — зашипела Дилана.
— Разве о подобном нужно просить? Он взрослый человек, то есть, эльф, и у него тоже есть выбор. Эйн решил выйти их этого недолюбовного треугольника. Это его право.
— Ты на чьей стороне?!
— На стороне здравого смысла. Дилана, ты который месяц морочишь парням голову, и одному из них это надоело. Они не твои игрушки. Они живые, у них есть своё мнение и чувства.
— Хватит, — изрекла она мрачно. — Не хочешь поддержать, так хотя бы морали не читай. Я не хочу спешить с выбором, они мне оба нравятся. Имир добрый, весёлый, он знает, как парой комплиментов поднять настроение, но он слишком… простой. Предсказуемый. А Эйн наоборот, никогда не угадаешь, что он скажет или сделает в следующий момент. Эта таинственность невольно влечёт. Но он тёмный эльф, и само это несколько пугает, да ещё и некромант, тоже совсем не плюс. И как я должна выбирать?
— Сердцем?
— Как у тебя всё просто. Как простой человек, ты многого не понимаешь. Инициация ведьмы — особое таинство. Да, можно переспать с первым встречным или выбранным старшими мужчиной, и дар раскроется, но будет много потеряно из-за того, что мужчина посторонний. Особое могущество ведьма получает, если проходит инициацию с близким ей мужчиной. Нужна глубокая связь, родство душ. Мне необходима уверенность в моём избраннике. Убеждённость, что он станет мне опорой и поддержкой, что всегда будет на моей стороне и придёт в случае чего на помощь. Мне не нужны сюрпризы, между нами не должно быть тайн.
Я онемела. Мысли разбежались в разные стороны и никак не хотели собираться и выстраиваться в логический ряд. Что вообще я сейчас услышала? Это точно Дилана? Милая, исключительно добрая и немного наивная девушка? Девушка, которая в книгах мучилась от этой неопределённости, потому что ей оба эльфа были дороги и она боялась сделать кому-то их них больно? Для которой чувства в вопросе выбора были на первом месте? Дилана, которую я знаю по книгам, была не способна на такую расчётливость, ей бы подобное в голову не пришло! Что, мать вашу, происходит?
Только сейчас, когда слова Диланы меня основательно ошарашили, я взглянула на происходящее более отстранённо, и у меня волосы стали дыбом. Все они: Имир, Эйн, Олан и Дилана вроде бы были собой, но с течением времени всё больше отличались от знакомых до последней точки героев книги. Олан, как и в книгах, был жаден до новых знаний, но он не стремился просвещать всех и каждого. Не прятался от людей, а наоборот, с каждый днём всё больше радовался чужому вниманию, особенно женскому. Эйн борется со своей зависимостью от Диланы, перестав бегать за ней преданным псом, а сама Дилана выбирает себе спутника, опираясь совсем не на чувства. Только с Имиром пока не ясно, насколько он отличается от прописанного персонажа.
Происходящее мне не нравилось совершенно. Всё меньше в происходящем просматривался изначальный сюжет. Всё слишком стремительно менялось, и я уже не была уверена, что могу предсказать дальнейшие события. Они стали спонтанными, а поведение персонажей всё больше отличалось от канонного. Неужели моё появление так повлияло? Но я же ничего не делала! Следила за каждым своим словом и жестом. А то, что главные герои этого книжного мира обратили на меня внимание, — не моя заслуга. Одно ясно — Раирон и его создания вышли из очерченных автором рамок, и чего ожидать в дальнейшем, не ясно. Всё пошло не так, как задумано. Это пугало и заставляло надеяться, что история, куда меня занесло, не закончится победой антагониста и пришествием в мир демонов межмирья.
Эйн
Никогда ещё я не сталкивался с подобной ситуацией. Моя жизнь всегда была ясной и понятной. Всегда понимал, кто друг, а кто враг. Не было никаких непониманий в симпатиях и антипатиях. Живи, учись, борись или умри. А тут полный раздрай в душе. Всё было не так.
Дилана дорога моему сердцу, меня к ней тянет душой и телом, но разум анализировал её поведение, и мне совсем не нравилось, что я видел. Она определённо симпатизировала нам с Имиром. Обоим. Манила улыбками и взглядами, но при том держала на расстоянии. И так уже несколько месяцев. Срок более чем достаточный, чтобы определиться, но Дилана не спешила. Ей нравилось наше внимание, а меня после такой долгожданной прогулки, дифирамбов Имиру и этого её «друзья», словно замкнуло. Сердцу было больно, душе мерзко, а гордость требовала разорвать этот замкнутый круг. Больше не бегать за ней, не унижаться, забывая обо всём при взгляде колдовских глаз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Действовать решил радикально и бесконечно глупо. Илира училась на третьем курсе, но с первых дней подавала мне знаки внимания, которые невозможно было ошибочно трактовать. Она хотела более близкого знакомства, и в расстроенных чувствах я решился. Провёл с ней ночь. Кто же знал, что Илира воспримет это как знак, что стала для меня особенной, и разнесёт известие по академии?
Целый день я старательно и намеренно не замечал Илиру, но, видимо, она не особенно понятлива, потому как явилась ближе к ночи под нашу с Оланом дверь. Приятель завис, углядев откровенное одеяние девушки, а мне пришлось максимально ясно объяснять ей, что между нами ничего нет и не будет. Проведённая ночь ничего не значит. Она так настойчиво предлагала, что я решил не отказываться от того, что само плывёт в руки. На этом всё. Илира подняла шум, закатила сцену, позабавив соседей, но убралась восвояси.
С моим окружением было куда хуже. Имир осуждал. Чего ещё ждать от «Мистера Благородство»? Весь такой правильный Имир никак не мог принять мой поступок, считая его недостойным. Его даже не смущало, что подобное поведение вполне в духе эльфов, в том числе, светлых. Так уж мы устроены, что остаёмся абсолютно безразличны к случайным любовницам. Стоит страсти утихнуть, и та, кого недавно крепко обнимал и жарко целовал, становится не интереснее предмета мебели. Для нас половая близость не более чем удовлетворение потребности. Чем-то особенным это становится только с избранной, любимой женщиной.
Узнав такие подробности, Олан присвистнул, после чего заявил, что подозревал нечто подобное. Тэя в своём стремлении догнать курс ничего не замечала. А вот Дилана… Она отреагировала ожидаемо негативно. Смотрела на меня, как на предателя, и одновременно ждала, что я буду просить прощения и стремиться загладить вину.
Часть меня этого жаждала. Душа ныла и рыдала, требуя исправить то, что натворил. Мне не хватало её улыбок, лукавых взглядов и тепла её души. Дилана была нужна мне. Но… Но так больше продолжаться не могло. Я — тёмный эльф, а не восторженный человеческий мальчишка, чтобы бегать за ней и стучаться в закрытую дверь. Слишком долго я боролся за право жить так, как угодно мне, чтобы сейчас сменить одну неволю на другую, потеряв себя в женщине, которая явно не питает тех же чувств. Если я нужен Дилане, она даст это понять. Она должна осознать, что выбор есть не только у неё, и принять, наконец, решение, а не мучить нас с Имиром. Только как же больно и до крика тоскливо. Хотелось бежать к ней и молить о прощении, лишь силой воли я заставлял себя оставаться на месте и делать вид, будто всё хорошо.
Посторонние мысли при использовании магии недопустимы. Всегда это знал. В теории. Сейчас, вот, убедился на практике. Была пара по некромантии. Мы должны были перехватить нить заклятия профессора Морга и заставить простейшего зомби выполнить ряд команд. На этот раз занятие проходило в подвальном помещении, а образец был человекоподобным. Больше сказать было невозможно. Глаза, уши, волосы и даже половые признаки отсутствовали из-за сильного разложения. Вонь стояла жуткая, окрашивая лица сокурсников в зеленоватый цвет. Трое вовсе сбежали, и мы слышали, как они избавлялись от съеденного накануне. Перехватив нить управления дохляком, вместо чтобы заставить слушаться, каким-то образом взорвал его, и гнилые ошмётки живописно украсили кабинет и находящихся тут адептов, кто не успел спрятаться. Профессор был в ярости.
— Вы разочаровали меня, Эйнириэль, — цедил он сквозь стиснутые зубы. — Подобных ошибок я ожидал от всяких неучей, — очень красноречивый взгляд в сторону Тэи, — но никак не от вас, одного из лучших на курсе.
