вернулись к горе. Но, кажется, кошмар Хань Шэна продолжался. В нескольких шагах от входа Ань Юэ пыталась разбить палкой каменистую почву.
– Что она делает? – спросил Фэн Лун у наблюдавшего за девушкой Мо Хуна.
– Она сказала, что будет выращивать тут рис, – ответил ворон.
“И будем жить вместе вечно”, – Хань Шэн вспомнил слова тёмной сущности, принявший облик Ань Юэ, и спросил:
– А других дел у неё не нашлось?
– Почему же? Сначала она пыталась передвинуть твою кровать в пещеру, которую решила обставить для себя, – ответил Мо Хун. – Я решил, что пусть лучше копает землю.
15
Когда Хань Шэн с Фэн Луном ушли, оглянулась в поисках поля деятельности. Его логово выглядело как настоящая холостяцкая берлога. Я молчу о том, что это просто обставленная пещера в горе. Так еще и стоит всё не на своем месте.
Вот, например, кто посреди главного зала ставит магическую формацию, в которых запирает пленных заклинательниц?
Но, прежде чем тут что-то менять, надо было обосноваться самой. Не вечно же мне спать на каменном полу! Поэтому я обошла зал в поисках выхода в еще какую-нибудь пещеру. Таких было насколько, и я выбрала одну из них, показавшуюся мне самой уютной.
– Я буду жить здесь! – сказала Мо Хуну, который все это время ходил за мной по пятам.
– Разве ты не собиралась сбежать? – уточнил он.
– Я передумала, – ответила ему.
В самом деле, зачем куда-то идти, если и здесь не так уж плохо? Этот мир полон опасностей, умереть можно в любой момент. А Хань Шэн, пусть и злится, но пока что меня защищает. Конечно, дело тут в золотом ядре. Но, может быть, он ко мне привыкнет и не захочет потом убивать?
Будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас моей проблемой было привести пещеру в жилой вид. Выровнять пол, обставить мебелью. Если получится – пробить окно.
Подумала, что вряд ли обжитая часть пещеры дело рук строительной бригады. Скорее всего дело в магии. Потому обратилась к Мо Хуну:
– Ты же можешь навести здесь порядок?
– Зачем мне это? – равнодушно спросил Мо Хун.
До этого он отказывался отвечать на многие мои вопросы. Но, кажется, сейчас был готов к диалогу. И, пока он не отказался, ответила:
– Мне надо. А если не сделаешь, стану называть тебя ощипанным цыпленком!
Кажется, ощипанный хвост был для ворона болезненной темой. Он закатил глаза, цыкнул и одним щелчком пальцев выполнил мою просьбу. Мусор и камни с пола исчезли. Даже стены будто стали ровнее.
А эта ци – полезная вещь, скажу я вам. Надо бы и самой чему-нибудь всё-таки научиться.
Следующим шагом было перетащить сюда кровать. Конечно же из комнаты Хань Шэна! Как там было? Мы в ответе за тех, кого приручили. И так об элементарных удобствах приходится думать самой. Но могу простить Хань Шэну эту оплошность. Ему мир захватывать надо, а не думать о таких мелочах.
Однако сделать это оказалось не так просто. Кровать была тяжелой – не сдвинуть. Мо Хун помогать отказался. Второй раз угроза не подействовала. Я осталась ни с чем.
Ладно, решила я, справлюсь как-нибудь сама. Начну выращивать и продавать рис. Деньги в любом мире решают все проблемы. А там эти трое сами будут бегать ко мне и просить поделиться чем-нибудь. Конечно же, я откажусь. Тогда им придется работать в полях, чтобы заслужить мою милость.
Эта мысль грела душу. И я пошла к выходу из пещеры.
– Всё-таки собралась сбежать? – Мо Хун встал передо мной, не давай пройти.
– Нет, – ответила я. – Зачем мне это?
Конечно, Мо Хун не знал, что в этот момент в моих мыслях он раскидывает органические удобрения по воображаемым возделанным полям.
– Просто хочу осмотреться.
Он не стал возражать, но не отходил от меня ни на шаг. Я же осматривала пологий спуск и вьющуюся среди скал тропинку. Условия, конечно, так себе. Но хоть одну грядочку чего-нибудь я посадить должна. Потому выбрала небольшой свободный от камней и деревьев участок недалеко от входа. Ну а что? И ходить далеко не придется.
– Когда Хань Шэн перенесет вход в другое место, до твоих грядок будет не так просто добраться, – предупредил Мо Хун.
Но я отмахнулась от него. Пусть переносят вход, куда захотят, а мне оставят маленькую калиточку.
Инструмента для возделывания земли тут не было. Пришлось взять обычную палку. Ковырять ей землю было удовольствием едва ли не меньшим, чем раскидывать удобрение. Но я продолжала делать это, потому что, как оказалось, в пещере заняться больше нечем. Сидеть и бояться запертой в клетке и то было веселее.
За этим делом и застал меня вернувшийся Хань Шэн. Угадайте, что он сделал? Взял палку-копалку и тоже стал ковырять землю? Нет, конечно!
Он опять разозлился и велел мне никогда не заниматься земледелием. Интересно, что он имеет против выращивания риса?
Вообще-то за бесполезным ковырянием земли я поняла, что это вообще не моё. И потому очень обрадовалась, когда Хань Шэн велел мне вернуться в пещеру и снова заняться самосовершенствованием. Не смогла сдержать улыбку, когда села напротив него в позе лотоса. Вот научусь всем этим штукам, и не такое смогу!
Вот только моё усердие Хань Шэну тоже не понравилось. Он сказал, чтобы я повторяла упражнение, которое назвал “самое простое, с ним справится даже бездарь”. И ушел в свою комнату.
С уходом Хань Шэна атмосфера в пещере изменилась.
Для начала Мо Хун протянул Фэн Луну связку монет. Она была довольно увесистой.
– Она не собирается сбегать, – коротко пояснил он.
И я поняла, что этот новый спор демон снова проиграл. Зря я не успела сговориться с драконом. Однако этот выигрыш Фэн Луна не обрадовал.
– Но так не интересно! – возмутился он. – Ань Юэ, что это значит?
Его лицо было таким несчастным, что мне сразу захотелось куда-нибудь бежать. Я даже покосилась в сторону комнаты Хань Шэна – в ту сторону бежать надежнее. Пусть он злобный злодей, но по-настоящему плохого мне ничего не сделал. А значит можно начать обосновываться в этом мире под его надежным крылышком.
Потом выяснилось, в чем причина сегодняшнего плохого
