Читаем без скачивания Страх на побережье - Чарльз Вильямс

— Нет, — ответил он. — Есть некоторые вещи, в которых я не уверен. Кстати, не собираетесь ли вы сегодня в город?

— Да, а что?

— Я тоже собираюсь на пару часов, так что если вы не возражаете… Не имеет смысла брать две машины.

Она мгновение подумала и согласилась, а ее голос опять стал мягким и приветливым. «Может быть, я поступаю глупо, — подумалось Рено, когда они выехали на шоссе, — может быть, я делаю все не правильно. Надо бы ехать прямо в участок и отвести ее туда: она вполне может по дороге удрать».

Нет, тут же отверг он эту мысль. Против этого решения был все тот же аргумент. Если он отвезет ее в полицию, а она откажется подтвердить рассказ Вики, его сестра будет куда в более худшем положении, чем сейчас, а сам он выдаст себя с головой. Его противники узнают, кто он такой, и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что за этим последует.

Некоторое время оба молчали, потом он повернулся и посмотрел на нее. Ее милое лицо выглядело озабоченным, она рассеянно глядела на дорогу. «Интересно, — спросил он себя, — я только по этой причине не тащу ее в полицию или в глубине души мне не хочется этого делать?»

Она повернулась и заметила, что он смотрит на нее. Ее карие глаза немного прояснились, и она попыталась улыбнуться.

— Извините, — проговорила она. — Вы что-то сказали? Я немного задумалась.

— Ничего. — Он уже опять смотрел на дорогу. — Я тоже.

Консул и Истер были не единственными специалистами по взрывам в этих краях, промелькнуло в голове Рено. Глаза этой темноволосой девушки тоже были весьма взрывоопасны.

В начале одиннадцатого он остановил машину около почты.

— Я буду ждать вас здесь в половине первого, — коротко сказал он. — Годится?

— Да. Спасибо. Мне это очень удобно, — ответила Патрисия.

Он направился к почте, но остановился, не доходя до ступенек крыльца. Еще слишком рано ждать письма от миссис Конвей. Может быть, она еще не доехала до Сан-Франциско, и в любом случае он получит от нее известие не раньше чем через два-три дня. Разочарованный, он повернулся и отправился в контору Гейджа.

«Болван, — подумал он, — раз уж я здесь, можно было по крайней мере попытаться». Он зашел в телефонную будку при аптеке и заказал разговор с Сан-Франциско, с беспокойством слушая, как оператор междугородной связи звонит в бюро информации, чтобы узнать номер. Потом он услышал длинные гудки. У него оставалась лишь слабая надежда, что она приехала и еще никуда не ушла.

Его сердце колотилось от волнения, когда в трубке наконец раздался ее сонный голос. И только тогда он сообразил, что на западном побережье сейчас около восьми утра и он вытащил миссис Конвей из постели.

— О! — быстро проговорила она, узнав голос собеседника. — Вы что-нибудь… я хотела сказать, есть какие-нибудь новости?

— Нет. Пока нет. — Рено было жаль женщину: ведь она уже знала, что ее муж женился на ней под чужим именем и что либо он был мертв, либо это он пытался убить ее. Но она все еще на что-то надеялась. — Я хотел спросить у вас кое-что, — продолжал Пит. — Вы не помните, какого числа мистер Конвей прибыл в Уэйнспорт, возвращаясь из Италии?

— Да, пожалуй, помню, — медленно проговорила она. — Кажется, это было в первую неделю мая.

— А точнее вы не помните?

— Нет, к сожалению. Да он и не говорил…

— А название корабля?

— Да, я его знала. Мне нужно только подумать. Подождите…

Она пыталась сосредоточиться: со сна женщина казалась несколько вялой.

— «Серебряный»… «Серебряный колпак»! Так он назывался. А почему вы об этом спрашиваете, мистер Рено?

— Мне просто пришла в голову одна странная идея, — ответил он. — Я все еще пытаюсь отыскать иголку в стоге сена.

— Вы ведь сообщите мне, когда что-то прояснится? Я буду в Кармеле. — Она дала свой адрес.

— Да, — сказал он. — Первым делом.

Городская библиотека располагалась в небольшом, обвитом плющом здании на сонной зеленой улице. Рено уселся за столик и попросил принести ему подшивку «Уэйнспорт экспресс» за май. Он пролистывал газеты одну за другой, особенно тщательно просматривая последние страницы, где обычно помещались заметки, касающиеся судоходства. Добравшись до номера за седьмое мая и не найдя того, что искал, он почувствовал беспокойство.

Нужное ему судно не прибыло ни восьмого, ни девятого, и, когда он открыл номер за десятое число, последняя надежда испарилась. Он торопливо пробежал глазами список прибывших кораблей и признал свое поражение. Название «Серебряный колпак» нигде не упоминалось.

Еще одна шальная идея лопнула, подумал он.

Увы, нет никакой связи. Когда произошел взрыв, Роберт Консул был еще в море. Уже безо всякого интереса, машинально, Рено перевернул еще одну страницу. И тут он увидел…

«Пароход „Серебряный колпак“, порт отправления Генуя, рейсом через Марсель и Барселону, пришвартовался в 1.30 дня». «Ну и что?» — устало спросил он себя. Это уже одиннадцатое мая, стало быть, на следующий день после взрыва.

Хотя нет! Он выпрямился, лихорадочно соображая. Десятого мая, сказал Гриффин, но взрыв произошел уже после полуночи. Рено поспешил вернуться к первой странице. Поиски не заняли много времени. Заголовок кричал через всю газетную полосу: «Таинственный взрыв уничтожил лодку».

Он нетерпеливо пробежал глазами заметку и дальнейшие сообщения в следующих номерах.

Газеты описывали эту историю в основном так же, как и рассказывал Гриффин. По словам экспертов, взрыв произошел в самой лодке. Никакого ключа к разгадке не удалось отыскать. Было высказано предположение, что в лодке находились двое мужчин, но кто они такие, осталось тайной. Упоминалось также имя Гриффина, который заявил, что не имеет понятия, кто мог украсть его лодку.

Рено молча перевернул последнюю страницу и еще какое-то время в оцепенении просидел в читальном зале. На его лице не осталось и следа от недавней напряженной работы мысли. Все это могло быть простым совпадением. Почти наверняка так и есть. Каким образом Консул мог устроить этот взрыв? Ведь он находился на корабле и не мог сойти на берег, минуя таможню, а пройти ее он должен был только утром, спустя несколько часов после взрыва. Но все же судно проходило через канал как раз перед тем, как взорвалась лодка…

Разгадка где-то здесь, близко, рядом, с досадой думал Рено, ощущая, как на него накатывает волна бессильного гнева. Все факты этого грязного дела должны подходить друг к другу, как детали детского конструктора. Ах, если бы только найти у него ключ!.. Этот ключ оказался в руках Мака, и потому его убили. В течение каких-то считанных минут, а то и меньше, он обладал этой разгадкой, а потом они добрались до него, потому что он узнал слишком много. Но почему, почему ему, Рено, не дано увидеть то, что видел он?..

Интересно, подумал Пит с холодным любопытством, сможет ли он почувствовать опасность, если ему что-то удастся обнаружить?

И он отправился в контору Гейджа.

Проходя мимо входа одного из банков, Рено вдруг резко замедлил шаг. Оттуда только что вышла Патрисия Лазатер. Девушка не видела его и стояла посередине тротуара, неуверенно оглядываясь по сторонам. Потом она повернулась, словно наконец увидела то, что искала, и пошла в противоположную от Рено сторону. Около небольшого грузовика, приткнувшегося к обочине, она остановилась. Дверца машины распахнулась, и показался высокий человек в брюках цвета хаки и хлопчатобумажной рубашке. Это был не кто иной, как Макс Истер.

Они находились не более чем в пятидесяти ярдах от Рено, который, прислонившись к стене, курил и задумчиво наблюдал за ними. Девушка что-то достала из сумочки и протянула Истеру.

Рено совершенно отчетливо разглядел, что это были деньги. «Интересно, за то, что он увел прицеп, — подумалось ему, — или за то, что перерыл мой домик и огрел меня по кумполу? Или же он просто вымогает у нее деньги?..»

Истер взял банкноты, беспечно сунул их в карман, сделав другой рукой небрежный жест, то ли выражая благодарность, то ли прощаясь, сел в машину и, резко развернувшись, поехал прочь, в ту сторону, где стоял Рено. Когда Истер поравнялся с ним, Рено повернулся и в упор взглянул на него. В первый раз он увидел этого человека с близкого расстояния и отметил в памяти правильной формы голову, короткие, совершенно седые волосы и холодные, глубоко посаженные светлые глаза.

Проезжая мимо, Истер тоже повернулся, и их взгляды встретились. Не похоже было, чтобы Истер узнал его, но все же Рено почувствовал, как по его телу пробежали мурашки. Этот человек вполне мог быть тем, кого он разыскивает, тем, кто убил Мака и потом стрелял из винтовки в него самого и миссис Конвей.

Машина влилась в транспортный поток.

Хауэлл Гейдж поднял голову от письма, которое читал, и жестом указал на кресло.

— Нашли что-нибудь? — спросил он.

— Ничего хорошего. Разве что кто-то перерыл все мои вещи и треснул меня по голове. — Рено коротко рассказал о своих приключениях.