Глава 7
Вечером, готовясь к запланированному ужину, Карли все больше и больше нервничала. Во рту ощущалась сухость, руки тряслись, и она уже всерьез подумывала бросить эту затею и сказать Луису, что имело место ужасное недопонимание. Сможет ли она пережить потерю девственности с мужчиной, который с самого начала изложил свои требования? Что Луис говорил по поводу ее внешности? Что она должна надеть? Он очень жесток в своих оценках.
И в то же время он не сказал ничего, что было бы неправдой. Унылая невзрачность была ее целью, и она этого добилась. Незаметность прекрасно срабатывала, пока Карли была его домработницей, но он заявил, что это не подойдет для ее новой роли.
Какой роли?
Его любовницы?
Она облизнула губы.
Или ненормальной, которая готова прыгнуть в пропасть?
Карли приняла ванну, затем долго рылась в шкафу в поисках чего-нибудь подходящего, но от этого почувствовала себя хуже. Девушка убеждала себя, что ей все равно, красиво она одета или нет, но, посмотрев на свои простые юбки и майки, Карли пожалела, что рядом нет феи с волшебной палочкой, способной подарить ей что-то легкое и симпатичное.
Она делала все возможное, но ей приходилось нелегко. Карли понятия не имела, что значит хорошо выглядеть и как привлечь к себе мужское внимание. Она уже несколько лет не красилась, и единственным ее украшением была крошечная жемчужина на золотой цепочке, подаренная когда-то бабушкой. Дрожащими руками она надела цепочку и застегнула ее. Взглянув на свое отражение в зеркале, Карли поняла, что у нее ничего не получается.
Ее мать была права. Нельзя сшить шелковый кошелек из уха свиньи. Что скажет Луис, увидев ее в дешевой одежде и в сандалиях, открывающих пальцы ног с ненакрашенными ногтями?
Взволнованная, Карли принялась ходить по комнате, но это только усилило ее нервозность. Что, если она позвонит Луису и скажет, что передумала? Это, возможно, вызовет у него раздражение, но он должен понять ее. Или нет?.. Может, он даже испытает облегчение.
Она все еще колебалась, подходя к кровати, возле которой на тумбочке лежал ее мобильный телефон.
Что же сказать ему?
Вдруг в дверь постучали, и в комнату вошел Луис с вопросительным выражением лица. Взглянув на Карли, он прищурился.
– Вы уже начали входить без приглашения? – спросила она.
– Я решил, что лучше прийти за тобой, – заявил он. – Но, судя по всему, твое отсутствие на террасе указывает на что-то большее, чем обычное опоздание.
Карли помотала головой, не пытаясь скрыть свои сомнения за стеной притворства:
– Луис, я не могу.
Он подошел к ней, и она чувствовала, как ее сердце чуть не выскочило из груди. Луис был в джинсах и льняной рубашке, которые подчеркивали мощь его тела. Он выглядел как самая настоящая звезда, и Карли почувствовала, как все внутри начало сжиматься от этого сравнения. Как же она оказалась в такой ситуации? Что он сказал о женщинах, когда они прилетели во Францию? Их так же легко заменить, как шины на автогонках.
Она была в своем уме, согласившись заняться с ним сексом?
Луис смотрел на нее. Он стоял так близко, что Карли ощущала тепло его тела и вдыхала аромат сандалового дерева. Она осознавала, что кровать находится на расстоянии вытянутой руки, и разрывалась между желанием ощутить прикосновение Луиса и боязнью оказаться в неловком положении.
– Не можешь что? – поинтересовался он спокойно.
Карли прикусила губу.
– Я не смогу справиться.
– Урок номер один: выражение сомнения – не самый лучший способ приветствовать потенциального любовника. И уж тем более не ужас на лице.
– Луис, я серьезно.
– Расслабься, – посоветовал он. – И дай мне взглянуть на тебя.
Карли застенчиво потупилась, когда Луис начал пристально ее разглядывать. На ней были новая розовая майка и простая джинсовая юбка, которая скорее скрывала, чем подчеркивала форму ее ягодиц.
– У меня нет ничего праздничного из одежды. И в любом случае это все так неожиданно.
– Но именно это и делает тебя столь прелестной, – сказал Луис. – Недостаток расчетливости и отсутствие ожидания. Твоя естественность – как глоток свежего воздуха.
Она посмотрела на него с подозрением:
– Я считала, что вам не нравится, как я одеваюсь. Он пожал плечами:
– В принципе, не очень нравится. Ты не преподносишь себя в лучшем виде, но простота, в конечном счете, тебя красит. Даже самый отъявленный циник заглядится на твои блестящие глаза и сияющую здоровьем кожу. И последнее: ты обладаешь одной из самых главных драгоценностей. – Луис приподнял прядь ее волос. – Твои волосы – предел мужских мечтаний. И прямо сейчас ты – моя мечта.
– Луис…
Она не могла дышать. Нервозность исчезла, зато на смену ей пришли совсем другие эмоции. По его глазам Карли поняла, что он испытывает то же самое.
Луис обнял Карли за талию и притянул ее к себе, заставляя сердце девушки биться с невероятной скоростью.
– Карли, – произнес он нежно. – Сладкая непредсказуемая Карли.
Она молчала, и Луис был рад этому – рад ее сомнениям. Он видел, как она смотрит на него с полуоткрытыми губами. Сама невинность и загадка. Он прижал ее к себе, и его окатила волна сладчайшего желания – такого, какое он даже представить не мог. От сжигающего его изнутри жара помутилось сознание.
Луис напрягся. Он не должен причинить ей боль. Он не причинит ей боль.
– Иди сюда, – позвал Луис, обхватил ладонями лицо Карли и медленно наклонился для поцелуя.
Сначала его прикосновения были легкими и дразнящими. Их губы едва соприкасались, хотя он ощущал вкус ее зубной пасты, и по какой-то причине это сводило его с ума. Затем поцелуй стал более глубоким, и язык Луиса проник в ее рот, а его руки начали исследовать тело Карли. От его ласк девушка ожила.
Луис еще никогда не сталкивался с такой мгновенной и взрывающей мозг трансформацией. Вдруг Карли стала как огонь. Ее руки, до этого момента неподвижно лежавшие на его плечах, обхватили его шею, и он обнял Карли еще крепче.
Она ответила страстным поцелуем, что стало удивительным для него. Луис застонал, когда она пальцами провела по его волосам. Отсутствие у Карли опыта возбуждало его, как никогда. Он, казалось, слышал рев собственной крови и не мог объяснить природу тех чувств, которые испытывал.
Луис начал срывать с нее майку, словно подросток с разбушевавшимися гормонами. Впрочем, в его случае это было не самое удачное сравнение, поскольку в семнадцать лет он имел все. Тогда он был полностью очарован женщинами и одновременно не мог не разочароваться в них, поскольку они не были искренними. Луис очень быстро обнаружил, что их внешний вид обычно был ненатуральным. Густые каскады волос оказывались фальшивыми, как и истории, которые женщины придумывали. А большими грудями они были обязаны пластическому хирургу, а не природе.
