Чуть приоткрыв дверь, из-за нее выглянула довольно симпатичная девушка с русыми волосами, собранными в высокий хвост, из которого вылезли несколько непослушных прядок; на меня же взирали глаза цвета лесного ореха — темно-зеленые с медовыми крапинками по радужке. Пухлые, чуть приоткрытые губы, словно они хотели что-то произнести, но, вдруг, резко передумали. Во взгляде сквозило и любопытство, и страх.
Да, страх. Его я всегда могу распознать, за какой бы броней он не скрывался.
— Гамбит? — словно не веря, что я стою перед ней, поинтересовалась незнакомка.
Кивнул, подтверждая свои же слова.
Девушка сильнее приоткрыла дверь, но так, чтобы я не смог пройти внутрь. Странная она какая-то. Сама позвала, а теперь не пускает.
— Так и будем стоять в дверях? — чуть нахмурившись, поинтересовался у нее. — Или вы звонили мне сегодня лишь для того, чтобы я приехал и себя показал? Так вот он я, любуйтесь.
Развел руки в стороны, тем самым показывая не только себя, но и то, что я без оружия и не опасен для нее. Хотя… если судить по моим габаритам и ее… Мне ее голыми руками прибить, как сигарету скурить — быстро и просто, даже не вспотею. Видя, что она недоверчиво смотрит, даже покрутился для пущей убедительности.
— Ну так что, девушка, перейдем к сути дела, или так и будете на пороге меня держать?
— Я… я думала, вы ниже и… — она замялась, словно не решаясь сказать.
— И? — подтолкнул я ее к тому, чтобы она продолжила.
— И что вы не такой симпатичный. Думала, вы страшный.
— Я и так не красавец. — Хмыкнул я, делая непроизвольное движение руки в сторону лица, на котором красовался длинный шрам от пореза. Давнишняя рана, полученная в горячих точках.
— Я бы так не сказала, — смущенно пробормотала она, явно смутившись от своих же слов. — Ладно, проходите. Только не стоит удивляться тому, что увидите — не так давно переехала сюда, поэтому не успела распаковать коробки. А теперь и вовсе боюсь, что придется переезжать, только бы Голев меня не нашел.
Она передернула плечиками, пропуская меня внутрь.
Да уж, обстановочка и впрямь не из лучших. Старые пошарпанные: диван, стулья, стол, застиранные шторы, пусть чистые, но уже явно не новые, на полу выцветший ковер с большими листьями какого-то экзотического растения. Наверное, когда палас был новый, то они, листья, выглядели потрясающе, теперь же они выглядели убого и серо. Обои на стенах в некоторых местах порваны, а кое-где красовались совершенно другие куски — видимо, они служили вместо заплаток, чтобы не было видно голой стены.
— Прошу прощения за такой вид, — виновато пожала она плечиками.
— Не извиняйтесь, ваше жилище меня нисколько не волнует и не удивляет, я тут не для этого. — Спокойно ответил ей, тем самым намекая, чтобы она переходила к сути дела.
— Да-да, конечно. — Закивала она. — Проходите на кухню, а я пока принесу документы. Если желаете, то можете сварить себе кофе. Меня, кстати, Вика зовут.
Хмыкнул, но говорить ничего не стал — я сюда не для праздных разговоров пришел. Хотя должен признать, девушка как раз в моем вкусе: невысокая, стройная, с округлыми бедрами и высокой грудью, примерно, второго размера. Такие приятно сжать в руках, почувствовать, как затвердевают ее соски, а по телу пробегают миллиарды мурашек.
Сука! Почувствовал, как в джинсах зашевелился член. Не вовремя ты, дружок, проснулся.
Чтобы хоть как-то скрыть свое возбуждение, повернулся в сторону кухни (не сложно сориентироваться, когда в квартире всего одна комната и кухня) и даже сделал пару шагов, когда услышал, сперва, звук бьющегося стекла, а заем вскрик.
Моя реакция не заставила себя ждать: резко крутанулся на месте и увидел, как Вика, еле сдерживая слезы, зажимает окровавленную руку. На полу валялась расколотая ваза и, похоже, те самые документы, которые теперь оказались перепачканными в крови девушки. Нахмурился. Не понятно, каким образом она поранилась, но было ощущение, что сделала она это специально. Но вот для чего?
Заметив мой недовольный взгляд, она тут же бросилась подбирать документы, еще сильнее измазывая их в своей крови и тем самым, разумеется, портя их до конца.
— Погоди, — попытался остановить ее, даже подался вперед, но не успел — Вика держала в руках эти самые листки с той инфой, которая была мне необходима.
— П… прости, кажется, я их испортила. — Виновато произнесла она, глядя на меня так, словно искала поддержки и понимания, но… Нет уж, дорогуша, хрен ты их от меня получишь.
— Зачем схватила доки, если прекрасно понимала, что своим поступкам безвозвратно испортишь то, что должно было дать мне инфу? — Говорю грубо, даже жестко, складывая руки на груди, из-за чего она раздалась в ширь еще сильнее, чем есть.
— Я… Прости, это вышло машинально. — Заикаясь, ответила она, а на глаза навернулись слезы подбородок задрожал…
Сука, вот только бабской истерики мне тут и не хватает!
— Прекрати реветь! — рявкнул на ее…
Блядь, зря! Вика, тихо, словно мышка, заплакала, но при этом не проронив ни единого звука — слезы просто текли по лицу, капая с подбородка на красивую грудь, обтянутую белой маечкой.
— Дай сюда! — протянул руку, чтобы забрать испорченные документы. — А то не хватало еще, чтобы ты их еще и в своих слезах утопила. Посмотрю, может, можно хоть что-то прочесть и разобрать, а ты пока иди и обработай рану на руке, не хватало, чтобы еще инфекция в рану попала.
Девушка, кивнув и шмыгнув носом, передала окровавленные документы и вышла из комнаты, оставив меня одного.
