Читаем без скачивания Копи царя Комусова - Александр Ралот

– На Урал я тебя не пущу. Пусть там местные работают, нечего тебе у людей хлеб отнимать. У тебя вот ребенок маленький имеется, ему отец требуется живой и здоровый. А рассказы о храбром папаше, павшем смертью героя, ему совсем ни к чему.

Голос женщины дрожал, и Марго поняла, что Хельга очень любит Максима и ей глубоко плевать на борьбу курдского народа за создание собственного государства.

Маргарита по обыкновению обняла молодую женщину за плечи.

– Никто твоего благоверного никуда не посылает и, вообще, пора передать всю нашу информацию господам из адвокатской конторы «Иммануил Хаинц и партнеры». Ведь это у меня заключен договор с ними на предоставление консультационных услуг. Вот пусть они там и решают вместе со своим всемогущим генералом Романцом, кому на Малышевский рудник лететь.

– Я прямо с утра пошлю свою молодежь на рынок, чтобы они мне быстренько этого писаку доставили, под белы рученьки.

Максим потянулся к сотовому телефону.

– Как же. Сидит этот революционер и ждет, когда за ним наши доблестные власти пожалуют? Ты же понимаешь, что он наверняка не один? Вряд ли ему одному удалось у такого отпетого бандита как «Дима – свердловский», да еще и вооруженного, девочку отбить. Да еще так его напугать, что он решил быстренько у нас в СИЗО спрятаться и на срок пошел за милую душу.

Марго тоже встала и стала расхаживать по комнате вслед за Максимом. Гришаня попытался приподняться, у него ничего не получилось. Но он не заплакал, а удивленно наблюдал, как взрослые люди ходят по комнате друг за другом и размахивают руками. Наконец, ему этот спектакль надоел и он решил показать, кто в этом доме главный. Его голосок мгновенно вернул всю честную компанию на грешную землю. Новое народившееся поколение требовало к себе полного и безоговорочного внимания.

Глава 12

Максим вызвался отвести Крулевскую домой.

– Маргарита Сергеевна, я все ждал от вас одного вопроса, но так и не дождался. Тогда я задам его сам, можно?

– Валяй.

В голове Марго мысли носились взад и вперед: то выстраиваясь в цепь, то, вдруг, принимались водить хоровод.

– Почему этот наш защитник угнетенного народа такой осведомленный? Допустим, он участвовал в похищении девочки, но откуда он знает Хельгу и, естественно, меня, если он не местный, а приезжий? Значит, у него есть здесь свои люди. А этих людей, наверняка, знают люди Силуянова. Я правильно мыслю?

– Мыслишь ты, конечно, правильно. Даже очень правильно, но господин генерал строго настрого запретил подключать сюда «Силу». Я думала, ты в курсе. Ты мне лучше скажи, как твое сыщицкое чутье подсказывает – девочка все еще в городе или уже на другом конце земли? Надеюсь, расправиться с ребенком не посмеют даже самые отпетые революционеры. Короче, докладывай генералу информацию, добытую из своих источников, а я из своих. У него там народу много, пусть думает, как дальше поступать. Все, у меня уже глаза слипаются и, вообще, у меня строгий врачебный режим.

Машина, шурша резиной, вкатилась во двор нужного дома.

Тарас прилетел первым рейсом. Потребовал, чтобы для него, не смотря на ранний час, открыли понравившийся ресторан «Пелопоннес», вызвал туда Крулевскую и Каверина.

– Тарас, старина, ты забываешься. Я не у тебя на службе, а всего лишь твой консультант по договору и не более того. Зачем ты людей ресторанных потревожил? Им обеды готовить надо. Сие заведение только с 12-ти часов открывается. Власть свою показываешь? Нехорошо.

Марго не выдержала и, прикрывая рот ладонью, по-девичьи зевнула. Каверин сидел напротив генерала и молча пил кофе.

– Все? Высказались, голуби мои сизокрылые? И так, первое, госпожа частная сыщица.

Он сделал ударение на слове «частная».

– У тебя и в офисе и дома полным – полно жучков. И дай Бог, если этих тварей тебе наставил твой дружек Силуянов. Я ведь предлагал тебе перебраться ко мне, не захотела. Вот теперь и расхлёбывай. Эти люди, что дочку Комусова похитили, не в городки в городском парке играют. Представляешь, что там, на Урале, произошло, если руководитель крупнейшей О. П. Г. аж бегом свое чадо переправил сюда, от греха подальше. В записке все правильно сказано, Комусов по национальности курд, но прежде всего он вор в законе. Детей ему иметь не полагается, вот девочка и жила отдельно. Понятное дело, отец о дочке на каждом углу не кричал, но они узнали. Далее, в соседней области произошла серьезная бандитская разборка. Трупов – целая гора. Я предполагаю, что Комусов послал своих самых отпетых головорезов девочку освободить, но ничего не вышло – полегли все. Причем, среди трупов мы не обнаружили ни одного курда. Сечешь момент? Их «Бешмерга» (курдские военизированные отряды) в Ираке и Сирии сейчас так воюют, что всем чертям жарко, а наши местные бандиты для них просто, как куклы тряпичные. Так для тренировок.

Девочку они, конечно, не убьют. Коран это не позволяет, тем более, что она, как минимум, на половину тоже курдка. Но вот выкуп за нее потребуют – мама не горюй.

Теперь тебе, друг мой Максим. Этого «свердловского» в одиночку, и срочно. Охранять, как зеницу ока. Сам понимаешь, Комусов а бы кому собственное дитя не доверил бы. Хитер, паразит, хотел одним махом и дочь подальше отправить, и камушки заказанные местным ювелирам доставить.

Каверин открыл было рот, но генерал махнул рукой.

– Да знаю я, что изумруды эти треклятые пропали. Короче, давай, королева, сюда этого своего Силуянова. Один хрен он все равно в курсе всех наших дел, и, главное, Комусов через него что-то нам передать хочет. Звони ему прямо сейчас.

Если бы вы знали, как мне не хочется с ним за одним столом сидеть, да, видать, ничего не поделаешь. Эй, вы там – официанты, мухи сонные! Хоть пожрать принесите, что есть? Элитный ресторан называется…

Глава 13

Тарас уплетал за обе щеки мусаку с картофелем, запивая критским вином Рапсани. Марго дозвонилась до Силуянова, однако того не было в городе. Он находился в дороге, но попросил поставить телефон на громкую связь, чтобы все слышали, что он будет говорить. Каверин уехал дать личные распоряжения и подписать все необходимые бумаги о переводе «свердловского» в камеру одиночку.

Маргарита положила телефон на стол.

– Романец, я знаю, что ты меня ненавидишь. Тебе, наверное, будет легче, если я скажу, что это взаимно.

Через треск эфирных помех донесся до присутствующих голос олигарха.

– Однако, так судьбе было угодно, чтобы сейчас мы с тобой оказались по одну сторону баррикады. Ладно, заканчиваю прелюдию и перехожу к главному. Первое, никакие камеры местного СИЗО не спасут «свердловского». Считай, что ему уже вынесен смертный приговор и спасти его можешь только ты, генерал. Слышишь меня? Только ты.

– Каким это образом? – Тарас кое-как проглотил очередной кусок мусаки.

– Не буду я все растолковывать. Если тебе нужна шкура этого «залётного», быстро переправляй его в изолятор ФСБ. Только там его не достанут, и то не факт.

– Ну, это мы еще поглядим.

Бас генерала громыхал на все помещение. Марго подумала, что Тарасу будет, чем заняться на пенсии, кроме огорода. С таким голосищем его в любой певческий коллектив возьмут, и сразу на роль солиста.

Силуянов проигнорировал реплику Романца и спокойно продолжал:

– Комусов предложил мне, а я, как законопослушный гражданин нашей страны, предлагаю вам очень большое количество карат в самородковых изумрудах, а так же солидную долю в акциях фирмы «Тантал». Я же говорил, что мы с вами на этот раз одной веревочкой повязаны.

– И за что это нам такая благодать от Комусова назначена? Неужто за его дочку? Что-то плохо верится в такую щедрую отцовскую любовь.

Тарас вытер рот фирменной салфеткой с тиснением карты далекого греческого полуострова.

– Ты, генерал, зря такие слова говоришь. Комусов человек уже далеко не молодой, да и хворей разных у него пруд пруди. Никаких других детей у него уже точно не будет.

– Что-то я не понимаю, на кой ляд ему такие барыши нам предлагать, если их можно просто отдать, как выкуп за девчонку? Ведь его соплеменники именно этого и хотят или я чего-то не знаю? Так говори, не тяни «пушистого» за хвост.

Тарас в сердцах скомкал и бросил салфетку на стол.

– Ничего ты не понимаешь, а еще погоны генеральские носишь. Если просто выкуп отдать, хотя бы даже соплеменникам, то это на раз короны лишится, а, может, и жизни заодно. Ни один законник на такое не пойдет. А вот попросить другого, например, меня, так это вполне по понятиям. Усек, бас ты наш не народный?

– «Сила», а тебе какая радость нам помогать? Это что, теперь тоже по понятиям?

В голосе генерала зазвучали нотки ехидства и иронии.

– Романец, тебе, наверно, доподлинно известно, что я сам лично, очень много лет назад, свою корону сложил, когда собирался сочетаться законным браком с той женщиной, которая сейчас рядом с тобой сидит. И дитё у нас имеется, хоть и не кровное, но общее и любимое. И что бы ты знал, тоже девочка. И я жуть, как не люблю, когда детей в злые взрослые игры впутывают. Поэтому я с самим чертом договор заключу, чтобы у ребенка детство было спокойное и радостное. Государство курдам надо собственное – да ради Бога; деньги, изумруды для этого требуется – добывайте каким угодно способом, но деток малых оставьте в покое. Это не их Аллах, ни наш Иисус не позволяет.