волоски на моих руках встают дыбом оттого, как её нежные вздохи касаются моей кожи. И даже как её маленькая ладошка покоится у меня на груди, аккурат в районе того самого поплывшего сердца – нравится. И это такое дерьмо.
Я выругиваюсь беззвучно, свободной рукой потирая переносицу.
Что за ерунда такая, мужик? Мы не спим в одной постели с телочками!
Да, но и на кинчике с чипсами мы с ними тоже не зависаем…
Троекратное дерьмо!
Уже очень много лет мои отношения с женщинами ограничивались парой бокалов вина и жарким сексом. Никакой дружбы. Никакого непринуждённого общения без ожиданий. Ничего, кроме физики и удовлетворения потребностей. Я уже забыл, когда в последний раз просыпался с бабой в одной постели. И уж тем более в обнимку. И мне, чёрт побери, так было комфортно! Я не собирался ничего менять. Мне не нужны отношения. Не нужны привязанности. Не нужны чувства. Но это…
Аврора что-то в моей идеальной жизни надломила. Пора признать, что с появлением котёнка в этой квартире у меня всё пошло по звезде. Медленно, но планомерно. Она бесит меня до звёзд в глазах своими выходками. Но при этом я отчаянно жажду узнать, что ещё эта девчонка способна выкинуть. Её слишком много в этой квартире. Везде. Повсюду. О ней напоминают десятки мелочей: от появившихся в гостиной на диване разноцветных подушек и дурацких бумажек в холодильнике до гребаной туалетной бумаги с ароматом клубники в туалете. Она образец женской наивности, блин! Но за её улыбку большинство парней будут готовы подписать контракт с самим дьяволом. Это самая противоречивая женщина в моей жизни, которая в своих смешных огромных футболках и с косичками до задницы и на женщину-то ещё не похожа! Но при этом я её так сильно хочу, что даже сейчас у меня в паху огонь. Вчерашняя фантазия во время секса с другой – красочное подтверждение тому, что меня на ней адски зациклило. Мой член в одной, а перед глазами стоит образ другой. Аврора всего лишь невинно дышит мне в шею – даже не подозревая, какой оказывает на меня эффект – а я уже, как последний извращенец, в своих мечтах ставлю её на колени.
Ситуация дерьмо. Я уже говорил? Меня на ней ведёт. Всё. Харе отнекиваться. Пора признать – я хочу трахнуть свою соседку. Я думаю о ней слишком часто. А вся моя злость на её идиотские выходки – лишь гребаный защитный механизм. Ведь постоянно злиться проще, чем бесконечно её хотеть.
Конечно, можно было бы забить на все правила логики и принципы морали и забраться к ней в трусы. Сейчас. Разбудить и сделать нам приятное «добрососедское» утро. Но тут возникает новая проблема…
Я не конченый придурок, а Аврора не из тех, с кем можно на раз или два. С ней нельзя просто перепихнуться и потом со спокойной совестью продолжать жить за соседней стенкой. Ей двадцать, мать твою, лет! Она по сравнению со мной вообще малыха. Впечатлительная, влюбчивая, верящая в единорогов принцесса. У неё ещё вся жизнь впереди. И вряд ли ей нужен такой чувак, как я. С багажом непростого прошлого за спиной. Без бабок. Хаты. И работой, с которой порой не все могут вернуться. Ей нужен какой-то милый, заботливый, симпатичный тюфячок, что будет комфортно существовать под её высоким каблуком. А не нахальный, прямолинейный, наглый вояка.
Но больше всего во всей этой ситуации знаете, что бесит? Что я, вполне логично рассуждая, до сих пор лежу рядом с ней и не дышу. Лишь крепче прижимаю её к себе за плечи и с внутренним содроганием жду, когда раздастся сигнал будильника. А надо бы быстро, сиюминутно, не оглядываясь валить.
Но я не ухожу. Слушаю тишину, её сопение и вой предупреждающей об опасности сирены в собственной черепушке. И лишь когда двадцать минут спустя мой телефон в кармане спортивных штанов начинает негромко вибрировать, нахожу в себе силы, чтобы двинуться.
Я вырубаю будильник и пытаюсь осторожно снять со своей руки Аврору. Она, завозившись, сонно бормочет:
– Ещё пять минуточек… – и закидывает мне на бедро свою голую стройную ножку, случайно касаясь стояка.
Я беззвучно шиплю. Каждый мой рецептор в теле реагирует на её прикосновения. И так бодрый утром, я становлюсь ещё бодрее. И эта история уже перерастает во что-то болезненное. Не только физически.
Понимаю – надо отсюда валить. Срочно и быстро.
Приложив немало усилий, я выбираюсь из-под девчонки и даже умудряюсь встать с кровати так, чтобы матрас не сильно спружинил. Подсовываю Авроре в руки вместо себя одеяло и вылетаю из её спальни, на бегу стягивая футболку.
Залетаю в душ и врубаю бодряще холодную воду с надеждой на то, что моя проблема ниже экватора замёрзнет и упадёт. Но… хрен-то там! Вчера мне не дали закончить начатое, сегодня провокационно потрогали… Моя выдержка не безгранична. А заступать на сутки взвинченным, при моей профессии, отвратительная затея. Поэтому приходится по-быстрому самостоятельно о себе позаботиться. Хоть я себя за это и ненавижу сейчас! Но упираю руку в кафель, а второй сжимаю ствол. Начинаю передергивать быстрыми, крепкими движениями. Моё дыхание сбивается. Рука ускоряется. Я расставляю ноги для устойчивости и запрокидываю голову, подставляя её под льющуюся воду. Закрываю глаза, представляя… фантазируя… Ещё пара резких движений по всей длине, и с моих губ срывается рык. Чёрт, да! Последний раз толкаюсь бёдрами в свою ладонь и, содрогнувшись, разряжаюсь, грубо застонав. И тут чувствую, как моё разгорячённое тело обдаёт сквозняком, словно… кто-то открыл в ванную дверь. Что за…?
Я молниеносно оборачиваюсь и дёргаю шторку. Мои глаза в шоке округляются.
– О-о-ох, чёрт, ты что… ты… прости! – вспыхивает Аврора и, резко долбанув дверью ванной о косяк, убегает.
Я всё ещё сжимая одной рукой член, а другой шторку, как олень в свете фар – стою и таращусь на захлопнувшуюся дверь. Это пиздец. Решительно заявляю – это самое странное утро в моей жизни!
Моюсь и бреюсь я с армейской скоростью. Из ванной вылетаю уже конкретно опаздывая на работу. Топая по коридору в свою спальню, краем глаза вижу бросившую на меня виноватый взгляд из гостиной девчонку. Она выглядывает из-за угла, кусая губы. Её щёки до сих пор полыхают румянцем, а глаза большие, как гигантские изумруды. Она явно смущена и не знает, что сказать.
Я же нахально ей подмигиваю и решительно делаю вид, будто мне похеру, что она только что увидела, как я дрочу. Хотя, конечно, это
