"Магнитные силовые линии легко обнаружить с помощью обыкновенного компаса, время отлично измеряет простой будильник, гравитацию можно измерить на бытовых весах, но что за субстанция эта самая гравитация или время — поле, волна, поток частиц, возможно ли на них воздействовать, науке неизвестно". "Магнитное поле взаимодействует с другим магнитным полем, возможно, эмоциональная энергия взаимодействует с гравитацией, ведь левитация есть не что иное, как управление гравитацией. Ученым удалось объединить такие непохожие явления, как свет, магнетизм и электричество, и если двигаться по аналогии, то гравитация, время, и сознание — возможно также родственные понятия?"
— Игнатий, — однажды закричал Андрей, — у меня родилась идея! Слушайте все, — перешел он на телепатическое общение, — я понятия не имею, как провести эксперимент, но нам нужно попробовать воздействовать на ВРЕМЯ!
Он объяснил ход своих рассуждений, и дети мгновенно оценили важность эксперимента. Всем было очевидно, что такое вмешательство в мировой порядок весьма опасен, но и отказываться от эксперимента никто не хотел.
— Локальное воздействие на гравитацию в ходе наших экспериментов побочных явлений не выявило, и если мы попытаемся воздействовать на время в определенной точке, от этого мир не обрушится, — сказал Герберт.
— Это в том случае, если этой точкой не окажемся мы сами, — заметила Лаура, — в противном случае мы просто исчезнем из этого мира, если окажемся на долю секунды впереди или позади нашего времени.
— Как исчезнем, так и вернемся — сказал Джузеппе.
— Я имею в виду, что точка воздействия должна находиться на расстоянии, ведь именно так мы создавали молнию. И в этой точке мы должны поместить какой-либо предмет, лучше всего механические часы, по которым сможем узнать глубину изменения времени.
— Не все так просто. Я не уверен, что локальное воздействие на время возможно в принципе, но с другой стороны, если мы не будем пытаться, то не узнаем этого никогда.
В трехстах метрах от зданий дети выбрали площадку. Игнатий синхронизировал секундные стрелки двух наручных часов, принес плоский булыжник, и расположил на нем часы. Контрольные часы застегнул на своей руке. В течение пяти секунд предполагалось остановить и удерживать время в районе булыжника неподвижно.
Дети взялись за руки, объединили сознание, и Андрей дал мысленную команду. Вид пятачка земли диаметром с метр вдруг изменился, поплыл, как в кривом зеркале, а булыжник вместе с часами исчез. Все произошло в короткое мгновение, и пораженные дети непроизвольно прекратили эксперимент.
— Все правильно, — сказал пришедший в себя Андрей, — эксперимент, как видите, удался. Часы остались в прошлом, но как далеко, нам, как видно, не узнать. Может быть, они в прошлом столетии, а может в прошлой секунде.
— А почему вид этого круга изменился?
— Я думаю, это побочный эффект — деформация пространства, который доказывает, что время и пространство тоже взаимосвязаны, и появляется интересная цепочка: время — пространство — гравитация — масса — скорость — энергия — магнетизм — электричество — неизвестная энергия, которую мы называем эмоциональной, и которая позволяет воздействовать на каждое звено этой цепочки.
Все долго молчали, обдумывая сказанное и произошедшее.
— Андрей, неужели мы не сможем вернуть часы в наше время?
— Боюсь, что нет, потому что понятие "сейчас" — бесконечно короткая величина, и попасть точно в нее так же трудно, как из пращи в теннисный шарик на расстоянии в один парсек.
— Андрей, а если отправить в прошлое только наше сознание?
— Мы рискуем оставить наши тела, которые можем потом и не найти.
— Было бы обидно. Давайте разделим сознание, как мы уже делали, и отправим в разведку часть нашего сознания.
— Шарлота права. Нельзя оставлять наши уютные тела без присмотра. Пусть близкое прошлое сканирует наш виртуальный разведчик. Нам нужно лишь найти часы, и посмотреть время на них, верно, Андрей?
— Да, Ганс, концентрируемся на том, чтобы вернуться во времени к началу нашего эксперимента.
Дети взялись за руки, привычно сконцентрировались, раздвоили сознание. Потребовалось значительное усилие, чтобы проникнуть в прошлое, наконец, прорыв произошел, и последние движения коллектива стали раскручиваться в обратном порядке. На площадке появился камень с часами, потом от него попятился Игнатий. Сознание остановилось во времени, и некоторое время ничего не происходило. Затем сознание возобновило движение во времени к настоящему, наблюдая за стрелками часов. В момент исчезновения часов сознание зафиксировало положение стрелок, и вернулось в настоящее.
— Прошлое существует! Мы совершили путешествие во времени! Качать Андрея!
Хохочущий мальчик взлетел над поляной, совершил дугу, и опустился на пятачке, где недавно лежал булыжник.
— Друзья, — сказал Игнатий — мы с вами совершили невиданный прорыв в науке, и не один. Мы убедились, что человеческий мозг обладает огромным могуществом, о чем люди догадывались и раньше, но воспользоваться этим смогли пока только мы. И мы ни при каких обстоятельствах не должны пользоваться нашими возможностями во вред человечеству. Поклянемся в этом.
— Клянемся! — торжественно повторили дети.
Время на часах, которое зафиксировало сознание, отличалось от времени контрольных часов на восемнадцать минут.
— Но именно восемнадцать минут назад мы начали эксперимент! — Сказал Игнатий.
— Я понял, мы неправильно искали часы, мы вернулись назад на эти восемнадцать минут, а часы провалились дальше! Пробуем еще раз?
Возражений не было, и прошлое было просканировано еще раз с теми же предосторожностями. На этот раз вернуться в прошлое пришлось почти на два часа, и часы были обнаружены.
— Теперь мы знаем, что объект массой примерно четыре килограмма мы можем отправить в прошлое примерно на двенадцать часов, если будем воздействовать на него три секунды. — Подвел итог Андрей.
— Андрей, нужно ведь узнать что-нибудь и о будущем, ведь это еще интересней — сказал мальчик Асканий.
— Единственное, что могу пока сказать о будущем — это то, что через десять минут нас позовут на обед, дорогой Асканий, и это будет вполне своевременно.
Создавая колонию людей "новой расы" Генрих Шварц дерзнул заглянуть в очень отдаленное будущее, но будущее более близкое поставило перед ним целый ряд сложнейших проблем. Ему вдруг стало очевидно, что держать группу высокоинтеллектуальных людей в полной изоляции от общества невозможно и не гуманно. И противозаконно. А информация о такой колонии, так или иначе, неизбежно всплывет, и это может случиться в любой момент. Его не пугала личная ответственность, но то, что может случиться с его детьми, в чьи бы руки такая информация не попала, тревожило его все сильнее. После долгих раздумий профессор пришел к выводу, что подобный узел проблем в одиночку ему не решить, тем более что все его действия на протяжении двух десятилетий нарушали все законы любой цивилизованной страны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
