секунд, которые я трачу на прямое и не самое вежливое разглядывание Лесневского.
Классический костюм идеально подогнан по фигуре и сидит безупречно. Ролексы на запястье. В тёмных волосах поблескивают редкие серебряные нити седины. Взгляд проницательный и цепкий, прямой. Между бровей глубокая морщинка — признак сосредоточенной и напряжённой работы.
Вдруг совершенно внезапно на меня обрушивается осознание, что я вообще-то ужинаю с мужчиной. Мы в интимной обстановке ресторана, красиво одетые и пьём вино…
Слегка трясу головой, отгоняя угрызения совести.
Я ничего Доронину не должна! Особенно после того, что он сделал с моими чувствами.
— Ян, как вы это пережили?
— Развод?
— Предательство в целом.
Лесневский накалывает кусочек стейка на вилку и размазывает им по тарелке соус. Отправляет в рот и медленно методично жуёт, устремив взгляд куда-то сквозь меня.
— Плохо перенёс. Разрушал себя. Жалел. А потом осознал, что да, она забрала у меня всё заработанное, но оставила кое-что, принадлежащее только мне.
— Офшоры? — шепчу я тихо, чуть склонившись к Лесневскому.
— Нет, — смеётся. Тычет пальцем себе в висок. — Вот это. Мозги. Мой интеллект. Моё умение из говна и палок построить бизнес с миллионными оборотами. И я, честно сказать, благодарен бывшей за то, что она показала истинное лицо именно тогда. Спасибо и за то, что поступила так, как поступила. Она дёрнула это, как пластырь, выдрав вместе с кожей и мясом все мои к ней чувства.
— Что же, считаете, мне нужно поблагодарить Андрея? — недовольно фыркаю.
— Поблагодарите себя за то, что не раскисли. Лара, я вам поражаюсь! Честно! Вас унизили, а вы расправили плечи и ринулись в бой.
— У меня нет выбора.
— Выбор есть у всех и всегда. Я выбрал пить и страдать, и лишь спустя время взял себя в руки. Вы — другая. Люди, называющие женщин слабым полом, крайне неправы. Женщины выносливей и гибче мужчин. И я в искреннем восхищении. Поэтому и решил помочь. К тому же, такие партнёры, как ваш муж, мне не нужны. Нет никаких гарантий, что он не решит опрокинуть меня со сделкой. А вот вы вряд ли так поступите. Не вижу я в вас подлости.
— Я благодарна за доверие.
И снова этот сканирующий взгляд врезается мне между бровей.
— Позвольте один совет, Лара: не затягивайте и не заигрывайтесь. Чуда не случится. Подавайте на развод первой, и тогда выйдете из этой ситуации стопроцентным победителем, без острого послевкусия и неприятного осадка на душе.
Киваю на всё, что говорит Лесневский.
Удивительно, как похоже мы рассуждаем.
Мне приятно и легко с ним, будто встретила родственную душу. И повисший надо мной лезвием гильотины развод уже не кажется чем-то фатальным и пугающим.
Мы болтаем ещё пару часов, которые пролетают, как один миг.
А в такси, по дороге домой, я связываюсь с адвокатом и назначаю встречу в нашем офисе на завтра.
Глава 24
Андрей.
Захожу в квартиру, открыв дверь своим ключом.
Нелли спит, обвив загорелыми стройными ножками скомканное одеяло.
Хочется наброситься на неё и затрахать!
Меня не должно быть здесь сегодня, это всё Лара виновата.
Завела меня и спокойно уехала к своей Тае. Оставила с зудящими яйцами. Пускай потом не удивляется, что я нашёл другую.
Была бы она хорошей женой, мне не пришлось бы смотреть налево.
С одной стороны, мне даже жаль, что всё так получилось. Лара хорошая женщина, надёжная. С такой можно не бояться смело шагать в будущее и воевать против целого мира, ведь она всегда будет стоять рядом и послушно подавать патроны.
Но Нелли — это та, ради которой действительно хочется достигать, завоёвывать и пахать.
Нет ничего странного и плохого в том, что я нашёл другую.
Мир меняется, люди вокруг меняются, а я почему-то должен оставаться с тем, кого выбрал десять лет назад?
В корне не согласен.
Я уже не тот беззаботный жизнерадостный парень без гроша в кармане, каким был в начале наших отношений.
Я теперь солидный мужчина. Мне полагается иметь рядом такую женщину, которая одним своим видом могла бы указать на мой статус.
Выросли доходы — выросли и запросы.
И мои нынешние запросы может удовлетворить лишь одна женщина.
Нелли.
Она почти идеальна.
Ещё бы умела готовить и поддерживать чистоту в доме… Но всё это приложится, как только мы станем жить вместе, как полноценная супружеская пара. В ней обязательно проснётся желание создавать уют и наводить порядок. Готовить мужу вкусные борщи.
Вытаскиваю из купленного по пути сюда букета альстромерию, сажусь на колени у кровати.
— Сладкая… — касаюсь лица Нелли, веду лепестками по полным губам, острым скулам. — Сладкая, просыпайся…
Она вздрагивает, резко распахивает глаза.
— Чёрт, Андрей! Какого хрена?!
Опешив, отшатываюсь в сторону.
— Что не так?
— Почему ты вламываешься в мою квартиру без приглашения?
— Вообще-то, милая, эта квартира настолько же моя, насколько и твоя. Я плачу за неё, забыла?
— Будешь меня этим попрекать? — ноздри её расширяются на каждый вдох.
Нелли — хищница. Ей палец в рот не клади — откусит. Этим она меня и заводит.
Настоящая женщина.
Дикая, страстная, непредсказуемая и эмоциональная.
— Не попрекаю. Просто напоминаю, кто здесь папочка. Так что не дерзи мне.
Нелли закатывает глаза, но тут же меняется в лице. Снова становится мягкой и гибкой, как кошка.
— Андрюш, мне просто не нравится, когда смотрят, как я сплю, понимаешь? Это некрасиво.
— Красиво. Ты очень красиво спишь.
— Ну я не об этом, — мурлычет она, перетекая в мои объятия. — Ты приехал, чтобы рассказать мне хорошие новости?
— Какие?
— Например, что фирма теперь твоя и ты подаёшь на развод.
— Я ведь уже сказал, что работаю над этим.
— Плохо работаешь, — обиженно надувает губы. — Ты совсем не хочешь, чтобы мы были вместе.
— Хочу!
— Тогда почему не шевелишься?
Нелли встаёт, накидывает на плечи прозрачный халатик. Идёт на кухню.
— Я шевелюсь. Лара подписала бумаги о передаче активов.
— Сама? — плотоядная улыбка расползается на всё её личико.
— Сама. Даже не пришлось хитрить. Я же говорил, что моя клуша мне доверяет, как себе.
— Молодец, выдрессировал жену.
Припираю Нелли к кухонному гарнитуру, врезаясь в её бедро стоячим членом.
У меня уже всё дымится в штанах!
— Тебя тоже выдрессирую.
— О, как меня это заводит, Андрюш… — острые коготки легко царапают мою шею.
Останавливаю её кисть.
— Тихо, сладкая. Без следов. Лара заметит.
— Достала твоя Лара… — Нелли отстраняется, лезет в шкаф за пачкой кофе. — Когда ты разведёшься?
— Скоро.
— Может, тебе нужна дополнительная мотивация?
— Телесно-ориентированная?
Нелли хитро щурится.
Усаживает меня силой на стул и
