Ийя вошла в комнату. Губернатор, стоявший спиной к двери, обернулся, порывисто обнял ее. Его объятия были такими крепкими и страстными, что Ийя едва не лишилась чувств. Он вовремя ослабил объятия, заговорил с укором:
– Откуда в тебе столько жестокости, Ийя? Как ты могла? Как ты посмела так поступить со мной? Почему ты исчезла? Почему ничего не сообщила о себе? Почему скрыла от меня рождение дочери?
– Риана не твоя дочь, Арждан, – проговорила Ийя, отстранившись.
– Не смей мне врать, – приказал он, крепко сжав ее руку. – Эта девочка точная копия моего сына, моего Леонеля. Она моя, моя, моя.
– Нет, Арджан, нет, – простонала Ийя. – Нет. Маленькие дети похожи друг на друга, это верно. Но со временем это сходство исчезает. Прошу тебя, не придумывай того, чего нет и быть не может. Пройдет время, и ты поймешь, что между девочкой и мальчиком нет ничего общего.
– Зачем, зачем ты мучаешь меня, Ийя? – спросил он со вздохом.
– Ты прекрасно знаешь ответ, Арджан, – сказал она, старясь быть спокойной. – Ты – губернатор. У тебя прекрасная жена, сын. А я всего лишь горничная, которой ты увлекся. Я поддалась твоему напору, твоей страсти, я была околдована тобой. А потом чуть не лишилась жизни, – Ийя вытерла слезы. – Госпожа Руфина пригрозила, что нашлет на меня магическое проклятие, если я не исчезну. Я исчезла. Меня приютил Юзос. Я стала его женой. У нас родилась дочка. Мы…
– Он слишком стар, чтобы иметь детей, – перебил ее Арджан. – Я уверен, что за эти годы ты ни разу не легла в его постель. Потому что мечтала о другом мужчине…
Он заключил ее в свои объятия, зашептал исступленно:
– Люблю, люблю, люблю. Люблю всем сердцем. Люблю так, как никогда никого не любил и любить не буду. Лишусь рассудка, если ты вновь исчезнешь. Умоляю, не исчезай. Умоляю, будь моей, Ийя…
– Да-да, мой милый, я никогда не покину тебя, никогда, – отозвалась она. – Я тоже люблю тебя. Схожу с ума от этой любви. Я никогда никого не буду любить сильнее, чем тебя. Ты – моя единственная любовь, помни это, Арджан.
– Принеси мне бумагу и перо, – приказал Арджан.
– Зачем? – удивилась она.
– Я хочу, чтобы мы с тобой записали на бумаге наши признания, – ответил он. Она покачала головой, спросила:
– Зачем, зачем доверять бумаге то, чем полно твое сердце?
– Я так желаю, – ответил он. Она подала ему лист бумаги. Он взял перо написал размашисто:
«Моя дорогая Ийя, люблю тебя сильнее жизни. Благодарю судьбу за эту встречу. Спасибо тебе за нашу дочь, за милое создание по имени Риана. Все богатства мира я готов положить к вашим ногам. Навеки ваш Арджан Орнил».
Ийя написала только одно слово «ЛЮБЛЮ», свернула лист, вложила его в одну из книг, стоящих на книжной полке, сказала:
– Когда-нибудь мы раскроем этот томик стихов, чтобы вспомнить, какими мы были счастливыми.
Губернатор ушел полный веры в то, что теперь все будет так, как он пожелает. Он не мог предположить, что Ийя навсегда исчезнет из его жизни.
Рано утром она собрала девочку и ушла из дома. Она покинула остров, уплыла за горизонт, чтобы никогда больше не встречаться со своей безумной страстью и безумной болью по имени Арджан. Она знала, что губернатор будет искать их, поэтому сделала все, чтобы он не смог их найти. Не знала Ийя, что из-за упорства и настойчивости губернатора погибнет старый добрый Юзос, а по острову поползут разные слухи. Тогда-то и появится в доме, принадлежащем смотрителю маяка, женщина по имени Юлая. Ее в этот дом приведет сам губернатор, в надежде, что когда-нибудь маленькая Риана вернется. Ждать известий ему придется долго. А когда, наконец-то в его кабинет прибежит Юлая, он растеряется, услышав ее слова.
– Господин губернатор, в моем доме поселились двое, – сказала она прямо с порога. – Они прибыли с материка. Его зовут Леонель, ее – Марианна. Лицо девушки мне незнакомо. А вот юноша, – она улыбнулась, – это ваш сын, господин губернатор.
– Ты не ошиблась? – спросил он, сдвинув брови.
– Нет, – улыбнулась она. – Он даже хмурится также, как вы.
Губернатор поднялся, долго ходил по кабинету. Юлая сидела на стуле и терпеливо ждала его приказаний.
– Я должен встретиться с этой девушкой, но так, чтобы ни у кого не вызвать подозрения, – решил губернатор. – Нужно, чтобы она пришла на маяк, там-то все и откроется. Юлая поможет мне. Она преданный человек…
– Как думаешь, Юлая, могу я прогуляться к маяку? – спросила Марианна, поставив на стол чашку.
– Думаю, прогулка на свежем воздухе пойдет тебе на пользу, – ответила та. – Сегодня удивительно тихая звездная ночь. Океан споет тебе свою колыбельную, и ты совершенно успокоишься.
Марианна встала из-за стола, набросила на плечи шаль, пошла к маяку. Чем ближе она к нему подходила, тем сильнее волновалась. Странное предчувствие теснило ее грудь. Картинки прошлого отчетливо возникали в ее сознании. Она вспоминала растерянно огорченное лицо старого Юзоса, когда он узнал, что она бросила вызов Левиафану. Вспомнила смеющиеся глаза губернатора и испуганные мамины глаза. Вспомнила их поспешное бегство из дома. Тогда мама уверила ее, что в доме старика она была прислугой, а не хозяйкой, поэтому им и пришлось уехать. А вот о том, что произошло между ней и губернатором, она не сказала ни слова. Однажды его имя случайно сорвалось с ее уст. Марианна запомнила только первые буквы «Ар». Но сейчас, шагая по камешкам к маяку, она отчетливо слышит это имя.
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
Екклесиаст 2:26.
2
Второзаконие 30:14.
