о том, куда ты так опрометчиво подалась и кем решила стать. Ещё он просил, придержать за тобой местечко на факультете ведовства.
–Вот это новость! – ошарашено произнесла царевна, но быстро взяла себя в руки и задала следующий не менее животрепещущий вопрос. – А вы зачем народу сказали, что я Баба Яга, а? Они же мне покоя не дадут! Со свету сживут!
–Наоборот побоятся, – утешил её Добролюбов и одним неуловимым движением взлетел в седло. – Вот не знали бы они, что ты Баба Яга, решили бы, что так, ведьмочка какая неказистая или вообще за знахарку приняли. Тогда бы тебя на полпути к воротам поймали бы, да быстренько устроили судилище и полыхал бы вечерком костерок с одной незадачливой Бабой Ягой. А так они теперь знают, кто ты и даже не смотря на проклятье, побоятся гневить Богиню Мать и тебе вредить.
Замолкнув, Святозар направил жеребца в сторону Златы. Когда конь поравнялся с задумавшейся над сказанным Ёжкой, колдун наклонился, обхватил ту поперёк туловища и ловко усадил перед собой боком. Златослава даже пискнуть ничего не успела. Колдун невозмутимо подтянул Злату, застывшую соляным столбом, ближе к себе и сжал коленями бока своего жеребца. Умное животное не пришлось дважды просить, конь неспешно потрусил в сторону ворот.
Передвигаться верхом на лошади, сидя в одном седле ещё с кем-то, царевна отвыкла. Нет, когда-то в детстве её так катал отец и старшие братья, но с тех пор минуло много лет и уже, будучи взрослой, Златке ни разу не довелось так разъезжать. Странно, но в детстве такой способ передвижения вызывал восторг, сейчас же девушка ощущала только некоторое неудобство из-за того, что лука седла больно упиралась ей в бедро и собственно смущение, что её так крепко прижимает к себе мужчина, не являющийся кровным родственником.
–Злата, я хотел обратиться к тебе с просьбой, – неожиданно заявил учитель и, не дождавшись какой-либо реакции, продолжил. – Прошу, не суди слишком строго жителей Карповки! И прежде чем ты начнёшь возмущаться, я тебе объясню, почему прошу за них. Ты готова выслушать?
–Угу, – кивнула Ёжка, готовая согласиться, на что угодно, лишь бы отвлечься от навязчивых мыслей, бродивших в её голове.
–Спасибо, – девушка прямо всем затылком снова ощутила, что он улыбнулся. – Я прошу тебя снисходительно отнестись к жителям этой несчастной деревеньки, потому что они действительно не виноваты в том, что творят. Над всеми ними тяготеет проклятье, которое три с половиной десятка лет назад наложила на них Яга Прямислава. По какой причине она это сделала мне, к сожалению, не известно. Единственное, что удалось выяснить, это суть проклятья и срок. Мы называем его «серая пелена», и призвано оно, пробуждать в людях самое плохое, когда-то давно его использовали в военных целях, чтобы внести смуту в ряды врагов.
–Это как? – тут же полюбопытствовала Злата.
–Очень просто, – принялся пояснять учитель. – Представь себе, что ты воевода и завтра у тебя бой с противником, войско которого превосходит твоё на треть. Представила? – дождавшись неуверенного кивка, он продолжил. – На первый взгляд исход битвы предрешен и у тебя нет шансов на победу, но тут появляется луч надежды. В твоём войске есть умелый и сильный колдун, который с безопасного расстояния может проклясть войско противника, что он собственно и делает. И вот в тот самый момент, когда часть вражеских воинов мирно спит, набираясь сил перед грядущей битвой, а часть охраняет лагерь и точит клинки, проклятье начинает действовать. Действие его незаметно, но разрушительно. Сначала возникает беспричинное раздражение, человек припоминает все причинённые ему обиды, придумывает новые и ещё сильнее злится. При малейшем толчке злость переходит в агрессию и вот тут в стане врага начинается,… прошу меня простить за подобные слова!.. в общем, начинается голимый мордобой.
–Хм, и долго такое проклятье может действовать? – задала новый вопрос Яга, понимая, что с каждым ответом Святозара вопросов будет всё больше и больше.
–Смотря кто его накладывал, и чего хотел добиться, – отозвался Добролюбов и сухо добавил. – Прямислава, к примеру, вложила много своих сил и прокляла от души. Семь поколений сменится в Карповке, прежде чем проклятье будет изжито.
–И что ничего нельзя сделать? Никак помочь? – Ёжка завозилась, извернулась и смогла посмотреть в лицо колдуну. – Ведь неправильно наказывать тех, кто даже ещё не родился!
–Неправильно, – подтвердил учитель и, нахмурившись нехотя произнёс. – Она за это тоже расплатилась сполна.
–Так помочь им можно или нет? – не унималась царевна, всё ещё пытливо вглядываясь в лицо учителя Святозара.
–Нет, – покачал головой мужчина. – У «серой пелены» есть одно нехорошее свойство, его может снять только тот, кто наложил, а разрушить проклятье, не дано никому. Поверь, многие наши колдуны пытались пересилить его и ни у кого не получилось.
–Но почему она это сделала? – отвернувшись от Добролюбова, едва слышно произнесла Златослава. – Что такого ей могли сделать, что она так жестоко поступила?
–Уж прости Златослава, но я задам встречный вопрос, – мужчина невесело хмыкнул и очень сурово потребовал ответа. – А что тебе такого ужасного сделали те люди, что ты лишила их удачи и готова была проклясть страшнее? Они не пробовали тебя убить, не пытали, не угрожали твоим близким. Ты просто побранилась с торговкой и тебя обокрал уличный оборванец, а ты за это чуть не привела к гибели всех жителей. Для чего ты это сделала?
Баба Яга нервно сглотнула, но ничего не ответила. Нечего ей было отвечать. Ведь правда действовала она не оправданно, на эмоциях. Ведь могла послать склочную бабу лесом, плюнуть в неё, в конце концов, но предпочла прибегнуть к силе, пусть и не вполне осознанно. Да, себе можно и признаться – хотела ведь их проучить, очень хотела и понимала, к чему может это привести. Одно дело ответить оскорблением на оскорбление, но совсем другое обрушить на противника силу, которой противопоставить нечто соразмерное он не сможет. Это как воин доставший меч, против мальчика с рогаткой. Не честно.
–Вы, правда, не смогли с них моё проклятье снять? – едва слышно прошептала Златка, в глубине души обмирая и боясь услышать «да».
–Смог, – снова усмехнулся Добролюбов и таким довольным шепотом, как мальчишка, сотворивший какую-то каверзу, сообщил Яге, – но деревенским не обязательно знать правду.
–Учитель! – возмущённо воскликнула Златослава, взвилась и сверзилась бы со спины коня, благо мужчина держал крепко и не дал ей упасть.
–Уже пятнадцать лет как учитель, – насмешливо заметил колдун, а затем, посерьезнев задумчиво произнёс. – А теперь вернёмся к вопросу, почему Прямислава прокляла деревню. Ты, Златослава, наверное, даже смогла бы узнать причину, побудившую прежнюю Ягу это сделать. В Избушке-на-Курьих-Ножках хранится Летопись, старинная колдовская книга, где жизнь каждой Ёжки расписана практически по дням.
