— Тогда идём сейчас же! — сказал я, беря приготовленную заранее сумку с зеркальными артефактами. — Посмотрим, как сработаемся в связке.
Я пропустил девушку вперёд, а сам отправился следом. Несмотря на мою нелюбовь к ламиям, пахло от Регины приятно. Такой аромат источают луговые травы с налившимися зелёными листьями, он напомнил мне о знойном полдне, когда так приятно лежать под раскидистым деревом и смотреть наверх, жуя травинку. Безо всякой цели и мыслей.
— Налево, в лазарет, — направил я девушку на очередной развилке в коридоре.
— Зачем? — прошептала она, обернувшись. В голосе звучал неподдельный страх, будто я решил вывести её в полночь на прогулку по липовым аллеям.
— Мы же будем искать виновных, значит, нужны те, кто пострадали от их рук, — объяснил я как можно более безразличным тоном, прекрасно осознавая, какому испытанию подвергну адептку. И мне было её жаль, но Волкодлак с его зельями вряд ли станет её щадить, так что переживёт.
Она кивнула и сглотнула слюну, посмотрев куда-то в сторону. На бледной коже ламии выступили красные пятна.
— Там Есения, да? — спросила она тихо и вскинула на меня влажные от слёз глаза.
Первым порывом было подойти и сказать что-нибудь ободряющее, но родители давно научили меня, что Дракон не следует первым порывам.
— Да, Регина, не буду лгать. Нам придётся окончить то, что начал преступник.
Я постарался, чтобы мои слова не прозвучали слишком жёстко, но это было сложно. Драконы не привыкли утешать дев. Наши дочери, Сильфы, всегда знают, что, если сказали «надо выстоять», значит, так и положено. Держать лицо во всём и всегда, не показывать слабости — в этом сущность драконьего завета.
— Я не могу отменить это задание, Регина, — продолжил я, подойдя чуть ближе и взяв двумя пальцами девушку за подбородок, чтобы заставить её посмотреть в глаза. — И не могу предоставить отсрочку. Ламии будут погибать, это очевидно. И эти существа не остановятся только потому, что кому-то их действия причиняют боль.
— Существа? — ахнула девушка, приоткрыв рот и показав ровные белые зубы. — Их несколько?
— Да, если судить по воспоминаниям первых двух жертв, — кратко пояснил я, озираясь по сторонам.
Никого. Удачно, что в Кломмхольме не принято шляться без дела, адепты проводят время на занятиях, в комнатах или в общей гостиной факультета. И всё же осторожность не бывает лишней. Чутьём я ощущал, что здесь никогда не бываешь один, если только не заперся в комнате, накинув на неё заклинание укрытия.
— Пойдём, помни, Регина, ты действительно можешь помочь найти виновных. Я не вру и не преувеличиваю.
Отпустив девушку, я отошёл на шаг. Адептка шмыгнула носом, но кивнула. Хорошо, что не стала говорить никаких глупых фраз наподобие «обещаю, что не подведу вас», потому что ни я, ни она, ни даже гранд Дазромак не мог бы этого пообещать.
Оставшийся путь до лазарета мы проделали молча. А когда вошли в прохладное помещение с высокими сводами, то первым, кого я заметил, была вовсе не травница гранда Тулия, а тот самый пронырливый одноклыкастый гранд Дазромак, сидевший на пустой постели по соседству с жертвой с таким выражением лица, будто получал от происходящего истинное удовольствие.
Правильно говорят, все оборотни — садисты. А это низкорослый Волк, видимо, превосходил своих собратьев. Помянешь ликана, и вот он тут как тут!
***
Увидев новое лицо в лазарете, я, к своему ужасу, поняла, что именно его заметила в Зале во время занятия по Анимагии. Низкорослый некрасивый мужчина в сером костюме поднялся нам навстречу, и я подавила желание спрятаться за спиной гранда Гумонда.
— Не ожидали меня здесь встретить, верно?
Разговаривал Волкодлак, а это был именно он, судя по голубым глазам, в которых отражалась его звериная сущность, тоже странно, не так, как обычные люди, а громко, с драматическими нотками, будто выступал перед аудиторией.
— Ожидал, но надеялся, что обойдётся, — ответил преподаватель, вполне спокойно положив сумку на соседнюю койку, тоже пустую. Лазарет почти всегда пустовал, болели волшебные существа крайне редко, и умений гранды Тулии вполне хватало, чтобы быстро поставить их на ноги.
Пока дознаватель и Дракон перебрасывались колкостями, я во все глаза смотрела по сторонам. Есении нигде не было видно, может, всё решилось без нас?
Но это была слабая надежда. Мы, ламии, крайне живучи, чего нельзя сказать о Даре. Отнять его сложно, но вполне реально даже для неподготовленного недоброжилателя, если пустить в дело сильный артефакт. Шёпотом по коридорам и гостиным Института уже растекались слухи о том, что это именно такой случай.
— Ну-ка, дайте посмотреть на ваше сокровище поближе, — между тем произнёс Волкодлак, имея в виду меня.
Я вздрогнула, будто меня ударили током. Не нравился мне этот дознаватель, какое бы честное лицо у него ни было!
— Посмотрите в дело, — сухо ответил Дракон, и я испытала огромное облегчение от того, что не придётся заглядывать в глаза оборотня. — Вы ведь здесь за этим?
— В том числе, — пожал плечами дознаватель и подмигнул мне, всё ещё державшейся за спиной преподавателя.
Я опустила глаза, чувствуя, как вспотели ладони. Не представляла, что от меня требуется, но это явно замешано на Магии кроив, иначе зачем бы гранду Гумонду потребовалась моя помощь? Вполне можно было бы обойтись и способностями прочих волшебных существ!
Дракон тем временем открыл сумку, Волкодлак тут же попытался заглянуть через его плечо, на время выпусти меня из виду, но, получив отпор в виде недовольного взгляда Гумонда, виновато улыбнулся.
— Интересно же. Такая профессия! — произнёс он, будто оправдываясь, а потом расправил плечи и сказал уже более уверенным тоном: — Да и не следует забывать, что именно я представляю здесь официальный закон. Это больше не местечковое дело, Сиятельный, вам ли не знать, что двойной контур, который разглядела ваша ассистентка, может означать только одно.
И снова Волкодлак удостоил меня пристального взгляда, но на этот раз я его выдержала, хотя понятия не имела, о чём он говорил. Двойной контур — надо поискать в библиотеке, что он означает. Или спросить Дракона прямо, только не сейчас.
— И это дело уже приобретает совсем другой, можно сказать, государственный размах, — Волкодлак снова перешёл на драматический тон. — Кстати, я не представился. Ламберт Дазромак, первый старший дознаватель Второго Ведомства Тайн.
И он чуть комично поклонился, прижав руку к груди.
— Регина Лесникова, четвёртый курс Кломмхольма, факультет ламий, — с максимальным достоинством, стараясь не показать удивления, ответила я и сделала книксен.
Первый старший дознаватель! Это вам не баран накашлял! Второй человек в Ведомстве тайн, после его главы! Ох, наверху серьёзно заинтересовались этими случаями! Впрочем, и хорошо! Нельзя оставлять зло, а тем более убийство, безнаказанным!
— Не терпится начать наш эксперимент, — потирая руки, продолжил Волкодлак и так посмотрел на преподавателя, будто произнёс это из вежливости. а на самом деле считал Зеркальную магию шарлатанством, сродни базарным фокусам. — Покажите, гранд Гумонд, всё, на что вы способны. И мне будет, о чём доложить главному Тайному советнику.
Дознавателя распирало от чувства собственной важности, а я стояла рядом, будто случайная свидетельница происходящей перепалки между двумя грандами, и надеялась, что моё участие в расследовании будет полезным.
Этот низкорослый Волкодлак знаком с самой верхушкой того Ведомства, где я мечтала работать. Может, именно благодаря этому расследованию мне выпадет шанс получить его протекцию?
Но все эти мысли разом покинули мю голову, стоило нам перейти в небольшую комнату, ранее служившую пристройкой к лазарету, подсобным помещением, вроде аптеки, но теперь и здесь поставили три койки, возле одной из которых и хлопотала гранда Тулия, целительница.
— Наконец-то вы пришли, — с воодушевлением сказала она, распрямившись и повернувшись к нам. Лежащую на постели девушку было не разглядеть из-за белой завесы, сооружённой целительницей.
