- Я могу забрать её домой? – поинтересовался Мариан.
- Пока нежелательно, — ответил умудренный жизненным и профессиональным опытом лекарь.
- Пусть остается здесь. – предложил озабоченному отцу моей девочки. - Я поживу в гостевых покоях.
***
Прошло три дня. Самых тяжёлых в моей жизни. Солара всё это время пребывала в бреду. Лечение продвигалось медленно. Я отходил от неё только по естественным нуждам. Даже все донесения принимал в гостиной.
Круглые сутки рядом была и Шарнель. За это время мы многое с нею обсудили. Я рассказал о том, что люблю её дочь.
На моё удивление Шарни восприняла откровения спокойно. И даже дала добро на мои ухаживания.
По итогам расследования получалось, что принца наказывать не за что: Леонард ему простил удар по голове, к Соле, как клятвенно заверял Надэар, он не прикасался, да и врачи подтвердили, что девичья честь не пострадала. Откуда у неё синяки и ушибы наследник не знал. А рана Саяны оказалась неглубокой – обошлось без последствий.
И только тот факт, что Сола по-прежнему была между жизнью и смертью, позволял мне держать наследника под домашним арестом. Да и то брат наседал с требованием отменить это решение. Но я был непреклонен.
Помощников Надэара – трупахов умертвили повторно: расчленили и сожгли. То же самое мне хотелось сделать и с племянником. Но нельзя. Насильственное удерживание девушек на такое наказание не тянет.
На четвертые сутки Солара пришла в сознание. После того как лекари провели все процедуры, а Шарнель со служанкой её накормили и выкупали, я, наконец, смог войти в свою спальню.
С кровати на меня смотрели огромные зелёные глаза. И в них плескался страх. Опешил. Замер у двери.
- Как ты себя чувствуешь? – получилось хрипло.
Шарнель заспешила на выход, не забыв прихватить с собой служанку.
Солара молчала, и не моргая наблюдала за мной. Она теперь что, всех мужчин бояться будет? Убью эту наследную тварь!
Сделал осторожный шаг. Солара напряглась всем телом.
- Сола, я только хочу узнать, как твоё самочувствие. Если ты не захочешь, я не стану к тебе прикасаться, даже кресло могу отодвинуть подальше.
- Где… наследник? – прошептала перепуганная малышка, натягивая одеяло под самый подбородок и неотрывно следя за каждым моим движением.
- Под арестом.
- Его накажут? – страх в глазах сменился надеждой.
Что мне ей ответить? Сказать, что только пожурят? Как нашкодившего ребёнка? Если бы это зависело от меня, то Надэар сейчас сидел бы в каземате. Без еды и воды. И я бы с удовольствием продолжил то, что начал при задержании. Жалко меня тогда прервали. Знал бы чем дело кончится, наподдавал бы ему тогда побольше тумаков. А теперь он под защитой короля-папочки.
- Сола, ты расскажешь, что с тобой произошло? Откуда у тебя синяки и ушибы?
- Я упала со стола.
Мысленно выругался: последний повод для более-менее серьёзного наказания лопнул как мыльный пузырь. Я, конечно, не хотел, чтобы он к ней прикасался, но и смириться с тем, что племянник останется совсем без наказания, не мог.
- А Надэар? Он тебя не трогал? Может толкнул или ударил?
- Нет… Только его прислужник меня в чане с ледяной водой топил…
Я нахмурился. Захотелось собственноручно расчленять и сжигать её обидчиков.
- Но я не знаю, что он сделал со мной, после того, как я потеряла сознание, — Солара потупилась и покраснела.
- Ничего. Ничего он с тобой не сделал, — поспешил успокоить я.
- Его не накажут, да? – догадалась моя зеленоглазая малышка.
- Максимум, что ему грозит, это выговор от короля, — я посмотрел виновато, и сжал кулаки. – Но я могу найти повод и набить ему морду.
- А как же другие девушки? Которые были там до меня?
- Какие другие? – я встрепенулся – неужели всё есть шанс взгреть племянника? – Сколько их было? Мои люди никого не нашли.
- Я не знаю, сколько их было и где они сейчас. Но одна девушка определённо до меня была в той камере, где меня держали. Я нашла её серьгу.
- Сола, где эта серьга?
- Я её выкинула в окно.
- Зачем?
- Надеялась, что кто-то её найдёт и заинтересуется откуда она там. Осмотрит окрестности и может обнаружит меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Я отправлю своих людей, чтобы они поискали. Она может стать единственным доказательством того, что Надэар этим занимается не в первый раз. А это значит, что он…
- ..маньяк, — закончила за меня Сола. – Карт, он маньяк. Когда меня к нему в первый раз привели, и он стал расписывать всё, что меня ждёт, я поняла, что не первая в этом подземелье. Он даже что-то говорил такое…
Сола замолчала вспоминая.
- Что-то типа: «Все подчинялись, и ты подчинишься». Именно поэтому я и решила, что были и другие жертвы.
Я напряжённо сжал челюсти. Как удержать себя в руках и не учинить самосуд над этим уродом?
- Милая, я тебя сейчас оставлю, чтобы ты отдохнула. Но позже обязательно приду. Я должен тебе кое-что сказать.
Глава 21. Фамильная драгоценность
Вокруг каземата был исследован каждый сантиметр земли, но серьгу так и не нашли. Я приказал осматривать повторно, хотя понимал, что шансов нет. Наверное, её кто-то подобрал и прикарманил. Опрос ювелиров и скупочных лавок тоже ничего не дал: никому не приносили одиночную серьгу с рубином.
Вечером шёл к Соларе с плохими новостями, а так хотелось хоть чем-нибудь порадовать. Я планировал с ней объясниться, но теперь, когда вынужден был отпустить Надэара, навряд ли она захочет меня слушать. Просить у брата разрешения на ментальное воздействие не было причин. Но я всё же попытался, рассказав ему о находке Солы. Леонард был непреклонен, и сказал, что без весомых доказательств не только ментал, но и простой допрос проводить запрещает.
Побеседовал с Саяной, но та ничего нового рассказать не смогла. От службы в канцелярии отказалась, заявив, что ей одного раза хватило. А вот знаки внимания от Линоя, который пожелал составить ей компанию в беседе со мной, не стесняясь меня, принимала и поощряла. Ну хоть у кого-то всё удачно складывается.
Успел как раз вовремя: Мариан, Шарнель и Алекс (неожиданно!) забирали Солару домой. Попросил дать несколько минут для разговора, но Сола отказалась, мотивируя тем, что ни одной лишней минуты не хочет находиться под одной крышей с маньяком. И попросила не провожать.
Последним из комнаты выходил внук. Он сочувствующе на меня посмотрел и сказал:
- Я не знаю, что между вами произошло, но Сола сказала, что хочет поскорее забыть о всей королевской семейке, и…, — Алекс запнулся и отвел глаза в сторону, — Карт, она попросила меня побыстрее на ней жениться и увезти в Дервутский замок… Ты же понимаешь, я не смогу ей отказать.
Когда за ним закрылась дверь, я схватил пустой стакан со стола и со всей силы швырнул в стену. Звон разбитого стекла ничуть не облегчил боль, разливающуюся за грудиной. Уселся на ковёр, усыпанный осколками, и обхватил голову руками.
Не знаю, сколько я так просидел, но, когда кто-то тронул за плечо и я поднял голову, понял, что уже наступила ночь. Рядом стоял испуганный слуга:
- Ваше высочество, может вы в постель пойдёте? Или ванну примите, — я её уже приготовил.
- Нет!
Подскочил и направился в архив: костьми лягу, но найду способ наказать племянника! И это не ради мести, а для того, чтобы Солара успокоилась и смогла спокойно приходить во дворец. Как прежде. И пусть у меня не будет шанса сделать её своей женой, но я хотя бы смогу время от времени видеться с ней. И буду знать, что у неё всё хорошо.
Просидел над бумагами до рассвета, перечитал все дела пропавших за последние несколько лет девушек. Ни одной зацепки! Но всё же время я потратил не зря – у меня появилась идея.
Сола
Мне было невыносимо больно осознавать, что эта королевская сволочь останется безнаказанной. Пусть он мне не успел сделать ничего страшного, но ведь он психически болен. Я это видела тогда – при первой встречи в застенках каземата. Этот лихорадочный блеск в глазах, когда он подробно описывал, как будет меня насиловать, был нездоровым. И он явно не представлял будущее, а вспоминал прошлое: он это уже с кем-то проделывал, и возможно не единожды! А серьга, которую я нашла под матрасом это доказывает.
