сложное решение.
— Времена изменились. Человечество стоит на пороге огромного технического прогресса.
— Давно уже. Люди уже двадцать лет как летают в космос. Что не мешает им по-средневековому охотиться на ведьм и колдунов.
— По сравнению с тем, что будет дальше, в ближайшем будущем, это ерунда. И если ты вдруг считаешь, что это нас не касается… Еще как касается! Многие ученые, физики и химики, были магами. Очень слабыми, с непробужденной силой или такими же как ты, пустышками. Но у них был определенный склад мышления, сильно развитая интуиция. Они, сами того не зная, толкали человечество к прогрессу. Мы пожинаем теперь эти плоды.
— Это где-то записано, или это ваша теория? — поинтересовался я.
— Мне понятен свой скепсис, но… Во-первых на домашнем обучении вряд ли тебе были доступны все книги по магической истории. И во-вторых, живя в определенной изоляции, ты не в курсе, что сейчас происходит. В мире магии нет единства. Высшие маги всегда относились к нам свысока, считали ничтожествами, диктовали свои условия. Но теперь всё очень скоро поменяется. Я нашел способ урезонить этих гордецов. Наука поставит их на место, а их магия обратится против них.
Я смотрел на него с непониманием и даже подумал, не сошел ли он с ума.
— Я разработал специальные устройства. Которые действуют как ограничитель магии. Не позволяют ею пользоваться. Например, магические наручники. Пока только прототипы, хорошо действуют на низших магов. Но, ничего, для высших тоже скоро разработают.
По спине у меня стал расползаться холод. За окном вдруг снова завыла банши. Тоскливо и отчаянно, как заблудившаяся на болотах выпь.
— Вы занимаетесь разработками… для магической полиции? — произнес я потрясенно.
— Я и еще пара моих друзей. Мы — основатели. Когда ты слабый маг, обладатель серого паспорта — ты как крыса. Вроде незаметный, но как только тебя увидят, сразу выражают на лице отвращение.
— Вы про высших сейчас? Чем они вам насолили?
— Ты это говоришь, потому что никогда ни с кем из них не сталкивался. Хотя, кто знает? Много раз ты задавал себе вопрос, кто убил твою семью, Эгихард?
Я молчал.
— Считаешь, что они не стали бы мараться? До этого момента ты вовсе не казался мне наивным, племянник.
Он долил в свой опустевший стакан, посмотрел на мой, к которому я не притронулся.
— Яда там нет. За твое здоровье. И садись, уже наконец.
Он кивнул мне на кресло напротив. Я чуть отпил из стакана и сел.
— Десять лет назад я еще жил в старой крошечной квартире на окраине, погрузившись в науку. Теперь я живу здесь, — он показал рукой вокруг. — Руины замка тоже мне принадлежат — они мне показались живописными. И это только начало. В Корке работает огромный комплекс по производству антимагического оборудования. В Дублине мои друзья работают в специальной секретной лаборатории. Правительство выделило на все огромные деньги.
— Зачем?
— Ты не понимаешь? Они боятся. Люди боятся. Когда они поняли, на что способны высшие. И что они делали. Какой силой и властью они обладают, как влияют на политику. Точнее влияли. Больше этого не будет.
— Вы не боитесь, что про вас узнают?
— Нет. Официально мое нынешнее состояние — это от огромной сети аптек «Волшебный вереск», где продаются лечебные травы. Никакой магии, хотя на меня работает огромный штат ведьм-травниц. Как прикрытие сработало отлично. Полицейские, что проводили тебя сюда, не в курсе про мою настоящую деятельность. Считают меня отличным лекарем, сами от многого излечились. Но есть и те, которые, конечно знают, кто я на самом деле. И мне надо максимально обелить свое происхождение.
Он сделал паузу, пытливо смотря на меня, видимо ожидая, что я уже догадался, каким способом обелить. Но я молчал, ожидания продолжения.
— В молодости я не особо задумывался. У меня теперь около пятнадцати незаконнорожденных детей. Несколько племянников. Из пятерых сестер осталось трое. У всех них темная кровь, плохая репутация.
— Вы что — своих детей и сестер… — я смолк. — Ничего не хотите рассказать про канун моего совершеннолетия? После услышанного можно вполне решить, что убить меня хотели вы.
— Ты так уверен?
— Готов поспорить на вычеркнутое мое имя из вашего завещания, — произнес я. — Если оно, конечно, существует.
Даллан захохотал.
— Сестры и их дочери — все слабые ведьмы. Толку от них никакого, что они есть, что их нет… Все мои дети — пустышки, Эгихард, как и ты. Зная свою сестру, вряд ли твое появление на свет ее обрадовало. И, может быть, хорошо, что ты ничего не помнишь из своего детства. Впрочем, дело даже не в магии. Дело в обычных талантах и способностях. Ты, меня честно говоря, приятно удивил.
— Тем, что не умер, когда вы этого пожелали?
Даллан помолчал и, сделав глоток, снова уставил на меня своего болотного цвета глаза.
— Нет. Смысла тебя убивать у меня не было никакого, поскольку ты живешь не в Ирландии. Но это не значит, что тебе не стоит меня опасаться. Ты теперь достаточно много узнал. И если не примешь мое предложение, тебе придется плохо, дорогой племянник.
Я смотрел на дядю с непроницаемым лицом. Вот и дошло до прямых угроз. Разговор, проходивший на грани пропасти, похоже, все-таки заканчивался падением в нее. Как в моем проклятом сне. Хотя в данном случае в пропасть угодил дядя. Только он об этом еще не знал.
— Не имея возможности колдовать, ты просто создан, чтобы заниматься тем же что и я, — продолжил между тем Даллан. — Ты обладатель серого паспорта, Эгихард. У тебя вообще не должно быть никаких вопросов к совести и морали. Задай себе вопрос, кто-то из людей вызывал хоть раз добрые чувства?
— Нет, — ответил я и подумал, что родственники у меня добрых чувств тем более не вызывают, особенно те, кто решил, что мне можно угрожать или что моя смерть увеличит
