- Сделай тише, и я пойду! - мой голос пищит, срываясь на фальцет.
Серые глаза Палея быстро скользят вверх- вниз по моей фигуре, кадык заметно дёргается, а я моментально ощущаю себя голой в этих несчастных персиковых шелковых лоскутах.
- А я может не хочу, чтобы ты уходила,- губы Антона расплываются в кривой улыбке. Взгляд с моего лица снова сползает ниже и замирает на скрещенных на груди руках, словно пытаясь рассмотреть всё сквозь них.
- Я спать хочу... Первый час! - произношу почти жалобно.
- Уже не хочешь и завтра выходной,- шире улыбается Антон и хлопает по дивану рядом с собой, приглашая сесть. Совсем как Тиме утром.
- Давай, Лейла. Посмотрим что- нибудь...
- Ещё не насмотрелся за сегодня?- бурчу я себе под нос, переминаясь с ноги на ногу. И тут же мучительно краснею, закусывая губу. Вышло как-то...обиженно??Дьявол...
-Ревнуешь?- бархатным голосом интересуется Антон, подаваясь вперёд.
- Бредишь?- фыркаю излишне беззаботно и...плюхаюсь на диван рядом с ним.
Боже...ЧТО Я ТВОРЮ? Надо встать и уйти немедленно, но...Но поздно. Меня уже несет, как взбешенный локомотив.
Я незнаю, КАК он это делает и делает ли для этого вообще что-нибудь, но всю кожу покалывает дурашливыми мурашками, а внизу живота схлопывается миллион микроскопичеких пузырьков, стоит нашим плечам соприкоснуться. Слишком поспешно отсаживаюсь на более безопасное расстояние, за что получаю добродушный насмешливый взгляд серых глаз.
- Пожелания? Драма, боевик, комедия...- Палей нахально изгибает бровь и кивает в сторону экрана,- "Стар трек"?
Скорбно вздыхаю в ответ.
-Индийские фильмы люблю...
-Пффф...Только если тоже майку снимешь!
Антон делает такое забавное перекошенное ужасом лицо, когда это говорит, что я снова начинаю смеяться. И напряжение схлынивает, как вода при отливе. Мне вдруг становится легко и хорошо. И невыносимо тепло. В эту ночь, в этой комнате, с этим человеком.
21.
-Турецкие сериалы?- милостиво предлагаю компромисс, едва выговаривая слова сквозь смех.
- За что ты так со мной!- Антон тоже начинает ржать, с позором проваливая миссию сохранить трагическую маску на лице.
- У меня варианты кончились, я пошла,- я вскидываю руки как при сдаче и уж было встаю, но застываю на полусогнутых ногах, потому что горячая шероховатая ладонь вдруг крепко обвивает моё запястье.
Смех застревает в горле удушливым комком. Руку простреливает током до самого предплечья. Антон больше не улыбается. Стальные глаза смотрят снизу- вверх на меня требовательно и тяжело. Кошусь на его пальцы, впившиеся в мою руку раскаленными прутьями, но он и не думает отпускать.
- Не уходи...Правда...
Антон это так тихо и хрипло произносит, что мои ноги подкашивает слабостью, и я медленно оседаю обратно на диван, не в силах отвести глаза от его лица . Молчим. Его ладонь до сих пор обжигает мою кожу на запястье, просто испепеляет её. А я не нахожу в себе сил попросить отпустить. Парализовало. Это всего лишь прикосновение, Лей, приди в себя...Приди...Боже, почему? Почему...
- Не ухожу,- едва шевелю губами.
Мужские пальцы будто нехотя разжимаются, наконец освобождая меня, и Антон даже как-то назад подаётся, увеличивая расстояние между нами. Удушливая неловкость потрескивает в воздухе. У Палея такой вид, будто он тоже сбит с толку.
- Гхм..- Антон откашливается, переводя взгляд на экран,- Может, ужастики, м?
- Ой, нет, я боюсь,- сразу отметаю эту шикарную идею.
- Ну, так в этом же и смысл!- фыркает Палей воодушевленно и заходит в нужный раздел,- Давай, какой?
На экране мелькают картинки одна симпатичнее другой: то у кого-то челюсть отваливается, то у гроба крышка съезжает, и оттуда показывается разлагающаяся рука.
- Блин, Антон, я, правда, не могу их смотреть,- хмурюсь, следя за тем, как он быстро листает меню.
- Да ладно тебе...Вот! Совсем не страшный...- щелкает кнопка выбора, и на меня с плазмы пялится жуткий клоун.
- "Оно"? Не страшный?- я невольно тянусь за диванной подушкой и крепко обнимаю её, положив себе на колени.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Там же про детей. Ты уже выросла из круга интересов Пеннивайза, Лукум. Вот Тиму показывать не будем, - беспечно пожимает плечами Антон и, подмигнув мне, кладет руки поверх спинки дивана, а ноги вытягивает на журнальный столик, показывая, что к просмотру полностью готов.
Я демонстративно горестно вздыхаю и тоже слегка откидываюсь на спинку, подогнув под себя босые ступни и надежно укрыв голые ноги большой подушкой. Ощущение мужской руки за моей головой отдаётся нервной вибрацией в грудной клетке и странным звенящим напряжением. Я чувствую каждый волосок на своей голове, каждое шевеление нагревающегося чужим теплом воздуха. Дыхание выходит поверхностным и частым, и иногда мне приходится контролировать его, чтобы это было не так заметно. Антон смотрит только на экран, как и я, но при этом, я уверена, что он тоже, как и я, боковым зрением следит за каждым моим движением. Я вижу, как поднимается и опадает его грудная клетка, как иногда он облизывает пересыхающие губы, и мне чудится, что его так же мелко колотит, как и меня.
Вначале фильма ничего такого особо страшного не было, но я всё равно подпрыгивала от каждого внезапного звука, чем дико веселила Антона, не забывающего каждый раз комментировать мою слабонервность. А потом...Стало по-настоящему интересно. Смотреть спокойно я не могла: то накрывала лицо подушкой, то садилась спиной к экрану, то просто закрывала глаза и уши. Просто подпрыгивать уже тоже не помогало, и на жутких моментах я, забыв обо всем, взвизгивала и хваталась за Тошу. Причем так резко, что пару раз с матом подпрыгивал уже он. Правда, потом начинал хохотать.
- Это 5D эффект какой-то, Лукум. Ты пугаешь не хуже этого чертового колуна. Я с тобой в кино не пойду. Будем там визжать вдвоем на весь зал, - ухмыляется Антон, когда я опять нечаянно на остром моменте с силой вцепляюсь ему в плечо, заставив ощутимо вздрогнуть.
- Извини,- наверно в сотый раз уже бормочу, убирая руку с его тела и комкая несчастную подушку на коленях. Такого приятного на ощупь, горячего, большого, сильного тела. Безопасного...Я бы лучше к нему на колени залезла, чем подушку эту мучить...И не страшно бы было...Закусываю губу, смущенно отворачиваясь. Мозг совсем от переизбытка адреналина поплыл...
- А как с Мадиной сходили?- непроизвольно вырывается из меня. Тут же мучительно краснею. Хорошо, что в гостиной царит полумрак.
Антон перестаёт смеяться и устремляет на меня нечитаемый взгляд.
- Нормально.
И всё. Больше ничего не добавляет. Я хмурюсь. Я хочу подробностей. И раз уж начала...
- Она тебе нравится?
На ярких губах Антона мелькает кривая улыбка.
-Ничего не было, если ты об этом.
- Но она тебе нравится,- настаиваю я.
Антон вздыхает и отворачивается, улыбаясь. Взгляд застывает на экране.
- Смотри фильм, Лейла...
Какой же он... Я не выдерживаю и запускаю подушкой Палею прямо в самодовольное лицо, но он легко её перехватывает, доказывая, что действительно следит за мной боковым зрением, и кладет себе под голову. А вот мои голые ноги опрометчиво оказываются без защиты.
Насупившись и обняв колени, я пару минут без эмоций пялюсь в экран, но потом моя пугливость всё же побеждает, и я вновь визжу от каждого постороннего звука и оставляю синяки на благородно предоставленном мужском плече.
Только атмосфера в гостиной всё равно меняется. И без того звенящая от возбужденного напряжения, она словно становится гуще и горячее. И я с ужасом осознаю, что мурашки со всего тела давно уже собрались внизу живота, а между ног непростительно влажно. Я смотрю на Антона краешком глаза, и чувствую, как у меня даже дыхание сбивается от постыдного запретного желания. Вдыхаю его горьковатый запах, словно дурманящий кальянный дым. Это безумие. Почему он так влияет на меня? Но это практически невозможно контролировать. Потому что оно рвется из самой глубины, и потому на дне серых глаз я вижу такой же ответ...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
