колыхнулся.
— Затаилась, да? Я тебе покажу, как за нами шпионить.
— Ух-ух.
— Хватить уже косить под нормальную сову! — уже гневно.
— А я что, ненормальная? — раздалось возмущенное, и из-за веток дерева выглянула белая голова вредного фамильяра.
— Ты? Да.
— Я сейчас тебе на голову нагажу!
— Только попробуй! Быстро выкину на улицу, и никто тебя больше не будет вкусняшками кормить.
— Да уж как-нибудь найду нормальную хозяйку, да заживу еще лучше, чем с тобой.
— Так иди ищи! Кто тебя держит? — Развела руки в стороны. — Раз я тебе не устраиваю, может и правда стоит поискать лучшего владельца.
— Может, хватит уже! — рявкнул ректор так, что я аж чуть не присела от испуга, а Рина слетела с дерева вверх лапами и только возле земли уже перевернулась. И, дико вращая глазами, захлопала судорожно крыльями.
— Может, не надо нас так пугать? — заворчала негодница.
— Анита, у нас серьезное дело, перестань ругаться со своей совой! — Очень строго прозвучало от Девида.
Я вперила в него удивленный взгляд и постаралась примирительно ответить:
— Дейви, прости пожалуйста, это все она начала.
— Анита, просто дай мне сосредоточиться на деле.
— Извини еще раз. — Я приуныла и пошла, волоча ноги. И даже Рина притихла, просто летела рядом и поглядывала обиженно на ректора.
Перед гостиницей мы остановились, и Дейв предложил:
— Давай поужинаем вместе?
— Конечно, — обрадовалась я.
— Мне можно к вам присоединиться? — раздалось очень осторожное от Рины.
— Нет! — раздраженно ответил Дейв.
— Эх, тогда полечу, подыщу новую хозяйку. Может, хоть она будет ко мне более внимательна. И кормить будет лучше! — добавила Рина, уже отлетев.
Ага, так и поверила этому жалостливому спектаклю. Кому нужна такая горемычная? И не улетит она никуда, связь хоть и некрепкая у нас, но все-таки есть.
Зайдя в холл гостиницы, почувствовала тепло от очага. В воздухе разносились запахи кислого пива, жареного мяса и аромат свежеиспеченного хлеба. Все столы в ресторации были заняты. Я обвела взглядом помещение в поисках свободного места, где бы нам с Дейвом присесть, но нет, похоже, совместный ужин отменяется.
— Анита, может, поужинаем у меня в номере? — предложил он и пристально посмотрел мне в глаза.
— Конечно. — Я почувствовала жар, что прилил к щекам.
К Дейву подскочила проворная и миловидная кучерявая девушка. И, улыбаясь во весь рот, приняла заказ. Отойдя, она еще оглянулась через плечо, зазывно посмотрев на ректора.
«Вот мерзавка! Да как ты смеешь? Дрянь! Местная потаскуха. Да такой как Дейв: принц, ректор и архимаг, на тебя даже не посмотрит!» Жуткая ревность опять подняла свою голову и заполыхала огнем, грозя пролиться наружу.
Мельком взглянув на меня, Дейв уже более пристально вперился взглядом. Потом в его глазах заплясали искорки смеха, а серые глаза стали похожи на плавленое серебро. Я сразу же отвела взор — нечего мне показывать свои чувства.
Войдя в номер, Дейв стянул перчатки, снял сюртук, оставшись в одной рубашке, и помог мне устроиться на стуле. Сам непринужденно сел рядом и спросил:
— Ты не против, чтобы я закурил?
— Нет, — ответила тихо.
Аромат сигар был вишневым. В сизых клубах дыма блестели его серые глаза, пристально меня разглядывая, отчего я ерзала на стуле.
В дверь постучали, и вошел паренек лет шестнадцати. Он принес еду, что мы заказали. Это были сырные сконы с зеленым луком, куриный суп с пастернаком, запеченный румяный картофель с пряностями и шоколадный мусс с малиной. Правда десерт предназначался только мне.
— Завтра мы пойдем на место преступления, посмотрим, может, там найдем какие-нибудь улики. — Дейв задумчиво потирал подборок.
— А что это за странные руны и почему их начертили на теле человека?
— Вот это и есть главный вопрос. Руны обычно изображают на металле, дереве или кости, и потом в них вливают определенную энергию, и они начинают работать и выполнять свои функции. На теле человека их чертить совершенно бессмысленно. Во-первых, если влить магию в эти знаки, то они просто не будут действовать. Так как внутренняя энергия, которая есть у любого живого существа, может свести на нет их действие. А во-вторых, меня беспокоит, что руны использованы древние, изначальные. И кто-то владеет ими и знает, как их использовать. А ведь об этом не ведают даже ученые всех стран Элеи. И какой исходя из этой информации приходит вывод?
— Что этот неизвестный, кто убил несчастного, обладает тайным знанием, — закончила за ректора.
— И еще, эти руны не дают мне покоя… Будет большая разница, но только это мои личные умозрительные заключения, если я правильно понимаю, нарисовать их на маге или не маге. Надо будет завтра проверить кое-что... И, может, к этому времени они уже опознают труп.
— Хорошо, Дейв, сегодня был длинный день, я пойду отдыхать. Спасибо за ужин и доброй ночи, — ласково ему улыбнулась.
И уже было направилась к выходу из комнаты, как ректор меня развернул к себе и прижал к твердому телу:
— Останься со мной, — произнес низким баритоном, и губы обжег властный поцелуй. Я почувствовала вкус вишни.
Я сразу же поплыла, и сама обняла Дейва, ощущая крепкие мышцы под рубашкой. Он гладил меня, зарывался в волосы, и страстные поцелуи обжигали шею, спускались все ниже и ниже. Вот уже уверенным движениями Дейв расшнуровывал мое платье, а затем меня подхватили словно пушинку на руки и понесли на кровать. Я смотрела как завороженная в глаза стального цвета. Опустив меня бережно на матрас, Дейв лег рядом, целуя и опаляя дыханием кожу. И вот поцелуи стали уже чуть смелее и откровеннее, а рука Дейва оказалась вдруг на груди и чуть сжала ее. Ректор чуть отодвинулся и произнес:
— Какая же ты красивая. — Провел языком по шее. — Безупречная.
Жар опалил все нутро, казалось, вместо крови по венам течет лава. Низ живота заныл. Я растекалась жидким медом в его объятиях, от нежных ласк и поцелуев и, не выдержав, застонала. И так увлеклась новыми для меня ощущениями, что не сразу же сообразила, что Дейв уже лежал между моих ног. Он гладил мои бедра и обнаженную кожу чуть выше кромки чулок. Я чувствовала себя странно, словно я качаюсь в лодке на море без парусов, плыву по волнам, видя
