– Не могу его винить. Такое действительно случается не каждый день.
Мэгги кашлянула и быстро сменила тему:
– Вы уверены, что не хотите остаться на завтрак? Вы нам не помешаете.
– Да, не волнуйтесь, – встрял Ник. – Я – не ее тип.
Мэгги наградила его взглядом, который ясно говорил, что она не одобряет его вмешательства.
– В таком случае, возможно, ей нужны очки, – пробормотала миссис Грубер и повернулась к Мэгги. – Если бы я была лет на тридцать моложе, то не стала бы возражать, чтобы такой, как он, оставлял свои ботинки под моей кроватью.
Ник засмеялся, а Мэгги покраснела.
– Тогда останьтесь на завтрак, – сказала она соседке.
Миссис Грубер покачала головой:
– Нет, по утрам я питаюсь овсянкой и черносливом. Они способствуют моему пищеварению.
Пока Мэгги провожала миссис Грубер до двери, Зак осторожно приблизился к Нику.
– Ты играешь в бафкетбол? – спросил он.
– Иногда.
– А у меня ефть кольфо. Хочешь пофмотреть?
– Конечно хочу, – сказал Ник и позволил Заку утянуть себя на улицу. Несмотря на то что было только полседьмого утра, он уже видел, что день будет жарким.
Он несколько минут поиграл в баскетбол с Заком, пытаясь подучить мальчика вести мяч, а потом сходил к своей машине за фотоаппаратом. Он не мог упустить шанс запечатлеть нахмуренные бровки перед броском и радостную улыбку после него.
Ник уже успел сделать несколько снимков, когда из дома вышла Мэгги и сообщила, что завтрак готов. При виде фотоаппарата ее брови удивленно поехали вверх, но она не произнесла ни слова.
– Ты держишь приемники включенными круглые сутки? – спросил Ник, входя в дом и снова заслышав полицейские переговоры.
– Когда нет миссис Грубер, – ответила Мэгги. – Шум ее раздражает.
– А ты сама от него не устаешь? Она пожала плечами:
– Пока нет. Я еще новичок в своей работе, но всегда знала, что слежка за полицейскими не похожа на работу с девяти до пяти.
«Она не шутит», – подумал Ник. Она пытается быть копом. Он сам уже десять лет работал на Бюро по двадцать часов в сутки. Но он любил свою работу. Любил охотничий азарт и чувство удовлетворения, когда еще одно дело закрывалось, а тот, кто был угрозой обществу, оказывался за решеткой. Полицейская работа была у него в крови. Его не обескураживало количество совершаемых преступлений. Он принимал их как личный вызов, как шанс изменить положение вещей.
За едой он оглядел гостиную. На журнальном столике валялись раскраски, на тумбочке – книжки с картинками, на диване – детское одеяло. Домашняя обстановка напомнила ему об Ирэн и жизни, которой она хотела, – жизни, которую он не мог ей дать.
– Ты устала. – Покончив с яичницей, он встал с тарелкой в руке. – Почему бы тебе не поспать, пока я съезжу поменять тебе колеса? А потом я пригоню машину сюда.
– А ты разве не устал? Ты тоже был всю ночь на ногах.
– Я чуть подремал вчера вечером. Со мной все будет в порядке. – Он поставил тарелку в посудомоечную машину.
– Ну… – Мэгги посмотрела на сына, который улыбался ей с набитым ртом. – Я действительно ужасно устала, – признала она. – Ты уверен, что не против вернуться к моей машине один?
– Совершенно уверен. – Это было меньшее, что он мог сделать за собственную хитрость.
– Спасибо. Тогда допивай кофе, а я одену Зака, чтобы отвести его к миссис Грубер.
Когда Мэгги вместе с сыном скрылась из вида, Ник решил воспользоваться шансом и просмотреть ее почту, лежащую на холодильнике. Уведомление об истечении срока водительских прав. Счет за коммунальные услуги. Сообщение от адвокатской конторы «Дуган, Лоренс и Тейт» об окончательной оплате – скорее всего, за оформление развода. Ничего интересного. Ничего от доктора Дэна. Ник уже проверил ее стол в редакции и собирался осмотреть машину, как только предоставится такой шанс. Однако он уже начал волноваться, что его предположение было ошибочным. И как бы ему не хотелось, чтобы Мэгги оказалась в безопасности, эта мысль не доставила ему удовольствия. Она означала, что доктор Дэн, вероятно, занимается какой-то другой женщиной, которую Ник не сможет защитить.
Она означала, что произойдет еще одно убийство.
* * *
– Мэгги, что происходит? Я только что выходила купить рогалики и видела Ника Соренсона на парковке около твоей машины!
Мэгги потерла лицо, пытаясь выбраться из тумана, что окутывал ее мозг. Она глянула на цифровой будильник на тумбочке. Десять часов утра. Она проспала всего час. Неудивительно, что ей так трудно проснуться. Зак у миссис Грубер и пробудет у нее еще несколько часов. Зачем она вообще подошла к телефону?
– Дарла, это ты?
– Конечно я. Ты слышала, что я сказала? Мэгги едва сдержалась, чтобы не застонать, и закрыла голову подушкой.
– Думаю, слышала, – пробормотала она. – Про Ника, да?
– Точно. И не про какого-то там Ника, а про того самого, которому ты отказала в свидании. Того самого, который так нервировал тебя своими взглядами.
Того самого, с которым она танцевала прошлой ночью. Того самого, которого ей хотелось поцеловать… Впрочем, об этом она говорить Дарле не собирается. Во всяком случае, по доброй воле.
– Это не то, что ты думаешь. Как там, кстати, моя машина? Он уже поменял колеса?
– Не знаю. Я не стала задерживаться и его расспрашивать. Сразу же бросилась звонить тебе, чтобы сказать, что ты настоящая сама-знаешь-кто.
Мэгги перекатилась на живот и приподнялась на локтях.
– Когда я говорила, что не интересуюсь Ником, это была правда. Вчера мы вместе ездили на вызов, вот и все. А потом кто-то спустил шины в моей «тойоте», и он подвез меня до дома. Конец истории.
– Мужчина меняет тебе колеса, пока ты отсыпаешься. Едва ли это конец истории.
– Ну ладно, все было не так примитивно. Я накормила его завтраком, а он предложил привести в порядок мою машину, пока я сплю. Подумаешь, большое дело.
Наступившая пауза так и дышала скепсисом.
– И чем ты с ним расплатилась за то, что он тебя выручил? – спросила Дарла, меняя тактику.
– Ничем.
– И ты все еще будешь убеждать меня, что он не миляга?
– Я никогда не утверждала, что он не миляга. Не сомневаюсь, что он может быть очень мил, когда хочет. Это могут множество мужчин, но совсем не факт, что они становятся хорошими мужьями.
– Ну ты и циник.
– На самом деле нет. Но я стараюсь. – Мэгги прижала к груди подушку, потом сбросила с себя одеяло и осталась под одной простыней. – Бен там?
– Да, но я слышу, как он орет на кого-то по телефону. Ты уверена, что хочешь поговорить с ним именно сейчас?
Мэгги прикинула варианты. С одной стороны, ей хотелось узнать, понравилась ли редактору ее новая статья про убийство Сары Риттер и попадет ли она в завтрашний выпуск. Но с другой – совсем не хотелось попасть Бену под горячую руку, если он не в настроении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
