Часть вторая
Убийцы
22
Мероэ, 814, седьмой год правления Нерона
Прожив два месяца в этом городе, Клавдий заскучал по Риму. Один из его людей умер от странной лихорадки, так что в живых остались только Петроний и он сам. Выполнять далее возложенную на него миссию не представлялось возможным, поэтому римлянин хотел как можно скорее вернуться домой.
Храм Амона Клавдию был известен. Он часто посещал его вместе с кандакой. Царица-жрица проводила с Клавдием много времени. Они прогуливались вместе по берегу Нила, удаляясь в пустыню, поднимались вверх по реке на юг, в лесистые районы. Клавдий не открывал ей истинной цели своей миссии. Если бы он это сделал, кандаке не оставалось бы ничего иного, кроме как предъявить ему обвинение и заковать в кандалы.
Однажды, проходя мимо большого храма Амона, кандака посмотрела на гигантские колонны и спросила:
— Тебе известна история бога Амона?
Клавдий с удивлением посмотрел на нее. Они никогда не говорили ни о его особом интересе к храму, ни о боге, которому тот был посвящен.
— Слышал что-то о нем. Мои визиты в Египет всегда были очень короткими. Я получал назначения в Галлию, Испанию и Рим, но в Египет меня никогда не посылали надолго.
— Амон — это один из самых древних богов Египта и Нубии. Он олицетворяет все сокровенное и созидательную способность, которая ассоциируется с первозданной бездной. Это бог, которого нельзя увидеть глазами смертных, который невидим как богам, так и людям, — объяснила женщина.
— Думаю, что это что-то похожее на нашего Юпитера, — заметил Клавдий.
— Что-то общее есть, но он обладает еще несколькими чертами, которых не имеет бог, отец римлян. Он так же стар, как мир. В «Текстах пирамид» о нем говорится как о божестве, ассоциируемом с ветром, в легком дуновении бриза он и проявляется, а потому является покровителем мореходов. Это божество изображают в голубом цвете. Он был известен как Отец двух ветров, Душа ветра. Его имя писали на штурвалах кораблей. Считалось, что одно упоминание его имени укрощает крокодилов.
— Не знал я, что великий Амон является богом мореходов и ветров, — съязвил римлянин.
Женщина искоса взглянула на него и продолжала свои объяснения. Единственное, с чем можно было сравнить ее преданность Амону, так это растущее сердечное влечение к Клавдию.
— Амон был сыном Маат и Тота, членом фиванской триады, как муж Мут и отец Хонсу. Но религиозная реформа Эхнатона, это иконоборческое неистовство привело к тому, что Амон практически исчез из Египта.
— Я слышал об Эхнатоне как о фараоне-бунтовщике, — вставил Клавдий.
— Мы, приверженцы культа Амона, считаем Эхнатона посланником богов, который явился, чтобы поставить заслон ложным культам. Амон является богом верховным, авторитет которого распространяется на весь Египет. Во времена правления Восемнадцатой династии его называли Амон-Ра-Хорахти-Атум. Он ассоциировался непосредственно с царским достоинством, которое приравнивало деяния фараона к божьей воле, так что никто не мог подняться до уровня фараона без согласия Амона. Это свидетельствует о влиянии, которым он пользовался в Фивах, где жрецы сосредоточили в своих руках власть, равную власти фараона. Фивы стали подобны независимому государству.
— Но здесь не Фивы, — возразил Клавдий.
— Да, здесь почитание Амона под угрозой. В течение многих поколений мы служили богу всех богов, а сегодня его место занимают боги иных стран. Амбиции некоторых не знают пределов, — продолжала женщина, понизив голос.
— Человек честолюбив.
— Однако честолюбие может достичь такого уровня, что погубит царство Мероэ.
Клавдий с интересом посмотрел на женщину. Он не понимал, к чему она клонит. До этого момента они никогда не говорили ни об Амоне, ни о подлинной причине его путешествия в Нубию.
— Многим хочется обладать «Сердцем Амона», — произнесла она наконец.
— «Сердцем Амона»?
— А разве не это привело тебя сюда из далеких земель?
Римлянин на несколько секунд потерял дар речи. Потом судорожно сглотнул и попытался что-то сказать, но женщина его прервала, продолжив:
— «Сердце Амона» в опасности. Если откроются его секреты, царство может рухнуть. Ты должен помочь мне вывезти его из Мероэ.
— Да ты хоть понимаешь, о чем просишь?
— Когда тебе откроется секрет «Сердца Амона», ты сразу же станешь еще одним его слугой. Твой император не может померяться с ним властью.
— Я поклялся в верности Нерону, — возразил Клавдий, проявляя твердость.
— Твой император может лишить тебя жизни, а Амон может сделать так, что ты будешь жить вечно.
— Вечно?
И жрица пошла к большому храму между большими колоннами. Клавдий последовал за ней. В это время суток храм был пуст. Римлянин вошел в громадное помещение и, увидев огромное изваяние бога, никак не мог побороть в себе дрожь.
23
Мероэ, 16 декабря 1914 года
После многочасового осмотра руин вместе с Джоном Гарстангом наши путешественники чувствовали себя совершенно изнуренными. Их гид оказался прекрасным знатоком культуры и архитектуры Мероэ. Однако после двух месяцев путешествия по Нилу и по пустыне всем хотелось поскорее отдохнуть. Слуги разбили три палатки неподалеку от стоянки археолога, и после легкого холодного ужина, когда солнце уже село, путешественники отправились отдыхать.
Геркулес повесил свою одежду на раскладной стул и умылся. В Африке человек привыкает неделями не видеть себя в зеркале, а теперь, увидев щетину на лице, он понял, что пришло время побриться. Еще в начале путешествия Геркулес решил постричься: его седая грива, отросшая за последние годы, уступила место прежней короткой стрижке военного человека. Как бывший военный он поддерживал усы всегда очень короткими, однако теперь его лицо стало очень смуглым.
Устроившись на раскладной кровати, он почувствовал, как расслабляются его мышцы. Гарстанг показал им храм Амона, дворец и прочие, менее важные объекты. Отдых в полдень был слишком коротким, и теперь они ощущали ужасную усталость. Как только Джамиля выполнит свое обещание и освободится от своей ноши, все смогут наконец вернуться в Каир. Путешествие обернулось настоящей авантюрой, а в свои пятьдесят лет он чувствовал, что нуждается в отдыхе и покое. Впрочем, Геркулес весьма своеобразно понимал слово «отдых». Он подумывал над тем, чтобы предложить своим спутникам прокатиться по морю до Кадиса, а оттуда — на первом же судне отплыть на Кубу. Провести несколько дней на острове, а затем отправиться в Мексику, посетить пирамиды майя и исследовать полуостров Юкатан. Он не знал, как на это отреагирует Джамиля. Пересечь полсвета — не самое лучшее предложение для дамы ее положения.
