Серебряный Колодезь
На откосе
Вот прошел леса и долы.Подо мной откос.На реке огонь веселыйБлещет с дальних кос.
В зеленях меж гнезд и норокПротоптал я стезь.Берегись ты, лютый ворог,Берегись, я — здесь.
Близок час: падешь в крови тыНатруди земли,Здесь падешь, ножом пробитый.(Ай, люли-люли!)
Ты не бейся, сердце-знахарь.(Ай, люли-люли!)За сохой плетется пахарьТам вдали, вдали.
Отнесу тебя, сердешный,В прибережный ров.Будут дни: смиренный, грешный,Поплетусь в Саров.
День пройдет: вечор на воле!Лягу под лопух.Не усну от горькой болиДа от черных мух.
1906
Москва
Предчувствие («Паренек плетется в волость…»)
Паренек плетется в волостьНа исходе дня.На лице его веселость.Перед ним — поля.
Он надвинул разудалоШапку набекрень.На дорогу тень упала: —Встал корявый пень.
Паренек, сверни с дороги, —Паренек, сверни!Ближе чернью отроги,Буераки, пни.
Где-то там тоскливый чибисПролетает в высь.Миловались вы, любилисьС девкою надысь —
В колокольчиках, в лиловых,Грудь к груди прижав,Средь медвяных, средь медовых,Средь шелковых трав.
Что ж ты вдруг поник тоскливо,Будто чуя смерть?Одиноко плещет иваВ голубую твердь.
Вечер ближе. Солнце ниже.В облаках — огни.Паренек, сверни — сверни же,Паренек, сверни!
1908
Суйда
Убийство
Здравствуй, брат! За око око.Вспомни: кровь за кровь.Мы одни. Жилье далеко.Ей, не прекословь!
Как над этой над лужайкойКровь пролью твою…Забавляюсь балалайкой,Песенки пою.
Веселей ходите, ноги,Лейся, говор струн!Где-то там — в полотом логе —Фыркает табун.
Где-то там — на скате — тройкаВ отходящий деньКолокольцем всхлипнет бойко:Тень-терень-терень!..
Протеренькай, протеренькайПрямо на закат!Покалякаем маленькоМы с тобою, брат.
Отстегни-ка ворот пестрый:К делу — что там ждать!И всадил я ножик вострый.В грудь по рукоять.
Красною струею прыснулКрасной крови ток.Ножик хряснул, ножик свистнул —В грудь, в живот и в бок.
Покрывая хрип проклятий,В бархатную новьИз-под красной рукоятиПеней свищет кровь.
Осыпаясь прахом, склоныТихо шелестят;Галки, вороны, вороныСтаей налетят.
Неподвижные, как стекла,Очи расклюют.Там — вдали, над нивой блеклой,Там — вдали: поют.
С богом, в путь! Прости навеки!Ну, не обессудь.Я бегу, смеживши веки.Ветер свищет в грудь.
К ясным девкам, к верным любамНе придет авось, —Как его стальным я зубомПросадил насквозь.
1908
Серебряный Колодезь
Бегство («Ноет грудь в тоске неясной…»)
Ноет грудь в тоске неясной.Путь далек, далек.Я приду с зарею краснойВ тихий уголок.
Девкам в платьицах узорныхПеснь сыграю я.Вот на соснах — соснах черных —Пляшет тень моя.
Как ты бьешься, как ты стонешь —Вижу, слышу я.Скоро, друг сердечный, сгонишьСтаю воронья.
Веют ветры Никнут травки.Петухи кричат.Через лес, через канавки —Прямо на закат.
Ей, быстрей! И в душном дымеВижу — городок.Переулками кривымиПрямо в кабачок.
1906
Москва
В городке
Руки в боки: ей, лебедки,Вам плясать пора.Наливай в стакан мне водки —Приголубь, сестра!Где-то там рыдает звуком,Где-то там — орган.Подавай селедку с луком,Расшнуруй свой стан.
Ты не бойся — не израню:Дай себя обнять.Мы пойдем с тобою в банюМалость поиграть.
За целковым я целковыйВ час один спущу,Как в семейный, как в рублевыйНомер затащу.
Ты, чтоб не было обмана,Оголись, дружок.В шайку медную из кранаБрызнет кипяток.
За мое сребро и златоМне не прекословь: —На груди моей косматойСмой мочалом кровь.
Растрепи ты веник колок,Кипяток размыль.Искусает едкий щелок,Смоет кровь и пыль.
Обливай кипящим пылом.Начисто скребиСпину, грудь казанским мылом:Полюби — люби!
Я девчоночку другую —Не тебя — люблю,Но обновку дорогуюДля тебя куплю.
Хоть я черный вор-мерзавец, —Об заклад побьюсь,Что на вас, моих красавиц,В ночь раскошелюсь.
Ей, откуда, ей — узнай-ка,Заявился я?Трынды-трынды, балалайка,Трыкалка моя!
По крутым речным излукамПролетит туман…Где-то там рыдает звуком —Где-то там — орган.
1908
Серебряный Колодезь
В деревне
Ходят плечи, ходят трясом,Стонет в ночь она, —Прошушукнет поздним класомСтебель у окна.
«Ты померкни, свет постылый, —В вечный темень сгинь!Нет, не встанет из могилыСокол мой: аминь!
Как проходят дни за днями.Палец жжет кольцо».Мухи черными роямиПлещут ей в лицо.
Прошушукнет поздним класомСтебель у окна.Ходят плечи, ходят трясом, —Стонет в ночь она.
Стар садится под оконцемЛюбу обнимать:«Задарю тебя червонцем, —Дай с тобой поспать!»
Но в оправе серебрёнойСтукнул грозен перст.«Сгинь», — и молоньей зеленойНебосвод отверст.
«Ты, обитель, богомольцаВ скит принять сумей!»Но, взвивая блеском кольца,Прыщет в небо змей.
1907
Москва
Виселица
Жизнь свою вином расслабилЯ на склоне лет.Скольких бил и что я грабил,Не упомню — нет.
Под железной под решеткойВовсе не уснуть.Как придут они ужоткоУзел затянуть.
Как там столб дубовый, нончеВрыли в лыс бугор.Заливайся, песня, звонче!Вдаль лети же, взор!
Всё не верю — не поверю…Поздно: срок истек;И шаги, — шаги у двери;Заскрипел замок.
Офицер кричит конвойным:«Сабли наголо!»И полдневным солнцем, знойным,Темя обожгло.
Привели. Сухою пыльюВетер в выси взвил.Золотой епитрахильюПоп меня накрыл.
Вот сурово мне холодныйПод нос тычут крест.Сколько раз я шел, свободный,Ширью этих мест.
Сколько раз встречал, как зверь, яВ логе белый день,Прошибал со свистом перьяМеткий мой кремень —
Скольким, скольким певчим птицам.Вкруг окрестных селСкольким, скольким молодицамВскидывал подол.
Закрутили петлю ловко.Леденеет кровь.Перекинулась веревка.«Ей. не прекословь!»
Под ногой — сухие корни,А под носом — смерть.Выше, виселица, вздерниВ голубую твердь!
Подвели: зажмурюсь, нет ли —Думать поотвык.Вот и высунул из петлиКрасный свой язык.
1908
