Когда зажегся свет, ему пришлось побеседовать со своими соседями. К нему все отнеслись по-дружески, и Ролан пригласил его к ним присоединиться, чтобы достойно закончить вечер. Педро предложил пойти потанцевать в «Сальса 54» — этот клуб находился рядом с театром.
Танцевальный зал был большим, и, хотя публики было очень много, танцоры изящно двигались в центре, не задевая друг друга. Женщины на высоких каблуках, затянутые в прямые юбки, обрисовывающие ягодицы, груди, торчащие из кружевных корсажей из полиэстера, подкрашенные глаза, губы цвета крови — все это рождало атмосферу чувственности. Самодовольные мужчины в узких брюках, широких рубашках и в сверкающих ботинках беззастенчиво разглядывали объекты своего желания и пользовались возможностью, чтобы показать им силу своих рук.
Жад взяла Педро за руку и потащила его в центр зала. Ее тело сразу же восприняло ритм латинской музыки и подчинилось ему. Как и другие женщины, Жад выгнулась и завертела бедрами, но вместо того, чтобы держаться на расстоянии, она словно приклеилась к Педро. Ее бедра раздвинули ткань платья, а длинные волосы коснулись рук мужчины, сжимавших ее мускулистую спину. Таз закачался так, что скоро другие танцоры остановились и окружили их, чтобы полюбоваться.
Наличие зрителей подзадорило девушку. И она показала всю чувственность своего тела. Теперь именно она повела Педро. Он, как загипнотизированный, следовал за каждым ее шагом, получая толчки живота Жад, которая вся вибрировала от счастья этого ритма любви. Во время одного широкого шага туника Жад с одной стороны разорвалась, обнажив ее до самого пояса, но она продолжила танцевать. Она забыла про других и кружилась, предлагая окружающим свой собственный набор чувственных акцентов традиционной сальсы. Иногда она лениво опиралась на плечо Педро, иногда она оборачивалась вокруг него, а он тянулся к ней руками, как будто у него кружилась голова.
Когда оркестр сделал паузу, все повернулись к Жад и разразились аплодисментами. Она поклонилась и выразила готовность к новому танцу. Двое подвыпивших мужчин одновременно приблизились к ней, чтобы пригласить ее на танец. Каждый взял ее за руку и попытался обхватить за талию. Жад нравилось чувствовать на себе прикосновение незнакомых рук. Она бы танцевала с обоими, если бы это было возможно, но костариканцы не разделяли такого мнения. Не оставляя ее, они начали осыпать друг друга оплеухами. Педро с Роланом бросились Жад на помощь, и они торопливо выбрались из возникшей суматохи.
Ольга, Берит и Бьянка уже ждали их снаружи под похотливыми взглядами двух нарядно одетых молодых подростков.
— Берем их? — спросила Ольга.
Ребята поняли, что говорят о них, и подошли поближе. Они были так рады и возбуждены, что нервно посмеивались и подталкивали друг друга локтями. Педро строго посмотрел на них. Он был явно обеспокоен новыми конкурентами, но ничего не сказал, когда женщины окружили молодых костариканцев и взяли их за руки.
Они еще не вошли в номер отеля, а Берит уже зажала растерянных подростков между комодом и стеной и медленно разделась перед ними. Педро, который начал понимать неписаные правила группы, устроился на полу, как и остальные, и стал наблюдать.
Берит прижала свое обнаженное тело к менее расторопному парнишке и страстно поцеловала его. Он обнял ее и с гордостью посмотрел вокруг, считая себя избранным. Но она тут же бросила его и перешла к его другу, который смотрел на все это, сложив руки. Она прижалась к нему, всунула бедро между его ног и надавила на яички.
Первый подросток разгневался и уже собрался было уйти, но она позвала его тоном, не терпящим возражений. Он направился к Берит с безразличным видом. Она подтащила его к его другу и обняла их обоих. Подростки начали ощупывать ее своими неопытными руками. Она раскрыла молнии их ширинок и достала их напряженные члены, потерла одну головку о другую, сжала оба пениса, а потом начала их гладить. Потом она заставила подростков взять члены друг друга в руки. Они были так возбуждены, что мастурбировали друг друга как безумные. А она в это время ввела свои указательные пальцы в их анусы.
Друзья быстро кончили, и Берит разочарованно бросила их, обратившись к Педро. Колумбиец положил ее на пол и взял силой, причем каждый удар его таза отодвигал ее на несколько сантиметров, пока голова Берит не уткнулась в стену.
Ольга подошла к двум мальчикам, которые недоуменно стояли на пороге комнаты, и повела их к кровати. Она легла между ними и дала им свою грудь. Они атаковали ее, словно голодные новорожденные дети.
Ролан достал свой «Асахи Пентакс». Он сделал несколько снимков Ольги с подростками, присосавшимися к ее груди. Ноги ее были широко расставлены, чтобы мальчики без труда могли ласкать ее вульву. Через несколько минут после эякуляции подростки снова возбудились. Ролан приказал Жад и Бьянке успокоить их. Они разместились с двух сторон кровати и схватили напрягшиеся члены ребят.
Жад решила доставить побольше удовольствия мальчику, которого она мастурбировала. Она хотела, чтобы ему понравилось показывать себя. Это была своего рода церемония крещения, открытия чувств, которые позволят потом парнишке по-настоящему любить женщин. Она, Жад, была ответственной за проведение этого ритуала, а молодой человек был новым последователем чувственной религии. Она наклонилась над новичком и стала сосать его член, пока он не изверг в нее свой сок.
10
Жад была счастлива вернуться в Finca Verde. Первым делом она отправилась на берег, к морю. Вода была такой теплой, что она едва чувствовала ее ногами, и настолько прозрачной, что она видела свои пальцы на песке, такие же перламутровые, как и раковины вокруг них. Они, казалось, принадлежали кому-то другому, сестре-близнецу, которая никогда не покидала ее и разделяла с ней все удовольствия. Эти сестринские пальцы были нежны, как волны, что плескались у ее бедер и щекотали ее промежность.
Жад поплыла в открытое море. А ее сестра в это время как будто касалась ее груди, обнимала ее и гладила ей живот. Жад погрузилась в нее, отдав свое тело мягким прикосновениям теплого моря.
Когда Жад вернулась на берег, ей показалось, что вдалеке, с другой стороны ручья, она увидела мужской силуэт, но не обратила на это внимания. Пляж был открыт для всех, но к нему было трудно пробраться, и она никогда не встречала на нем никого, кроме обитателей дома. Жад стряхнула воду. Ее мокрые волосы прилипли к спине, и сама она была похожа на нимфу. Соленая морская вода стекала по ее обнаженной груди, оставляя на сосках радужное отражение, и капала на ее плоский живот и бритый лобок.
