— Он показался мне сильным… — пробормотал я. И тут же поправился, будто раскаиваясь за вранье: — Прости, славный конунг, я солгал. Я видел, что он стар. Но он может грести и наверняка сумеет научить молодых чему-нибудь толковому.
— Сомневаюсь, — буркнул Хальфдан. — Он лишь горазд болтать о своих подвигах да жрать за троих. Предупреждаю тебя об этом, потому что ты — дан, а в моей крови тоже есть датская кровь[22]. Но слово сказано, и обратно я его не возьму. Разбирайся сам с этой пивной бочкой.
— Благодарю тебя, конунг, за откровенность! — Я поклонился. — Теперь я знаю, как с ним обходиться.
И ушел, счастливый. Дело сделано.
Хотя нам еще предстояло добраться до дома, а это, как показало будущее, не очень простая задача.
Глава двенадцатая
Пираты!
Итак, мы отправились домой. С пополнением в две особи. Осхилем Пузом, которого я немедленно усадил на рум сгонять жир, и Фирстом Рыбой, чьи боевые навыки я попросил проверить Медвежонка, и тот сообщил, что парень — годный. Ничего выдающегося, но меч держит правильно и рубит крепко. Меч, кстати, ему подарил Харальд Щит. И традиционную у норегов фуфайку с железками. Ничего, бедность — не порок. Поплавает с нами — поправится.
Мы обогнули мыс и двинулись вдоль недружелюбного скалистого берега.
Был отличный летний день. И наш отличный, пусть и небольшой кнорр под желто-синим парусом бодренько следовал своим курсом. Как говорится, ничто не предвещало беды.
Кроме двух полосатых парусов, появившихся на горизонте.
Мы их увидели, значит, и они увидели нас.
— Драккары, — компетентно сообщил Ове.
Драккары — это неприятно. Но, может, обойдется? Вдруг парни плывут куда-то по своим делам? Или возвращаются из набега, по борта загруженные добычей? Вдруг мы их не заинтересуем?
Надежды не оправдались. Драккары действительно возвращались из набега, и действительно несли порядочный куш, но психология волка двуногого, в том числе и североморского, сильно отличается от психологии четвероногого тем, что первый живет по принципу: сколько ни ухватил, всегда можно добавить. А тут мы. Небольшой кнорр датского производства, идущий на юг. На юг — это значит — домой. А домой — это значит с товаром. Или с денежками. Это же просто замечательно! Подарок судьбы. Отменный десерт к взятому у англов основному блюду. И сколько на таком суденышке экипажа? Десятка полтора от силы. И экипаж этот — не могучие хускарлы, а обычные купцы. Пусть датские купцы тоже знают, с какой стороны браться за меч, но сколько их, тех мечей? Ам — и нету.
И это — чистая правда. Стоило вспомнить, с какой быстротой команда Хрёрека разделалась с экипажем работорговцев во время операции по спасению меня родимого, и я с легкостью соглашаюсь с логикой вышеизложенного. Нет, не могли удержаться резкие норвежские парни, когда увидели мой замечательный кнорр. Тем более что уйти от боевого драккара у такого судна никаких шансов. Однозначно, на абордаж.
— Два драккара… — с беспокойством проговорил Гримар. — Это ж не меньше сотни воинов!
— Больше, — внес поправку Скиди, чье зрение приближалось к соколиному. — Если по головам считать, сотни две примерно.
— А нас — четыре неполных десятка, — произвел нехитрый подсчет Короткая Шея. — И восемь из них — сосунки. И ветер слабый.
— Слабый ветер или сильный, нам от них не уйти, — философски заметил Ове Толстый. — Значит, придется драться.
— Нореги — хорошие бойцы, — подал голос кто-то из Иваровых.
Мои нореги с удовольствием переглянулись: приняли на свой счет. Эти — не боялись. Железно верили в мою удачу.
— А осадка у них — большая, — сказал Медвежонок.
— Хочешь сказать, что мы может удрать? — повернулся к нему Гримар.
— И идут они с запада, — проигнорировал Свартхёвди вопрос родича.
— И что это значит? — поинтересовался неопытный Скиди.
— А то, что они из вика возвращаются. А это значит, — на кирпичного цвета физиономии моего побратима — алчная улыбочка, — что у них есть чем поживиться.
— Как бы они у нас не поживились, — проворчал кто-то из Иваровых.
— Один любит храбрецов! — напомнил Свартхёвди. — Я чую: он обещает нам победу.
— Один — известный обманщик, родич, — возразил пессимистически настроенный Гримар.
— Так что, хёвдинг, — спросил у меня Ове. — Мне поворачивать им навстречу?
— Иди своим курсом, — велел я. — Постарайся их разделить. Вон, вижу, один уже отстает.
— А людей у них точно много, — обеспокоенно проговорил Гримар. — Особенно на том, который отстал.
Хорошо, когда у человека соколиное зрение. Лично я видел только двух мелких жучков, карабкавшихся по волнам, перебирая веслами-лапками. «Жучки» шли под углом, забирая к восходу, чтобы отрезать нас от берега.
Тем не менее они нас догоняли, и догоняли быстро. Драккары не зря называют змеями. Они скользят по волнам, как змеи по траве. Только значительно быстрее. Даже если бы я посадил по двое на каждый рум, у нас всё равно не было бы шансов.
— Там у них не все — люди, — присмотревшись, сообщил Скиди. — Это они трэлей нахватали.
— Нехорошо, — озаботился Свартхёвди.
— Почему? — в один голос спросили сразу несколько человек.
— Рабы, — пояснил мой побратим, — воды и пищи много надо.
— Воду найдем, — Гримар уже заразился оптимизмом родича. Молодец Свартхёвди. Хуже нет, когда команда с самого начала нацелена на проигрыш.
Рабы. Значит, всё не так страшно. А бойцов на каждом из драккаров, судя по их размерам, копий по сорок — пятьдесят. Соотношение примерно один к трем, если считать каждого из недорослей за половинку. То есть нормально. А учитывая эффект внезапности, так у нас даже и преимущество имеется. Мы — выше. Я так и не купил железо в Вестфольде, а драккары в воде по самые весельные порты.
Ага, один уже вышел на финишную прямую. Полетели первые стрелы.
Мы с Медвежонком прикрываем щитами себя и кормчего Ове, хотя лучшая защита — высокий изгиб кормы. Стрелы слабенькие, на излете. Мы не отвечаем. Я хочу сделать разрыв между вражескими кораблями побольше. Я помню, как Рёрех выиграл время, разделив двух противников в очень похожей ситуации. Молодые вертят весла на румах, старшие прикрывают. Им доверена более важная и ответственная работа — случайные раненые мне не нужны.
Так и есть. Один драккар вырвался вперед и, похоже, собирается абордировать нас в одиночку.
— Хёвдинг! — кричит мне Гуннар Морской Кот. — Это драккары Вигмарра-ярла. Его Зубовный Скрежет прозвали, он из Согн-фьорда!
Невероятно ценная информация.
— Он — твой родич? — ору я в ответ.
— Ха! — вопит Гуннар. — Он — кровник мой! Его дядя со стороны мужа моей двоюродной сестры…
Опустим подробности. Главное: никакие родственные связи боеготовность Гуннара не снизят.
Точно, в одиночку решили нас брать. Один уже рядом, второй отстал метров на триста. А на первом драккаре готовят крючья и железные якоря — такие железные штуки с растопыренными на четыре стороны крючьями, и задирают весла, которые могут послужить «мостками» для штурмующих. Красиво идет кораблик, ничего не скажешь. А осадка действительно низкая.
Я выглядываю из-за щита… И тут же подбиваю краем брошенное копье, которое уходит вверх. Надеюсь, никого не задело. Гад, который бросил копье, вопит. Огорчился, надо полагать.
— Правый, табань! — ревет наш кормчий так, что у меня ухо закладывает. Кнорр разворачивается. Медленно, плавно. Часть уже раскрученных абордажных крюков раскручивалась впустую. Но штук пять долетело и впилась в доски. Десятки рук тут же вцепились в веревки, подтягивая драккар к нашему судну. Ни хрена не боятся разбойники с Северного Пути. Даже кранцы кто-то вывесил заботливой рукой: чтоб, значит, не побить свой драккар и наш кнорр тоже не попортить. Небось они уже своим его считают.
Гуннар и хускарлы Ивара — в боевом строю.
— Рази их, барсучата! — ревет Короткая Шея.
«Барсучата», матерые убийцы, любовно собранные Иваром Бескостным в свой замечательный хирд, размахиваются и разом, прям-таки залпом, мечут копья прямо в рожи абордажной команды Вигмарра-ярла, вынося не меньше десятка героев-викингов. Но трое уцелевших всё же прорываются и занимают плацдарм у нас на носу.
Я спокоен. Головорезы Бескостного справятся. Меня беспокоит второй кораблик.
— Вигмарр! — орет Гуннар Морской Кот. — Я брал тебя как женщину! Я иду к тебе!
И три моих норега бросаются в бой.
Вот это они зря. А кто будет прикрывать моих юных лучников?
Я свистом собираю свой маленький хирд и выстраиваю вдоль борта. Англичане — в центре, молодежь по сторонам, мы с Медвежонком по флангам, Стюрмир и Фирст — в тылу. Пузан прикрывает Ове — тут особой прыти не надо. Подходит второй драккар.
