Однако чем дальше бой, тем яснее: не осилят всё же русские казанских воинов.
– Братцы, вперед! Братцы, вперед! – кричит Никита Петух.
Не получилось вперед у русских. Еще немного – и начали русские отступать. Отходят, отходят. Вот уже и на Арском поле. Отходят, отходят. Вот уже и на исходном месте. Захлебнулась атака русских. Не устоять им в жаркой, упорной схватке. Давит на них хан Япанча. Ясно ему: миг – и победу схватит. И вдруг…
Что такое? Несутся по полю всадники. Присмотрелся Петух.
– Наши! – закричал. – Наши!
Оказалось, вступив с казанцами в бой, Горбатов-Шуйский пошел на хитрость. Не всех своих воинов послал он в атаку на Арский лес. Бо́льшую часть воевода укрыл в засаде. Да и задача у тех, что пошли на лес, была не в том, чтобы разбить неприятелей, а в том, чтобы выманить воинов Япанчи из леса на открытое место. И вот теперь, когда оказались казанцы на Арском поле, дал Горбатов-Шуйский команду выйти войскам из засады. Устремились они вперед.
– Наши! Наши! – не перестает кричать что есть силы Никита Петух.
Отрезали русские казанцев от Арского леса. Завязалась упорная битва. Не устояли казанцы. Дал сигнал хан Япанча к отходу. Да перекрыты пути назад.
Разбил на Арском поле казанцев воевода Горбатов-Шуйский.
Стали ратники разыскивать Никиту Петуха.
– Петух! Петух!
– Кричи победу!
Не откликается Никита Петух. Сложил он свою голову, погиб в жаркой схватке на Арском поле. Много и русских и казанцев тогда погибло.
Доволен одержанной победой царь Иван.
Пропели удачу полковые дудки.
Довольны победой и ратники. Говорят, вспоминая хитрый маневр воеводы Горбатова-Шуйского:
– Хоть по фамилии он и Горбатов, а в бою не скривил, все, что надо, исправно сделал.
Стал воевода Горбатов-Шуйский первым героем Казанской битвы.
Арский человек
Случилось это за Арским полем, в Арском лесу. Когда ворвались сюда боевые отряды воеводы Горбатова-Шуйского, среди ратных русских людей были и Путила Мешок, и Евсей Зерно.
В сражении с казанцами и Путила и Евсей были тяжело ранены.
Откатилась битва из леса на Арское поле. Остались в лесу побитые и недобитые.
Неизвестно, сколько времени прошло. Пришел в себя Путила: «Где я? Что со мной?» Не сразу и вспомнил, что была битва, что в бою ранен. Попытался подняться – не может.
Посмотрел – рядом человек. Показалось Путиле, человек чем-то ему знакомый. Присмотрелся внимательно: так это ж Евсей.
– Евсей! – затормошил он приятеля.
Шевельнулся Евсей. Чуть приоткрыл глаза, чуть голову приподнял:
– Путила!
Отлежались они, решили выбираться из леса. Пытались подняться – не могут.
– Надо ползком, – предложил Путила.
Согласился Евсей. Однако люди по характеру были они поперечные.
Предложил Путила ползти в одну сторону.
– Нет, – говорит Евсей, – поползли в эту, – и показывает в сторону как раз противоположную.
Не сговорились они. Направились в разные стороны. Однако проползли метр, два и снова от ран забылись.
Появился в это время в лесу незнакомый человек. Увидел он Путилу. Нагнулся.
Пришел Путила опять в себя. Приоткрыл глаза. Видит человека.
– Евсей! – закричал Путила.
Замотал отрицательно человек головой.
– Нет.
– Кто же ты? – спрашивает Путила.
– Арский я человек, – ответил незнакомец.
Вскоре он заметил и второго русского воина. Подошел человек к Евсею. Наклонился. Тронул за плечо. Приоткрыл тот глаза.
– Путила!
Замотал отрицательно человек головой.
– Нет.
– Кто же ты? – спросил Евсей.
– Арский я человек, – ответил незнакомец.
Трудно сказать: выбрались ли бы Путила и Евсей сами из леса. Или навеки в лесу остались. А вот незнакомец им помог. На плечах вытащил. Уложил у самой кромки леса. Тут их и подобрали русские ратники.
– Евсей!
– Путила!
– Мы самые.
Стали ратники интересоваться, как они, Евсей и Путила, здесь оказались.
– Человек добрый вынес.
– Как его звать?
Молчит Путила. Молчит Евсей. Не знают, как звать незнакомого человека.
– Как звать? – повторили ратники.
Пожимает плечами Евсей. Пожимает, поводит плечами Путила.
– Арским человеком назвался, – наконец произнес Путила.
– Арским назвался, – сказал Евсей.
– Понятно, – сказали ратники.
Арскими людьми называли себя башкиры. Тут рядом лежат их земли.
Тянулись башкиры к русским. Вот и этот доброе дело сделал.
Про бревна, туры и московского дьяка
Было это еще на пути к Казани. Загадали загадку ратникам воеводы. Был отдан приказ, чтобы каждый воин заготовил по одному бревну. Бревно на плечи – и марш к Казани.
Нашлись недовольные.
– Зачем нам бревна?
– Плечи наши, кажись, не лужёные.
– Ноги наши, кажись, не дубовые.
Прикрикнули сотники и десятники:
– Но, но! Воеводам тут лучше знать.
– Приказ государя!
Примолкли строптивые. Тащат.
Прошли немного. Новый приказ: приготовить туры и тоже тащить к Казани. Туры – это большие плетеные корзины, в которые засыпалась земля. Применялись туры при строительстве оборонительных сооружений.
И вновь недовольные:
– Зачем нам туры?
– Туры-дуры. Идем не затем, чтобы за турами спать. Крепость идем воевать.
Прикрикнули сотники и десятники:
– Но, но! Воеводам тут лучше знать.
– Приказ государя!
Подошли, осадили русские войска Казань. Выглядывают казанцы из-за казанских стен. Высоки стены. Хорошо кругом всё видно. Русские войска отсюда – как на ладошке.
Русских числом больше. Однако чтобы подойти к крепости, надо преодолеть открытое место. Много здесь при штурме ляжет лихих голов.
Ждут в Казани атаки русских. Прошло несколько дней. Не начинают атаку русские. Глянули как-то рано утром снова казанцы с казанских стен. Небывалое что-то вокруг Казани.
– Что там такое? Что там такое?!
Не зря тащили русские воины бревна. Не зря тащили тяжелые туры. По приказу воевод расставили ратники за ночь туры напротив казанских стен. Между турами возвели забор из бревен. Быстро у русских идет работа. Окружили город одним кольцом из туров. Окружили вторым кольцом. Укрыли туры и бревна русские войска от обстрела с казанских стен. Есть надежная защита теперь у русских.
– Ну как – зря тащили? – спрашивают сотники и десятники.
– Нет, – отвечают ратники.
– То-то.
– Кто же сие придумал?
– Один человек.
– А по имени как?
– Дьяк Иван Выродков.
– Умный, выходит, дьяк.
– Голова-человек.
Вскоре – и еще одно новое. Когда начался штурм Казани, задвигались вдруг туры, зашагали, словно живые, бревна. Передвигая вперед бревна и туры, укрываясь за ними от пуль и стрел, стали приближаться к казанским стенам русские ратники.
Это тоже придумал дьяк Иван Выродков.
Ценил его царь. Ценили другие. С него и пошли на Руси военные инженеры. Дьяк Иван Выродков стал, как и воевода Горбатов-Шуйский, одним из героев Казанской битвы.
Про срубы и самоходные башни
Не закончились казанские заслуги Ивана Выродкова созданием туров и движущихся стен.
В осаде Казани принимало участие 150 орудий. Высоки казанские стены. Широки казанские стены. Грозно поднялись боевые башни. Бьют по крепостным стенам русские пушки, бьют. Разносят ядра первую дубовую кладку. Разлетаются в щепы бревна. А за бревнами камни и слежавшийся глиняный ил. Увязают ядра в земельной толще. А за этой толщей новый дубовый ряд. Это внутренняя крепостная стена. Не скоро пробьешь такую защиту. Не скоро ворвешься в город.
О многом размышлял Иван Выродков во время казанской битвы. Хотел он увеличить в бою значение русских пушек. Вот бы придумать такое, чтобы пушечные ядра били не только в крепостные стены, но и могли бы точно поражать и улицы самого города. То есть чтобы пушкари и улицы, и дома, и площади Казани своими глазами видели.
Но как?
Ровные места вокруг Казани. Не поднимешь под небо пушкарей и пушки. Под небо – нет. А вот так, чтобы пушки оказались выше казанских стен?
Придумал такое Выродков.
Снова согнали ратников. Снова у них в руках топоры и пилы. Ходит Выродков, объясняет, что делать. Прислушиваются к его советам строители.
– Умный дьяк.
– Человек-голова.
Сбивают люди огромный сруб. Растет он, растет. Но это не просто сруб, а вырастает башня. Поднялась башня. Почти в два раза выше казанских стен. Заберись на нее. Посмотри на Казань. Вот они, улицы и дома, вот они, городские площади.
Поднялись на башню пушкари:
– Всё видно!
Не русские теперь войска, а казанские смотрятся, как на ладошке.
Построена башня. Вместе с ней еще несколько. Затащили люди на них орудия. На одну из таких башен, высота ее была 15 метров, подняли и установили сразу 10 тяжелых пушек.
Поднялись пушки на высоту. Но и это еще не всё. Придумал Иван Выродков и устройство, с помощью которого башни могли передвигаться.
