«Каменный век», — подумала она и тут услышала визг. Аврора страшно испугалась, обернулась и заметила женщину в платке и каких-то нелепых тряпках. Это она взвизгнула, увидев вошедшую девушку. Женщина была деревенская, это сразу бросалось в глаза: темная грубая кожа, никакой косметики, обветрившиеся руки, спрятанные под косынкой волосы, домотканые вещи…
— Простите… — извинилась Аврора.
Женщина опасливо отошла на шаг назад и что-то пробормотала на непонятном языке.
— Я случайно зашла, извините, пожалуйста… — принялась было оправдываться Аврора, но тут громко хлопнула дверь.
— Кофе хочешь? — спросила появившаяся в кухне Нина.
Аврора кивнула. Не обращая внимания на тетку, Нина взяла джезву, насыпала из обычной упаковки кофе «Лаваццо», налила воды из ведра и поставила на плиту.
— Дикая, — кивнула она на тетку, которая по стеночке вернулась к одному из разделочных столов и продолжила то дело, от которого ее отвлекли, — стала катать тесто. — Мила приволокла ее с гор. Пожила среди берберов и помешалась на здоровой еде. Все натуральное: даже посуда. Все сделано заботливыми грязными руками диких троглодитов. По-моему, это его и доконало.
— Мужа? — уточнила Аврора.
Нина кивнула.
— Каши какие-то, сборная солянка не пойми из чего, муку она сама мелет, кофе жарит… как колбасу. — Нина закатила глаза. — Ее кофе вообще пить нельзя. Дура!
— Да ладно тебе… — Аврора пожалела крестьянку.
— Ага! — фыркнула Нина. — Жрем баланду, да еще эта мымра ни фига не понимает и, главное, понимать не хочет. Это невыносимо! Я сюда тайно суши привозила, и мы с Кириллом их по ночам уплетали.
— А зачем ей это надо? — поинтересовалась Аврора.
Нина пожала плечами.
Тут на кухню ввалилась Даша.
— О боже… — Она повалилась на стул. — Еле уложила! Она меня пыталась покусать!
— Да уж, — кивнула Нина, — она может.
— Валяй, рассказывай, что тут у вас происходит, — обратилась Даша к Нине.
Нина покосилась на тетку:
— Не здесь…
Она сняла кофе с плиты, достала фарфоровые чашки, сахарницу, налила молока из пакета в небольшой молочник, вывалила в вазочку шоколадные конфеты, воровато оглянувшись на кухарку, отрезала пахлавы и поставила все это на серебряный поднос.
— Контрабанда! Заводские изделия у нас под строгим запретом. Но лично я отбила право есть конфеты. Под угрозой увольнения, — пояснила она и вышла из кухни.
Девушки отправились за ней и вошли в одну из комнат, что были заперты. Нина открыла ее своим ключом. Она была не очень большая, но уютная — и, главное, все в ней было новенькое, яркое, симпатичное.
— До тебя не дошло еще? — поинтересовалась Даша.
— Пока вроде тьфу-тьфу… — ответила Нина. — Садитесь! — велела она.
Девушки устроились на белом диване в зеленую полоску, а Нина достала из шкафа бутылку рома.
— Украла из дядиных запасов, — призналась она Даше.
Когда все попробовали ром, выпили кофе с дивными, вкуснейшими конфетами, Нина вынула тонкую коричневую сигарету, приоткрыла окно, плюхнулась в низкое вельветовое кресло и уставилась на Дашу.
— Началось все с того, что полгода назад он поехал в Питер, — сказала она. — Там у него появился какой-то очень крупный заказчик. А Мила по Магрибу путешествовала — вернулась совершенно сдвинутая… В общем, уехал он в Питер и познакомился там с Алисой…
— Ты ее видела? — перебила Даша.
— Видела, — кивнула Нина. — Мы с Кириллом во второй раз вместе ездили. Такая… утю-тю, сяськи-масяськи… Блондиночка, волосики гладкие, макияж золотистый, костюм в розочках… Ну, не знаю… Фальшивка — от макушки до пяток. Она в ресторан пришла с каким-то типом в розовом галстуке, и я думала, она из вредности с Кириллом цацкается — хочет своего мужика позлить… Если б я знала! Понимаешь, она на вид вся такая воздушная, эфирная, но об нее можно ножи точить — это ж сразу видно! Не понимаю, как Кирилл… В общем, Мила, когда вернулась, притащила с собой эту деревенщину, посуду — одним словом, просто помешалась на Магрибе. Говорит, там такая магия древняя, такая девственная энергия… — Нина замолчала и посмотрела на Аврору. Спросила у Даши: — Она наша?
Даша кивнула и добавила:
— Просто еще не знает об этом.
— Да? — Нина поглядела на Аврору с подозрением.
— Дальше! — рявкнула Даша.
— Вот, и начались какие-то обряды, духовно чистые продукты, спим мы теперь только на льняных простынях — все это чучело ткет, даже станок привезла с собой… Кирилл, конечно, скандалил, а потом уехал в Питер. И вот нет его неделю, вторую, а на шестнадцатый день приходит письмо: «Дорогая, я полюбил другую».
— Неужели он не думал, к чему это приведет? — ахнула Даша.
— Думал. Написал: «Мне насрать».
— Чудесно! — Даша покачала головой. — И тетя ничего сделать не может?
— Не-а… Ты же знаешь. По договору он свободен.
— Сколько ей осталось?
— Полгода… — Нина нахмурилась. — Мне — год от силы…
— Черт… — простонала Даша. — И это мой собственный дядя…
— Попробуй на него повлиять, — с мольбой в голосе обратилась к ней Нина. — Надо же что-то делать. Так умирать не хочется…
— А ты хотела жить вечно? — усмехнулась Даша.
— Всегда! — подтвердила та. — Ну, Мила! — Нина потрясла кулаком. — Ну почему у нее такой отвратительный характер?
— За него Кирилл ее и любил, — грустно ответила Даша.
Они еще немного посидели, но скоро Даша сказала, что им надо отдохнуть, сгребла в охапку ром и Аврору и потащила наверх. Со второго этажа на чердак вела винтовая лестница: она заканчивалась площадкой, на которой было три двери. Даша открыла ту, что была прямо перед ними, и они попали в комнату со скошенным потолком и огромным полукруглым окном, которое выходило на озеро.
— Моя личная резиденция, — уведомила Даша. — Не расслабляйся — некоторые предметы опасны для жизни.
В комнате были две кровати, небольшая библиотека, просторный письменный стол — места за ним с лихвой хватило бы на троих, и некое подобие гостиной у окна. Там девушки и расположились — на низких сиденьях, почти у самого пола, бархатных диванов с подушками.
— Готова узнать страшную правду? — Даша сделала большие глаза.
— Не уверена, — честно ответила Аврора.
— Тогда выпей, — посоветовала Даша. — Тебе нужен добрый старый друг ром — одна не справишься.
Глава 7
— Значит, так, — приступила Даша к рассказу. — Все, что я тебе скажу, — правда. Вопросы типа: «Да неужели?», «Ты не врешь?» и «Это шутка?» — остаются без ответа. Уяснила?
