Выйдя из машины и не дожидаясь, пока Адам закроет дверцу, она пошла по дорожке, не сводя глаз с людей на лужайке. Они не замечали ее, и Кей украдкой нащупала в сумке фотоаппарат.
Какой все-таки молодчина Адам, что привез ее сюда! Она обернулась, желая улыбкой поблагодарить его, но увидела, что он смотрит на Джемму. Только тут Кей догадалась, почему он непременно должен был присутствовать на съемках в Апперкроссе. Он хотел повидаться с Джеммой не меньше, чем она — с Оли! Они тоже составляли прекрасную пару — вернее, составили бы, если бы им удалось объясниться. Но трудность состояла в том, что оба не уступали друг другу в застенчивости, и Кей засомневалась, что кто-то из них решится сделать первый шаг.
Но как раз в этом она и могла бы им посодействовать! Может, ей и правда удастся их соединить? Кей улыбнулась, мысленно перебирая варианты такого сближения. Джемма остановилась в ее гостинице, а Адам то и дело туда заглядывает… Может, стоит организовать для них ужин? В следующий раз, когда ее постояльцы снова соберутся в паб, она попросит Джемму присоединиться к ней за вечерней трапезой. Но сама с ней ужинать, разумеется, не будет — Джемме составит компанию Адам, ведь Кей пригласит и его.
Она украсит стол свечами пунцового оттенка. И цветами. Превратит столовую в идеальное место для романтических встреч. И все устроится само собой. Она сервирует стол, и им ничего другого не останется, кроме как поговорить по душам. Они забудут о своей робости и увидят, сколько на самом деле у них общего. И влюбятся без памяти…
«А если не будут слишком медлить, то свадьбу сыграют уже этим летом», — мечтала Кей.
До чего неотразима будет Джемма в воздушном кружевном наряде невесты! И Адам тоже приоденется во что-нибудь модное и элегантное и волосы пострижет, чтобы они не топорщились, как обычно. Ей и самой придется прикупить себе по такому случаю новое платье, а как же приятно будет сидеть в церкви в первом ряду, зная, что жених и невеста оказались здесь благодаря ей! Они будут превозносить ее в тостах, а Кей, сидя за почетным столом и краснея от радости, ответит, что никакой ее заслуги в этом нет и что настоящей любви неведомы препятствия.
А потом устроят бал — совсем как во времена Джейн Остин. Оли, разумеется, тоже будет в числе гостей. Он пригласит Кей на танец и скажет ей, что она прекрасна и что, с тех пор как закончились съемки, он беспрестанно думает о ней. Он чуть с ума не сошел, уезжая из Лайма и покидая ее… И о чем он тогда думал? Простит ли она его?
— Конечно прощу, Оли! — воскликнула Кей.
Правда, выкрикнула она эти слова вслух, а вовсе не в своем воображении. Оли услышал, что его зовут, и обернулся. Он стоял посреди толпы у одного из фургончиков, но все куда-то разошлись, и он остался один.
— Эй, привет! — окликнул ее Оли и широким шагом направился к ней через лужайку.
У нее перехватило дыхание. Наверное, потому, что на нем были высокие сапоги. А может быть, его походка выигрывала из-за каблуков — ведь они и женскую поступь делают элегантнее.
— Привет! — пискнула Кей и поперхнулась.
Что случилось с ее голосом?
— Приехали посмотреть на всех разом? — улыбнулся Оли.
— Да, — подтвердила она уже более или менее спокойно. — Адам меня довез.
— Адам?
Кей показала на своего попутчика, стоявшего в отдалении с пластиковым стаканчиком в руке.
— А, этот…
— Он писатель и продюсер, — пояснила Кей на случай, если вдруг Оли не в курсе.
— Да, я знаю. Из него слова не вытянешь…
Кей стало немного обидно за Адама. Может, у бедняги просто не нашлось повода блеснуть красноречием?
— Это он предложил сюда приехать, — сказала она. — Оказал мне любезность…
— Ну и очень хорошо, — перебил ее Оли. — Хотите прогуляться?
— А вам разве не надо на площадку? — удивилась Кей.
— Нет. Они сейчас прогоняют эпизод с сокращением — знаете, тот, что с сэром Уолтером Эллиотом?
Кей кивнула, вспомнив нужную главу из романа.
— Тогда пойдемте, — предложил Оли.
Они оставили позади съемочную площадку, где гомонили актеры и технический персонал, обогнули особняк и, миновав две высокие живые изгороди, оказались в уединенном ухоженном садике.
— Как здесь мило! — заметила Кей.
Она помяла в пальцах душистый листик лимона и с наслаждением вдохнула его аромат.
— Это ведь старинный особняк? — поинтересовалась она у Оли.
— Марлкоум? — переспросил он, очевидно застигнутый врасплох. — Да, старинный. Даже очень. Каменного века или романский — примерно так.
Кей засмеялась.
— И здешний парк, — продолжал он. — Потрясающе изысканный, как мне кажется. С четкой планировкой и все такое.
Кей снова рассмеялась:
— Вы, судя по всему, не очень-то осведомлены о Марлкоуме?
— Нет, — признался Оли. — Я ведь просто актер. Еду туда, куда велят, и прекрасно могу подладиться под какую угодно натуру, но редко успеваю хоть что-нибудь о ней узнать.
— Досадно!
— Такая уж у актера жизнь. Нельзя ни к чему слишком привязываться, потому что все равно придется уезжать.
Кей задумалась, не являются ли его слова завуалированным предостережением. «Нельзя ни к чему слишком привязываться…» Но, может быть, она накручивает? В конце концов, кто признается в том, что намерен привязаться к ней покрепче? Нужно перестать думать в этом направлении!
— Ну и как вам это показалось, когда мы все к вам нагрянули? — спросил вдруг Оли.
— Чудесно! — выпалила Кей, не успев взять себя в руки и изобразить невозмутимость и равнодушие. — Я хотела сказать, что открыла гостиницу недавно и так здорово, что все номера уже заняты…
Они некоторое время шли молча, слушая хруст гравия под ногами. Кей сама себе не верила. Она прогуливается за городом по прелестному английскому парку с самым красивым актером на свете, облаченным к тому же в костюм одного из ее любимейших литературных героев.
— У вас счастливый вид, — неожиданно заметил Оли.
Кей взглянула на него и вдруг на мгновение поверила, что перед ней — Фредерик Уэнтуорт собственной персоной.
— О чем вы подумали? — поинтересовался он.
Кей отвела взгляд и в смущении сорвала листик перечной мяты.
— Скажите!
— Вы будете смеяться…
— Не буду, — заверил Оли.
Кей вздохнула и посмотрела ему прямо в глаза:
— Я пыталась представить себе, каково было бы превратиться в Энн Эллиот и жить в таком вот имении… с капитаном Уэнтуортом!
— А!
— Что?
— У вас начинается лихорадка от капитана Уэнтуорта?
— Не понимаю…
— То же самое, что лихорадка от мистера Дарси, только чуть-чуть слабее, и то только потому, что бедняге Уэнтуорту не довелось разгуливать в мокрой рубахе. По крайней мере пока.
