Сирил повернулся спиной, невольно демонстрируя пигментный рисунок, вьющийся на плечах крылатым узором и вдоль позвоночника причудливой вязью.
– Ева?
– А!
– Подай-ка мне инструменты. Отрегулирую фильтры заодно.
Сирил заглянул ей в глаза.
– Что с тобой?
– Всё в порядке, – поспешно отозвалась она.
Он коснулся её руки.
«Нет, не всё».
Через полчаса Сирил вернулся из техноблока и принялся одеваться.
– Я в катер. Никуда не выходи. Здесь есть всё, что нужно. Вернусь часа через полтора.
Женька проводила его тоскливым взглядом. У двери он обернулся.
– Постарайся отдохнуть.
– Возвращайся быстрее.
Последние слова повисли в воздухе. Сирил заторопился, словно бежал от неё.
Он не вернулся и через два часа. Женька маялась, не зная, чем заняться. Попыталась вызвать его по связи, но в наушнике всё время шипело. Тогда она немного прибралась в бункере. Сделала многообещающую перестановку: сдвинула кровати, застелила их матрацами и чистым бельём, которое нашла в шкафу. Даже пыль вытерла добровольно, чего за ней никогда не водилось. Короче, свила гнёздышко.
Прошло шесть часов. Ожидание становилось невыносимым. А если с ним что-то случилось? Астероиды, пещера с прыгающей гравитацией, расщелины… Вдруг он упал вниз и разбился? И она останется здесь одна, навсегда…
Женька и не знала, отчего ей страшнее. Оттого, что Сирил мог пострадать или оттого, что она, возможно, никогда не вернётся на станцию. Потому что не умеет ремонтировать и пилотировать звездокатер! Женя подскочила и в остром приступе паники натянула скафандр…
Нет. Было ещё кое-что. Притяжение! Это чувство вновь повторилось. Её тянуло к нему, всей кожей, и невозможно было этому противиться. Не сейчас. Хорошо, что она поняла, как открывается дверь. Проём был оснащён силовым барьером, поэтому утечки воздуха не произошло, когда она выскользнула из бункера.
Женька прибавила фонарю яркость и двинулась вперёд. Одна в тёмной пещере, с бегущим впереди лучиком света. Только бы дойти до поворота, за которым прятался звездокатер. Она старалась идти осторожно. Передвигалась боком, цепляясь за выступы и торчащие из стены камни.
Вокруг чудились тени с жуткими очертаниями. Её окружала тишина. «Это безжизненный астероид. Здесь никого нет. Ни пещерных монстров, ни летучих мышей».
Впереди белела гладкая площадка. Гравитация стабилизировалась, и Женька пошла быстрее. Как вдруг почувствовала скачок невесомости, и её подкинуло к потолку. Закрутило и развернуло головой вниз. Всё поменялось метами. Словно астероид стал антиподом самому себе. Женька висела кверху ногами и барахталась. Она запаниковала, силясь перекувырнуться в воздухе и чуть не врезалась лбом в стену. Тут же изловчилась, ухватилась за выступ, упёрлась ногами в поверхность и включила магнитные подошвы. Сирил показывал, как.
Астероид затрясся, снова перевернулся, и Женьку потащило ботинками прямо в разверстую пасть бездны. Она едва успела отключить магниты. Её вновь подкинуло. Она уцепилась за пласт и повисла мешком, судорожно держась за камни. Перчатки скафандра скользили, из-под пальцев сыпалась рудная крошка. Пещеру трясло так, будто астероид столкнулся с другим каменным обломком. Женя не удержалась, её швырнуло в яму, а по голове ударило сорванным камнем. Видимо, скафандр смягчил удар, потому что боли от ушибленных локтей и стукнутого лба она не чувствовала…
Лёжа на спине, Женька пыталась вертеть головой, и луч света бился о стены, точно припадочный. Она ещё удивлялась, как фонарь не разбился. Руки и ноги отказывались повиноваться, конечности не сгибались. Женя с трудом приподнялась на карачки и опять повалилась. Кажется, всё-таки сильно ушиблась. Голова кружилась…
Женька подняла голову, прикинуть – далеко ли до верха и застыла. Припав к обрыву и свесив в яму морду, на неё таращился зверь. Настоящий живой зверь! С кошачьими глазами, блестящими в свете фонаря. Зверь не отворачивался, а пристально разглядывал её…
Зверюга сиганула вниз и мягко приземлилась рядом с Женей. Она напоминала степную рысь. Приземистая, но грациозная. Уши торчком, вытянутое туловище, закрученный хвост…
Нервы, натянутые до предела, со звоном порвались, и Евгения отключилась.
«Кто сказал, что в астероидах никто не живёт?» – была её последняя мысль.
Глава 19
Дни, с двадцать четвёртого по двадцать пятый… Незабываемые!
Очнулась Евгения в бункере. Кто-то перенёс её, пока она валялась без сознания. Теперь Женя покоилась на собственном лежбище из кроватей и припоминала какую-то несуразицу.
«Точно! Рысь!»
Она попыталась сесть и обнаружила, что закутана в одеяла, как мумия. И кто-то ходил рядом с кроватью.
– Лежи спокойно, – послышался голос Сирила.
– Что случилось? – спросила Женька. – Стратотресение?
– Буря добралась и сюда, – ответил он, присаживаясь рядом и подсовывая ей под голову подушку. Затем поднёс к губам кружку с горячим напитком. Она судорожно глотнула. Это был просто чай, и тепло приятно разлилось по телу.
– Долго я так лежу?
– Уже за полночь.
Сирил указал на часы.
– Что со мной?
– Обогреватель скафандра вышел из строя. Когда я подобрал тебя, ты была как ледышка.
– А что с катером?
– Удалось починить двигатель и подогнать катер к бункеру. Я пока закрепил его. Остальные системы восстановятся через несколько часов. Но лететь мы всё равно не можем, из-за бури. А связь не работает.
– Когда она утихнет? – спросила Женя. Ей почти удалось выпутаться из одеял и посмотреть на Сирила. Шакрен казался взволнованным и растерянным. И пигментный рисунок на лбу потемнел.
– Основной фронт уже прошёл. Думаю, завтра к вечеру.
Он помог ей усесться окончательно. И первое что она сделала – пощупала голову.
– Всё в порядке, – улыбнулся Сирил. – Сотрясения нет.
– Потому что трястись нечему, – буркнула она.
– Я подключил влагосборники. Воды набралось на целый чан. Хватит тебе помыться и прогреться. Я прихватил аптечку из катера и смазал нано-мазью твои ушибы и обморожения. Эпидермис восстановился, можно окунаться в воду.
Женька оказалась совершенно голая и снова натянула одеяло. Второй раз за время пребывания здесь её раздевал мужчина… Только с иной целью.
Она вспомнила о несуразице и воскликнула:
– Я видела зверя!
Сирил усмехнулся. Евгения смутилась.
– Ясно. Сбрендила.
– Это был ндарим.
– Кто?
– Ндарим. Фантомная проекция активных нейронов мозга в окружающую среду.
Сирил закрыл глаза, коснулся висков, и перед ней возник тот самый зверь. Рысь! Точнее – каракал. Проекция или нет, а выглядел как настоящий.
– Круто, – одобрила она, жалея, что не выяснила о шакренах побольше.
– Я отправился проверить тебя и правильно сделал.
Он вновь прикоснулся к вискам, и каракал исчез.
– У всех шакренов есть такой? – спросила она.
– Нет, этому специально обучают исследователей в Обители самрай-шак. Ндаримы – это скрытый потенциал.
– Помоги себе сам, – пробормотала Женька.
– Иди купайся, – с улыбкой предложил Сирил. – Полотенце и халат возле чана.
В нём ощущалась какая-то нервозность.
Женька заметила, что шакрен перепачкался техническим маслом. Наверное, пока возился с оборудованием.
– Давай вместе, – предложила она. – В чане хватит места для обоих.
Сирил нахмурился и отодвинулся.
– Не уверен, что это хорошая идея.
– Зато я уверена, – отрезала Женька.
Шакрен удивлённо взглянул на неё, и чешуйки слабо замерцали, как тогда в ресторане у Хала.
– Ты знаешь, что со мной происходит?
Странный вопрос!
– Конечно, – ответила Женя. – Со мной происходит то же самое.
Он недоумённо покачал головой.
– Ты не понимаешь, о чём говоришь.
Чешуйки засветились ярче. Сирил закрыл глаза, глубоко вздохнул, и они потускнели.
– Возможно, я зря беспокоюсь, – задумчиво проговорил он, как будто рассуждал вслух. – Ты ведь не чарим-вей, да и время не пришло.
– Я не хочу мыться одна, – настойчиво повторила Женька. – А ты – грязный.
Он кивнул.
– Ладно.
И помог ей слезть с кровати.
Заботливый Сирил ещё и пену где-то раздобыл. Евгения с наслаждением погрузилась в пушистые белые пузырьки.
– Как хорошо…
Она положила голову на край чана, сдувая пену с пальцев. Закрыла глаза, стараясь не смотреть на Сирила, пока он раздевался, хотя очень хотелось. А сама совершенно перестала его стесняться… Плеск и покачивание воды сообщили о том, что шакрен опустился рядом. Евгения открыла глаза. Сирил сидел напротив и настороженно смотрел на неё.
Ну вот, вроде бы есть контакт. Попросить, что ли, спинку потереть?
Шакрен откинулся назад и прикрыл глаза… Неудобно как-то.
– Послушай, – Женьку осенило. – А если отправить ндарима к Талеху с посланием?
Сирил открыл глаза и улыбнулся.
– Его радиус действия всего два километра.
