и знатно обгорела.
Стыд-то какой! Разглядывает учителя, как влюблённая дурочка какого-то мальчишку. Наверное, именно так она и на Ивана смотрела. Мать-Земля, сохрани от такого позора!
Наблюдая за мимикой Ёжки и что-то для себя решив, учитель Святозар нахмурился так, что сразу стали сильно заметны шрамы на лице. Один шрам глубокой бороздой шёл от виска вниз, через всю щёку, удар чьего-то меча чудом не лишил мужчину глаза, хотя чуть-чуть повредил нижнее веко. Второй шрам рассекал губы ближе к уголку, заходя на подбородок. Последний, едва заметный росчерк, пересекал лоб, теряясь где-то в густой шевелюре.
–Раскаянье это хорошо, – наконец вымолвил мужчина и поспешил накинуть на голову капюшон. – Но для наглядности лучше бы тебе посмотреть к чему приводят вот такие на первый взгляд простые слова, когда их в запале произносит совершенно непростая девушка. Пойдём-ка!
Добролюбов взял Бабу Ягу под локоток и не спеша повёл её обратно на площадь. Златослава не сопротивлялась, только в душе подивилась какому-то детскому огорчению, когда глубокий капюшон скрыл от неё лицо учителя. Ёжка прямо всем своим существом чувствовала разочарование, исходившее от мужчины, и ей было очень обидно и, чего уж скрывать, столь же сильно стыдно за содеянное, хотя она ещё до конца и не понимала, что такого могло случиться от сказанных в гневе слов.
Завернув за угол харчевни, и оглядев ярмарку, Яга вздрогнула. Вот она оказывается какая – сила слова! Между лотками, за прилавками и на прилавках творился самый настоящий бедлам. Люди то спотыкались, то натыкались друг на друга, опрокидывали лотки, поскальзывались, падали, давили свой собственный товар или покупки. То там, то тут неожиданно ломались справные до того момента вещи. В общем, удача действительно отвернулась тут ото всех.
–Ой! – пискнула Златка, прижав обе ладошки к губам. – Ой-ёй-ёй!
–Вот, тебе и «ой-ёй-ёй»! – беззлобно хмыкнул учитель и назидательно произнёс. – А теперь представь, что было бы, договори ты о том, что бы глаза на них не глядели? Или вдруг ещё чего похлеще сказала. Представила?
–Мамочка! – простонала Ёжка, закрывая ладонями лицо. – Что же делать-то?
–Сейчас я всё исправлю, но только в этот раз, – сурово проговорил мужчина. – Дальше тебе придётся самой справляться, – чуть помолчав, он добавил, – а в идеале тебе бы доучиться не мешало.
–Я об этом уже и сама думала, – со вздохом призналась Баба Яга и осторожно спросила. – Учитель, а возможно ли мне как-то так учиться…ну, самой у себя дома, а экзамены потом в Академии сдавать?
–В принципе возможно, – задумчиво выдал Святозар. – Я пообщаюсь на эту тему с руководством. А теперь давай-ка исправлять тобою содеянное.
С этими словами мужчина устремился прямиком к высокому крыльцу общинного дома, с которого вероятно был довольно неплохой обзор на всю ярмарку. Златослава поспешила его догнать и, пристроившись за ним, старалась лишний раз не смотреть по сторонам.
Добролюбов стремительно поднялся по ступеням и развернулся лицом к творящемуся беспорядку. Яга тоже поднялась вслед за ним и спряталась за широкой мужской спиной от греха подальше. Колдун окинул взором гомонящую, ругающуюся и визжащую толпу, едва слышно хмыкнул, поднял руки и, совершив замысловатый жест, что-то зашептал. Как Злата не прислушивалась, разобрать слова учителя ей не удалось.
Замолкнув, Святозар развернул ладони вниз и словно бы что-то с них стряхнул. От рук колдуна заструился свет, ударился о землю и светящейся белёсой волной прокатился через всю ярмарку, ослепляя рассерженных и испуганных людей. Свет погас где-то далеко за пределами деревенского частокола, и наступила оглушительная тишина. Весь народ, собравшийся на ярмарке, был перед Златкой, робко выглядывающей из-за плеча учителя, как на ладони. Люди стояли и хмуро молчали, глядя на колдуна, видимо догадавшись, чья именно волошба, только что прокатилась по их рядам. Возможно, его бы даже обвинили в сотворенном проклятье, но сделать этого люд не успел. Обведя всех собравшихся суровым взором, учитель Святозар сделал шаг вперёд и одновременно с этим откинул капюшон.
–Полагаю, случившееся послужит всем вам хорошим уроком, – его холодный голос разнёсся над площадью, заставив людей сделать непроизвольный шаг назад. – И очень надеюсь, что вы уяснили, как нельзя вести себя с тем, кто только на вид выглядит слабее. По своей глупости вы обидели саму Бабу Ягу и отделались малым, всего лишь на короткое время лишились своей удачи, а ведь она была в своём праве наложить и более страшное проклятье. Видимо за долгое время, что Избушка-на-Курьих-Ножках пустовала, вы успели забыть, какой силой обладали её хозяйки и сколь важны всегда были их деяния. Так вот я вам напомню – издревле Яг в этих краях почитали и любили, обидеть Ягу – навлечь на себя гнев самой Матушки-Земли, покровительницы всех Ёжек. И сегодня учинив обиду Ёжке, вы прогневили Богиню-Мать и она, защищая своё дитя, дала небывалую силу её словам. Удача должна была отвернуться от вас на всю оставшуюся, и поверьте очень недолгую жизнь. Мне удалось частично развеять проклятье, но не снять его до конца. Знайте, едва вы лишь помыслите сотворить зло – любое зло, как снова лишитесь своей удачи и уже теперь навсегда.
Люди молча смотрели на Добролюбова и не двигались. Видимо страх проклятья сделал своё дело, заставляя быть более осторожными. Но как порой бывает, среди толпы нашёлся кто-то шибко умный и самоуверенный.
–Ха, а откуда нам знать, что это не ты тут всех проклял? И вообще, может, и проклятья никакого нет, а это так случайность была, – раздался насмешливый юный голос.
–Если бы я вас проклял, то никто не выжил бы и сейчас над этим местом горел погребальный костёр, – с нехорошей усмешкой произнёс мужчина. – А самое приятное, что мне как воину колдовской гильдии достаточно сказать, что в вашей замшелой деревеньке случилась чума, например, и мне как единственному колдуну, находившемуся поблизости, пришлось применить суровые, но оправданные меры для устранения угрозы и пресечения распространения заразы, – улыбка Святозара стала не просто зловещей, а откровенно пугающей, даже Злату пробила дрожь. – Так, что вам следовало с облегчением вздохнуть и помолиться богам, что не я вас проклял.
–Ну, а проклятье-то есть всё-таки, али нет? – осторожно подала голос та самая торговка, с которой не так давно сцепилась Ёжка.
–Есть, – пожал плечами колдун и делано добродушно предложил, – но если не верите, можете, к примеру, камень в нас кинуть, только за последствия я не отвечаю – как смог, так проклятье и ограничил.
Народ опять умолк, пытаясь осознать и принять сказанное. Учитель Святозар же тихонько хмыкнул себе под нос, снова накинул капюшон на голову и, повернувшись, протянул Златославе руку.
–Пойдём, Ёжка! Провожу, – Яга скорее почувствовала, чем увидела в тени капюшона его улыбку.
Поправив на плече увесистую котомку
