— Жаль, что у нас нет люка. Вот бы я вылезла и задала им жару!
Фламель указал на солнечный лучик, пробившийся через крохотное отверстие в крыше.
— Похоже, скоро люк у нас будет. Кстати, — прибавил он, — это не обычные вороны. Те три на крыше и одна на капоте — это разновидность диких ворон, их вывела сама Морриган.
Огромная птица на капоте снова забарабанила по ветровому стеклу, и на этот раз ее клюв действительно прошел насквозь.
— Не знаю, что тут можно сделать… — пробормотала Ската.
И тогда Софи наклонилась и включила «дворники».
Тяжелые лезвия заметались по стеклу и просто смахнули птицу с капота, как комок перьев. Та даже каркнула от неожиданности. А рыжеволосая воительница злорадно улыбнулась:
— То, что надо!
Но к этому времени остальные птицы нагнали внедорожник и расселись на нем, будто плотное одеяло. Сначала десятками, потом сотнями они облепили крышу, капот, двери, цепляясь за все доступные щели. Если одна падала или не могла удержаться, на ее место претендовали еще двадцать. В машине поднялся невообразимый гвалт: тысячи птиц барабанили по металлу, дверям, клевали стекло. Они рвали резиновый уплотнитель стекол, впивались когтями в запасное колесо на багажнике внедорожника, кромсая его на куски. На капот и ветровое стекло ворон налипло столько, что Джош просто не видел, куда едет. Тогда он убрал ногу с газа, и машина начала замедлять ход.
— Не останавливайся! — прокричал Фламель. — Иначе нам конец!
— Но я ничего не вижу!
Фламель нагнулся между сиденьями и вытянул вперед правую руку. Софи внезапно заметила на внутренней стороне его запястья маленькую круглую татуировку: круг с вписанным в него крестом, поперечная линия которого выходит за границы круга. На мгновение татуировка засветилась. А потом алхимик щелкнул пальцами, и с кончиков пальцев слетел крошечный шипучий клубочек огня.
— Закройте глаза! — скомандовал он и, не дожидаясь, пока они подчинятся, метнул шарик в стекло.
Даже сквозь опущенные веки близнецы увидели яркую обжигающую вспышку, которая озарила салон машины.
— А теперь жми дальше! — приказал Николя Фламель.
Когда близнецы открыли глаза, почти все вороны исчезли с капота, а тем, что остались, явно было не по себе.
— Воздействие долго не продлится, — сказала Скетти и посмотрела вверх.
И в тот же момент острый клюв пробуравил дырочку в металлической крыше. Ската схватила нунчаки. Держа одну палочку в руке, она со взрывной силой метнула другую, привязанную к цепочке, в клюв, застрявший в крыше. Раздался испуганный вскрик — и слегка погнутый клюв исчез.
Софи повернула голову и посмотрела в боковое зеркало. Оно еле держалось. Но в нем она увидела еще птиц, и их были тысячи. Они летели на смену тем, которых смело с машины, и тогда девочка поняла, что им не выбраться. Ворон слишком много.
— Слышите? — вдруг воскликнул Николя Фламель.
— Я ничего не слышу! — угрюмо ответил Джош.
Софи уже хотела согласиться с ним, когда услышала звук. И тотчас волоски у нее на руках зашевелились и встали дыбом. Низкий, далекий звук едва доносился до ее ушей. Он был похож на ветер, в одно мгновение мягкий и приветливый, а в другое — настойчивый и почти зловещий. В машину проник специфический запах.
— Что это за запах? — спросил Джош.
Софи глубоко вдохнула.
— Похоже на душистые апельсины.
— Гранаты, — поправил ее Николя Фламель.
А потом налетел ветер.
Теплый и экзотический, напоенный ароматами кардамона и розовой воды, липы и эстрагона, он с завыванием пересек залив и пронесся вдоль моста Золотые Ворота, спихивая птиц с опор, смахивая с машин, вышвыривая обратно в воздух. И наконец гранатовый ветер догнал внедорожник. Вот только что машина была облеплена птицами, а в следующий миг их вообще не стало. Салон наполнился ароматом пустыни, сухого воздуха и теплого песка.
Софи нажала на кнопку, и поцарапанное исклеванное окно дернулось вниз. Девочка высунула голову и вдохнула наполненный благоуханием воздух. Несметную стаю птиц затянуло высоко в небо, и они неслись по ветру, не в силах даже взмахнуть крыльями. А когда одна улизнула («Наверное, из этих, диких», — подумала Софи), ее тут же подхватила струя теплого бриза и бросила обратно к сородичам. Снизу это скопище птиц было похоже на облако выхлопных газов. А потом облако рассеялось, и птиц разбросало во все стороны. Небо вновь обрело ясную чистую голубизну.
Софи оглянулась назад. Мост Золотые Ворота стал совершенно непроезжим: машины дергались во всех направлениях, тут и там происходили столкновения, тормозя движение — и, разумеется, не давая никому возможности догнать их. Все машины до единой были перепачканы в птичьем помете. Софи посмотрела на брата и с тревогой заметила, что на его нижней губе размазано пятно крови. Она достала из кармана носовой платок.
— Ты порезался! — встревожено сказала она, лизнула краешек платка и приложила к пятну.
Но Джош отмахнулся от нее.
— Фу, прекрати! — Он дотронулся мизинцем до губы. — Прокусил, наверное. Даже не заметил.
Взяв у сестры платок, он вытер подбородок.
— Пустяки. — На его лице заиграла улыбка. — Ты видела, как эти птицы нагадили?
Софи кивнула, и брат брезгливо поморщился.
— Вот вони-то будет!
Софи откинулась на спинку сиденья, обрадованная, что с братом все в порядке. Увидев кровь у него на подбородке, она и впрямь перепугалась. Тут ее осенило, и она обернулась к Фламелю:
— Это вы вызвали ветер?
Он улыбнулся и покачал головой.
— Нет, я не властен над стихиями. Это под силу только старейшинам и очень мало кому из людей.
Софи перевела взгляд на Скетти, но воительница отрицательно мотнула головой.
— Такое выше моих скромных способностей.
— Но это же вы вызвали ветер? — не отступала Софи.
Фламель вернул ей мобильник.
— Всего лишь позвонил в соответствующие инстанции, — улыбнулся он.
Глава 13
— Поворачивай сюда! — скомандовал Николя Фламель.
Джош снял ногу с педали газа и покореженный и исцарапанный внедорожник свернул на узкую проселочную дорогу, на которой едва помещался. Последние полчаса они ехали на север от Сан-Франциско, в тишине прислушиваясь к новостям по радио, которые с каждой минутой приобретали все более истеричную интонацию. Всевозможные эксперты излагали свое мнение по поводу нападения птиц на мост. Самой распространенной версией стало глобальное потепление: солнечная радиация нарушила природную ориентацию птиц в пространстве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
