попрощался со мной надзиратель, имени которого я не успела узнать. – Заходи проведать, коли соскучишься.
И он с удовольствием подкрутил ус, посмеиваясь своей шутке. Я натянуто улыбнулась.
– Это она? – к нам приблизилась сдобная дама средних лет и приложила к глазам лорнет. Она осмотрела меня с ног до головы, и я съежилась под ее придирчивым взглядом.
Дама выглядела генеральшей – чернявая, с резкими решительными манерами, она, казалось, считала окружающих своими солдатами.
А еще она ужасно походила на соседку тетю Галю. Такие же усики, бородавка на щеке и начальственный голос. Тетя Галя была старшей по подъезду, но воображала себя не меньше чем президентом. Она сидела на скамейке у подъезда до глубокой ночи, чтобы лично проследить, во сколько и с кем возвращаются одинокие соседки, и каждой высказать свое мнение о ее поведении. Вставала в пять утра, чтобы всласть поругаться с дворниками. И очень любила собирать с жильцов деньги неизвестно на что. Отчетов по тратам никто и никогда не видел.
– Здравствуйте, – сказала я неуверенно, не зная, чего ожидать от новой знакомой.
– Здравствуй, – сухо ответила дама.
– Это госпожа Ирма, твоя компаньонка и наставница, – представил ее Малалио.
– Зачем вам эта обуза, Бармалан? – спросила дама. – Не могли себе найти жену получше?
– Мне захотелось эту, – ответил книготорговец с циничной улыбкой.
– Вы слишком часто женитесь, – строго заметила дама. – Это начинает выглядеть неприлично.
– Голубушка, я заплатил вам не за то, чтобы вы меня отчитывали. Исполняйте свой долг!
Дама поджала губы.
– Садитесь в экипаж, – приказала она. – Поедем в дом вашего жениха и попробуем привести вас в порядок.
Стряпчий отправился в магистрат, а нас возле тюрьмы ждала закрытая наемная карета. Я забралась в нее, проигнорировав протянутую руку моего жениха.
Дорога заняла немного времени: мы доехали до конца улицы, свернули на другую, поуже, и через пять минут остановились у книжной лавки Бармалана.
Хозяин лавки, подставив один локоть госпоже Ирме, а другой – мне, торжественно подвел нас к двухэтажному каменному зданию с вывеской в виде распахнутого фолианта. На первом этаже вместо окон имелись витрины с зелеными рамами, за мутными стеклами громоздились стопки книг.
– Добро пожаловать в мое заведение, дорогая! – сказал мой жених. Он отцепил от пояса железный ключ, вставил его в висячий ржавый замок и отпер дверь. Распахнул ее и поманил меня внутрь.
Секунду поколебавшись, я переступила порог и вошла в мой новый дом.
Меня окутал сумрак и запах старых книг. Обычно мне нравился таинственный аромат бумаги и интересных историй. Однако теперь к горлу подступила легкая тошнота.
Запах книг в лавке господина Бармалана отчетливо отдавал сладковатым ароматом тлена и гнилой кожи.
Позади прошуршали пышные юбки госпожи Ирмы. Скрипнули доски пола под ее шагами. Я не видела ее лица, но знала, что она смотрит на мою спину неодобрительно, поджав губы.
Мы очутились в торговом зале. У левой стены стоял длинный тяжелый стол, на котором громоздилась касса. В нашем мире их изобрели лишь в конце девятнадцатого века, здесь же они уже были в ходу, но выглядел этот аппарат точь-в-точь как тот, что я видела в музее. Богатый, сделанный из меди и красного дерева, с резьбой и множеством блестящих кнопочек. Красивая игрушка.
Все остальное в торговом зале не вызывало восторга. Разумеется, здесь было полно книжных шкафов. Массивных, высотой до потолка. Книги стояли за стеклянными дверцами, перечеркнутыми железными прутьями, как решеткой.
«Тюрьма. Тюрьма для книг», – подумала я.
Сходство лавки с тюрьмой подкреплялось сумраком, холодными сквозняками, неприятным запахом и общим ощущением неопрятности. Пыль лежала и на шкафах, и на прилавке, и на подоконнике, и на полу. Окно было таким грязным, что едва пропускало уличный свет. На полках и прилавках стояли канделябры, заплывшие воском.
Будь я покупателем, вряд ли надолго задержалась бы в такой лавке. Но поскольку господин Бармалан был богат, торговля у него наверняка шла хорошо.
Я сразу невзлюбила это темное, зловещее место, где углы полны паутины, доски под ногами пронзительно скрипят, а в шкафах-узилищах заперты книги с засаленными обложками.
Затылок покалывало от необъяснимого страха. Мне казалось, что за мной наблюдают невидимые глаза.
Бармалан зажег масляную лампу. Дрожащие отсветы заплясали на поверхности прилавка, на медных деталях кассовой машины и на позолоте корешков. Длинная тень хозяина лавки вытянулась почти до потолка.
Он подошел и коснулся моей щеки. У меня по коже пробежали мурашки, и я едва удержалась, чтобы не отшатнуться.
– Дорогая Зоя, – сказал Бармалан с неприятной улыбкой собственника. – Позволь мне показать мое скромное жилище. Это, как понимаешь, торговый зал, – он обвел комнату широким жестом.
– Вам надо сменить прислугу, Бармалан, – заметила Ирма. Она подошла к шаткому стулу, покачала его, проверяя на прочность, достала носовой платок, протерла сиденье и только потом села, расправив широкие юбки. – Простите мне мою манеру выражаться прямо, но у вас тут свинарник.
– Служанка сбежала на прошлой неделе. Новую еще не нанял. Надеюсь, моя будущая супруга займется наведением порядка.
Госпожа Ирма громко хмыкнула, показывая, что не верит в мои способности домохозяйки.
– Пойдемте наверх. Там располагаются комнаты. Дом большой. А вы, госпожа Ирма, пока посмотрите шкаф в гардеробной. Там полно одежды моих предыдущих жен. Вторая, Клара, имела такое же телосложение, как Зоя. Подберите ей что-нибудь к церемонии и на каждый день.
Госпожа Ирма уверенно вышла через заднюю дверь зала. Видимо, она хорошо знала, где тут что находится.
Бармалан провел меня в длинный темный коридор.
– Кухня. Кладовая. Гардеробная, – быстро перечислял Бармалан, когда мы проходили мимо дверей.
– А там что? – я указала на железную дверь в конце коридора.
– Лестница в подвал. Там моя переплетная мастерская. И шкаф с самыми редкими и ценными книгами.
И тут Бармалан больно
