– Хорошо, что хорошо кончается. Вот, и лекарства под рукой оказались нужные. Ты бы ванну почаще принимала, глядишь, не пришлось бы мучиться.
Кошка слушала меня вполуха, зализывая раны, которые уже перестали кровоточить, но, стоило мне приготовиться к походу, оставила это занятие, подошла вплотную. Теперь ее морда находилась в нескольких сантиметрах от моего лица. Что она задумала? Мне снова стало страшно. Стечкин лежал в кобуре, а времени оставалось только на то, чтобы закрыть глаза и надеяться, что смерть будет мгновенной. Такая вот твоя благодарность, да?
Что-то теплое и шершавое прошлось от подбородка до лба, оставляя после себя влажный след. Я осторожно приоткрыл левый глаз и успел увидеть, как язык кошки исчезает в ее рту. Ага, понятно. Поцеловала, значит. Ну, обычная реакция женщины за помощь, будь то человек или кошка. И на том спасибо. Было бы еще неплохо узнать, где мои товарищи и как туда попасть.
Я осмотрелся. Раньше, знаете ли, все времени не было, а сейчас появилась свободная минутка. Нужно же, в конце концов, хоть как-то определиться, сориентироваться, куда идти.
Это была небольшая, но светлая пещера. Свет проникал откуда-то сверху, преломлялся и растекался по всему пространству. Под стенами торчали острые каменные клыки, и только чудо позволило мне приложиться к стене аккурат между ними. В дальнем углу было нечто вроде большого гнезда, сделанного из обрывков одежды, каких-то шкур и еще чего-то. Рядом валялись кости мелких животных. Ага, понятно. Не знаю, где теперь мои товарищи, а меня вот выбросило просто в будуар милой киски: мол, кушать подано прямо в постель. Магический сервис, твою дивизию!
Хозяйка пещеры отступила на несколько шагов, а потом и вовсе направилась в противоположный угол, который заканчивался тоннелем.
– Иди за ней, – приказал тот же голос, который уже начал меня понемногу доставать. А вы бы не раздражались, если бы собеседник сидел у вас в голове и командовал? Еще и в груди становится тепло.
Я рукой поднырнул под броник, проник под камуфляж и дотронулся до звезды. Она была гораздо горячее температуры тела. Вот оно что! По ходу, это звезда команды раздавала, мелькнуло в голове. Бред? Я уже, если честно, устал удивляться.
Кошка дождалась, пока я подойду вплотную, и только тогда продолжила движение. Ладно, веди. Стечкин на всякий случай снова перекочевал в мою ладонь. Ну, кошка кошкой, только самому тоже нужно быть настороже. Если здесь такие паразиты, то чего же еще можно ожидать от пещер? Мало ли, может, приспичит динозавру какому в проходку прогуляться, а тут мы собственной персоной, комплексный обед из двух блюд: и первое тебе, и второе с доставкой на дом. Халява!
Тоннель часто петлял, пересекался с другими, точно такими же ходами и было похоже, что мы находимся в каком-то лабиринте. Кошка уверенно шла вперед, время от времени оглядываясь на меня, не отстаю ли. Мне оставалось только улыбаться в ответ.
Нога отфутболила какой-то камешек. Он проскочил между лап моей проводницы и, остановившись в пятне света, заблестел прозрачными гранями. Интересно! Я подобрал его, начал осматривать на ходу. Небольшой, сантиметра два в поперечнике, но даже мне вдруг стало понятно, что в руке у меня небольшое состояние. Алмаз, как и золото, человек почему-то чувствует всеми фибрами души.
Я сжал драгоценность в кулаке, а глаза мои уже блуждали по стенам и потоку. Ага, теперь понятно, как свет проникает во все тоннели и пещеры. Линзами, преломляющими его, являются россыпи алмазов, впаянные в стены, потолок и пол. Я попытался пару штук оторвать, только ни сил, ни времени не хватило. Взгляд кошки неодобрительно вперился в меня при очередной попытке, давая понять, что не стоит осквернять природу. Ну, нет – так нет. Я человек не жадный, однако один камешек все же припрячу. На память.
Что-то хрустнуло под ногой. Мои глаза рассмотрели в сумраке ковер из высушенных временем костей. Никак дело лап моей проводницы? Возможно, здесь была ее столовая, или халявный супермаркет, в котором она тарилась.
Мне стало жутковато на этом кладбище погибших надежд, и я прибавил шагу. Кошка тоже ускорилась. Мало ли? А вдруг где-то рядом гуляет другой хищник, сильнее, ловчее и опаснее?
Вдалеке послышались чьи-то голоса. Я уже подумал было, что со мной снова разговаривает некто, даже взял звезду в руку, только ничего не почувствовал.
Перед поворотом кошка замерла, посмотрела на меня, словно хотела что-то сказать. Я подошел вплотную, спросил тихо:
– Что?
Кошка кивнула вперед. Голоса становились отчетливей. Это были голоса моих друзей.
– Тебе дальше нельзя? – спросил я, глядя в глаза животному. Живой взгляд зеленых глаз был мне ответом. – Не хочешь попадать им на глаза?
Кошка развернулась, сделала шаг назад. Я погладил ее теплую шелковистую шерсть, похлопал по спине:
– Спасибо тебе, зверь невиданный. Про ванну не забудь.
Киска в несколько прыжков исчезла с глаз долой, словно и не было ее никогда. Мне стало немного грустно. Хоть наше знакомство и началось не так, и продлилось оно недолго, но было жаль терять такого умного и сильного помощника. А может, это и правильно? Если уж я встретил кошку с пистолетом в руке, то мои товарищи церемониться точно не будут.
Выстрел! Я рванул на голоса изо всех сил, изготавливая на бегу оружие. Быстрее, быстрее!
Пещера, куда я вылетел сломя голову, была гораздо больше и светлее спальни моей проводницы. Все стены и потолок были усеяны крупными алмазами, преломляющими солнечные лучи. Заика целился в камни, а Паляныця стоял сбоку, скептически глядя на друга.
– Сказал же: не трать боеприпасы, – вздохнул Вася. – Не возьмешь их пулей.
– Еще разок, – не желал сдаваться Заика.
– Вовка, прекращай, – вмешался я. – Твое жлобство однажды уже вылезло нам боком.
– Ленчик! Нашелся! – Заика мигом забыл про стрельбу, сгреб меня в объятия, сдавил тисками. – Где пропадал? Как на нас вышел? Здоровый, не пострадал?
– Все в порядке, – я улыбнулся, глотнул воздуха.
– Летун! – Паляныця словно впервые увидел меня, тоже обнял, отодвинув в сторону Заику. – А мы уже думали: все, пропал Ленчик. Говорил же тебе, чертяка: держаться и не отпускать, а ты? Слава Богу, обошлось.
– Рады видеть, Леонид, – крылья Горыныча аккуратно обняли меня.
– Много настреляли? – кивнул я в сторону алмазов.
– Да так, один-два, – признался Заика.
– Я тоже пытался. Только понял, что не нужно этого делать. Могут быть неприятности.
– Мы предупреждал их не стрелять, – наябедничал Горыныч. – Видите, сколько люду тут полегло? А все от жадности.
– Ладно, хватит пустого базара. Куда идем?
Мой простой вопрос привел товарищей в замешательство. Ага, понятно. Выходит, они так увлеклись, что совершенно забыли о цели.
– Давай немного передохнем, – предложил Паляныця. – Сориентируемся, подумаем.
– Нужно уходить, Вася, – возразил я. – Мало ли кто на шум поспешит?
Уверенность, с какой были произнесены мои слова, заставила сержанта серьезно отнестись к ним.
– Горыныч, что скажешь? – Паляныця посмотрел на змея.
– Мы не знаток, конечно, но слышал от деда, что где-то рядом должна находиться пещерка особая, нейтральная, так сказать, – ответил змей. – В ней нас никто не тронет. Там особые законы действуют.
– Можешь провести?
– Попробую.
Мы двинулись вслед за змеем. Уж и не знаю, на что Горыныч ориентировался, только вел он уверенно, словно знал лабиринт, как свои пять пальцев. Через минут двадцать ход уперся в тупиковую стену.
– Что такое? – не понял Паляныця, шедший вторым. – Перепутал коридоры?
– Нет, память нас никогда не подводит, – озадаченно ответил змей. – Тут что-то не то.
По стене пробежали солнечные зайчики, словно светомузыка. А ну-ка!
– Внимательно посмотрите на стену, – предложил я. – Ничего не замечаете?
Буквы проявлялись и исчезали. Иногда слово можно было прочитать целиком, но все предложение – нет. Немного приловчившись, мы все же сумели разобрать странную мерцающую надпись.
– «Путник, ты – гость. Оставь хозяйское хозяину», – произнес Горыныч чуть ли не по слогам.
– Что это имеется ввиду? – Заика сделал вид, что не понимает.
Пол под ногами вздрогнул, потом еще раз, еще.
Землетрясение?
Вдалеке раздался рев. Судя по всему, к нам приближалось нечто огромное и свирепое. Причем, очень быстро приближалось, потому что стоять от сотрясения было почти невозможно.
– Быстрее, Заика! – потребовал Паляныця.
Я, на всякий случай, вернулся назад на несколько метров, вытащил гранату и пистолет, приготовился к обороне.
Заика возился с рюкзаком, а неизвестный зверь уже показался в конце тоннеля. Сначала я увидел только огромный серый силуэт и большие, горящие красным, глаза, которые быстро, скачками, приближались. Господи, что же это такое?
– Ну же, Вовка! – закричал я больше от ужаса, нежели, чтобы подстегнуть друга.
