не так. Блять! Главное, чтобы она не узнала, что я удовлетворял себя, представляя ее. Вот это по-настоящему будет неловко.
Одеваюсь в спортивный костюм, хватаю спортивную сумку, телефон и ключи от тачки и вылетаю в коридор. Начинаю в темпе обуваться и слышу за спиной сначала шлепающие босыми ступнями шаги, а затем робкое:
– Кхм, я со сна перепутала двери… Прости… Я, э-э, хотела писать… Клянусь, не собиралась заходить в ванную и подглядывать… Да я и не видела ничего… Только, м-м, слышала…
– Без проблем, – отрезаю я.
– П-правда? – переспрашивает удивленно котенок.
– Конечно, – хмыкаю я, оглядываясь. – В следующий раз заходи, не стесняйся. Может, придумаем что-то на двоих, – бросаю нагло, сдергивая с крючка парку.
Лицо девчонки вытягивается. К щекам приливает кровь. Мгновение, и она поджимает губы, выдавая, шипя:
– Придурок.
– Рад, что мы вернулись к тому, с чего начали. Отвратительного дня, котенок.
– Чтоб тебе плюнули в кофе, индюк! И вообще… – что там «вообще» уже не слышу, потому что выскакиваю из квартиры и отрезаю поток «пожеланий», захлопнув дверь. Благо из-за суматошного утра мне некогда анализировать случившийся дома звездец.
До базы я мчу на толком непрогретой тачке. Она рычит, мычит и дергается, отказываясь ехать. Мне приходится буквально изнасиловать свой внедорожник, чтобы докатить до работы.
Через проходную пролетаю в восемь часов утра. Ровно минута в минуту. В это время весь отряд уже сидит в общем зале и слушает начальство. Тогда как я еще только бегу в раздевалку переодеваться. Олень!
На собрании появляюсь, опоздав на пять минут.
– Где тебя черти носят? – шипит почти беззвучно в мою сторону Раш.
– Проспал, – бросаю я.
– Ты ахерел? Из-за той бабы из бара что ли? Ты у нее ночевал?
Хочу буркнуть на друга, чтобы попридержал свои вопросы до конца собрания. Но тут перехватываю взгляд командира отряда и затыкаюсь. Сота пришибает меня взглядом к стулу, обещая припомнить мне этот косяк. Я коротко киваю, показывая, что понял и испугался. Дальнейшие разговоры прекращаем.
Дисциплина в нашей работе – не пустой звук. Порой от пары мгновений может зависеть чья-то жизнь. А первые заявки наваливают еще на пересменке. Короче, опаздывать нам на работе категорически не рекомендуется. Но я, искренне уповая на то, что мой идеально чистый послужной список сыграет мне на руку, сильно не парюсь. Оказывается зря. Сегодня судьба решила, видимо, воздать мне сразу за все прошлые жизненные косяки.
– Между прочим, сегодня на базу генерал с проверкой прикатил, – сообщает мне Трошин шепотом. – Вон он сидит, – едва заметно кивает в угол зала. – Пугающий тип. Никак не могу к нему привыкнуть…
Я перевожу свой взгляд. Проклятье! И как я его сразу не заметил?
Глава 11 (Глеб)
С самого края длинного стола сидит знакомое лицо. Генерал Игнат Савельевич Виленский. Высокий, поджарый мужик в годах. В темно-зеленой форме и при погонах с такими звездочками, до которых большинству находящихся здесь в жизни не дослужиться. По-военному короткая стрижка, посеребренные сединой виски, волевая челюсть. Хмуро сведенные брови и прицельный взгляд. Угадайте куда?
– По ходу, он тебя «срисовал», старик, – качает головой Раш. – Ты попал.
– Ну пиздец, – выдыхаю я, сползая жопой по стулу, силясь слиться с цветом бледных стен. Первый раз за пять лет я облажался и сразу при свидетеле. Да еще каком! Класс. Теперь понимаете, почему я не завожу отношений? Они мешают. Всегда. Без исключений.
Я с ужасом жду окончания собрания, предвкушая, что меня «вызовут на ковер». Тем более, что Виленский из тех мужиков, для которых военный устав – святая книга. Жесткий, категоричный и принципиальный, не терпящий никаких попустительств. Шаг без приказа – расстрел на месте. Опоздание – увольнение. Таких фанатиков своего дела еще поискать. Я знаком с Виленским уже достаточно, чтобы выучить все его загоны. В свое время именно с его подачи я по распределению попал в элитные войска. И под его надзором прошагал через армию. С его же «легкой руки» подписал свой первый контракт. Да и с Питерской «Альфой» не все так прозрачно. В день своих вступительных испытаний в отряд я мимоходом считал в разговоре мужиков фамилию знакомого – тогда еще полковника – Виленского. Совпадение? Не думаю. Но и на сто процентов быть уверенным в том, что вся моя военная карьера – тайное протежирование Игната Савелича, не могу. Особой любви в мой адрес он никогда не показывал. Даже сейчас все собрание я сижу как на иголках под его хмурым взглядом.
Короче, мой утренний стресс продолжает нарастать. Но едва руководство зачитывает нам список задач на предстоящую смену, как Сотников тут же распускает наш отряд по тренировочным залам. А сам закрывается с генералом и своим замом в кабинете. Только тут я выдыхаю. Кажется, пронесло.
Утро на базе пролетает в бесконечных тренировках. Ничего нового. Разминка, приседания, отжимания, подтягивания, пятикилометровый забег и, как вишенка на торте, рукопашный бой. Один на один. И трое на одного. Я предпочитаю второе.
И сегодня спаррингую с Рашем и еще парочкой парней: один новичок в нашем отряде – Леня, а второй «старичок», пришедший в «Альфу» на пять лет раньше нас с Трошиным – майор Ребров.
– Почешем кулаки, парни…
– Давайте, в полную силу. Без поддавков.
– Кто первый? Как будем решать?
– По старинке?
Мы выходим на маты и раскидываем на «камень-ножницы-бумага». Первый бой мой. Второй – Раша. А третий и четвертый – Реброва и Леонида соответственно. Мы с парнями отбиваем кулаками «пять» и готовимся друг другу навалять.
Наш инструктор дает свисток. Первый поединок. Пять минут на то, чтобы надрать противникам задницы или, в крайнем случае, хотя бы продержаться и не сдохнуть. На меня градом сыпятся со всех сторон выпады и удары. Половину мне удается блокировать и ответить. Примерно столько же избежать, увернуться. Лишь малая часть достигает своей цели: такие, как удар кулаком в челюсти от Трошина и «привет» от Реброва по коленной чашечке. Майор заезжает так, что у меня перед глазами темнеет, и подлетает со спины, беря в захват. Планируя свалить. Однако мне удается быстро сгруппироваться и перекинуть его через плечо, уложив на маты. Следом я «вырубаю» одним точным ударом под дых целящегося мне в печень Раша. И с разворота заваливаю на лопатки Леньчика. Свисток. Победа за мной.
Второй поединок Раша, и этот идиот то ли дремлет, то ли сдулся. Но нам с парнями хватает двух минут на то, чтобы его «нейтрализовать». На третьем подходе, с Ребровым, нам с парнями приходится повозиться
