Она вернулась в свою комнату. Ей хотелось остаться наедине со своей вымышленной подругой. Стоя под душем, она сказала ей:
— Отмой меня, сестренка. Намыль мне грудь. Потри хорошенько между ног. Я тоже намылю тебя. Я раскрою твои губы, чтобы твоя киска была чистой, когда я буду любить тебя. Сделай мне то же, что я делаю тебе. Не стыдись. Это нормально, когда две сестры делают друг другу хорошо. Ты хочешь, чтобы я кончила с помощью насадки для душа? Направь струю в меня и пусти ее вокруг моей маленькой кнопочки. Не слишком нажимай. Да, вот так. Очень хорошо.
Спазм пробежал по телу Жад, и ее влагалище мгновенно увлажнилось. Ошеломленная, она выключила душ и протянула руку за полотенцем, потом медленно вытерлась.
Ей захотелось увидеть себя, свои набухшие соски, как ее мог бы увидеть любовник после оргазма, и она подошла к шкафу в ванной комнате. Через открытую дверь было видно окно спальни, отражавшееся в зеркале. И Жад увидела там мужчину, наблюдавшего за ней со стороны.
Она не испугалась. Напротив, неизвестное лицо, которое следило за ней, когда она получала наслаждение, возродило в ней желание. Она подошла к постели и легла в нескольких сантиметрах от наблюдателя. Какое же это восхищение — ласкать себя снова, только для него! Она повернула бедра в его сторону и раздвинула ноги, чтобы он мог видеть движение ее указательного пальца.
— Ты тоже будешь мастурбировать? — шепнула она мужчине по-английски. — Иди сюда, я хочу видеть.
Мужчина обошел вокруг бунгало и вошел внутрь. Он был высокий и белокурый. Его рука, покрытая золотистыми волосками, задвигалась по возбужденному члену.
— Подойди, — приказала Жад, ускоряя движение пальца.
Мужчина встал на колени рядом с кроватью, и его член оказался на уровне глаз Жад.
— Хочешь пососать? — спросил он с сильным американским акцентом.
— Нет, — ответила Жад. — Оставайся здесь, рядом со мной, и продолжай. Мы не должны прикасаться друг к другу.
Когда мужчина кончил, струя спермы плеснула на грудь Жад. Она взяла ее в ладонь и начала размазывать по вульве. Ее снова накрыл оргазм, но она продолжала следить за глазами мужчины, не сводившего с нее взгляда.
— Много раз я смотрел на тебя в бинокль, — признался американец, садясь на кровать. — Ты здесь самая желанная девочка. Ты выходишь, встряхивая волосами, из воды… Твое тело, женственное и стройное… А теперь я вижу тебя вблизи, твое лицо, твои зеленые глаза… Я могу прикоснуться к тебе?
— Нет, я не хочу, — капризно ответила Жад.
Она сама не понимала почему, но ее забавляла эта игра с неизвестным мужчиной. Его член по-прежнему был тверд. Немного поощрения, и он был бы готов снова совершать подвиги.
Жад вяло потянулась, выпятив грудь и втянув живот.
— Я пойду мыться. Если хочешь, можешь потереть мне спину.
Мужчина последовал за ней в ванную и намылил ей тело. Мыло скользило у нее между ягодиц, но Жад призвала мужчину взять себя в руки, слегка толкнув его кулаком. Она запрещала себя ласкать, но одновременно провоцировала мужчину, выгибаясь и покачиваясь в душе.
Вдруг американец взял ее на руки, поднял из ванны и бросил мокрую на кровать. Он раздвинул ей ноги и стремительно вошел в нее.
— Отпусти меня, — закричала она, чтобы возбудить его еще больше.
Член американца был таким длинным, что он не смог протолкнуть его полностью во влагалище Жад. Он схватил его за основание, и Жад почувствовала, как его сильные пальцы бьются о ее вульву. Она согнула ноги в коленях и скрестила лодыжки на шее своего партнера. В этом положении он мог войти еще глубже. У Жад создалось впечатление, что он наполнил собой все ее чрево.
Сжав рот, сузив глаза, он, похоже, думал только об удовольствии. В руках этого мужчины Жад была игрушкой.
Все выглядело как-то механически, но это нравилось девушке. Она не принадлежала неизвестному и ничем не была ему обязанной. В следующий раз она могла бы запретить входить в свою дверь. Но на данный момент это большое тело давало ей физическую радость, и она не принимала в этом никакого участия. Оргазм пришел, хотя она и не думала о нем, освободив ее от напряженности, и этот небольшой спазм успокоил ее, но не восхитил. «Очень приятно заниматься любовью с мужчиной, которого не любишь», — подумала Жад, с безразличием глядя на то, как американец встает.
В тот вечер, за ужином, она никому ничего не рассказала. Она смаковала эту свою маленькую тайну, которая доставляла ей одновременно чувство вины и власти. Секрет лишь усиливал ощущение приключения.
За ужином она почувствовала, что Ролан смотрит на нее с некоторой иронией. А не была ли включена камера? Даже если ее любовник все видел, Жад решила ничего не говорить. Она молчала больше из любопытства, чем из чувства протеста. Как далеко мог зайти Ролан, если он сочтет, что она ему не подчиняется?
Очень скоро она узнает об этом.
— Я видел Питера Дикинсона, выходившего из твоего casita, — объявила Бьянка, когда Отилия убрала все со стола.
Питер Дикинсон… Вот ведь, мужчина так мало для нее значил, что Жад даже забыла поинтересоваться, как его зовут!
— Нам он не очень нравится, — добавил Ролан. — Это человек, который любит брать, но при этом ничего не давать. Ты занималась с ним любовью?
— Нет, — с апломбом солгала Жад, которому и сама весьма удивилась, словно девчонка, которую застали с банкой варенья.
— Вот ведь как, — произнес Ролан. — Наша маленькая Жад нарушает многие правила. Во-первых, она отдается Дикинсону, который занесен у нас в черный список, а во-вторых, она отказывается это признавать. Какое наказание она заслуживает?
Бьянка ответила загадочной улыбкой.
— Она пыталась скрыть то, в чем никто из нас не принимал участия. Сделаем теперь все наоборот. Покажем себя и не позволим ей в этом участвовать.
— Очень хорошо, — согласилась Ольга. — Но были допущены две ошибки, то есть должно быть и два наказания.
— Пусть она приведет Тину, жену Дикинсона, — предложила Берит.
— Очень хорошая идея, — подхватила Бьянка, — но давайте устроим первое наказание немедленно.
Ролан попросил Жад раздеться. Когда она оказалась совсем голой, он повел ее в угол комнаты, где росла юкка, снял ремень и привязал Жад к стволу дерева. Бьянка взяла шарф, который обхватывал ее волосы, и связала запястья девушки у нее за спиной. Ольга сложила полотенце по диагонали и обернула его вокруг лодыжек своей подруги.
Таким образом, Жад оказалась обездвижена, превратившись в беспомощную зрительницу. Ее спутники сняли с себя всю одежду. Ролан положил руку на свой эрегированный пенис. Он был красив, и Жад, конечно же, очень хотелось почувствовать его в себе.
