Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

Он отвёл коня чуть в сторону и осторожно взвёл арбалет. Стрелять из укрытия отравленной стрелой — невелика доблесть, но честного боя, как известно, не бывает. Поединки на спортивных играх и настоящая война — две большие разницы.

Всадники катились лавиной. Они действительно не заботились о безопасности. Ощущение собственного превосходства сыграло с ними злую шутку.

Воин успел выстрелить в скачущего первым шалирита — несомненно, кого — то из важных — и, уже не заботясь об укрытии, погнал коня назад — вдоль правой обочины, так, чтобы его видели.

Позади него что — то мягко зашипело.

И яркая вспышка за спиной затмила солнце. Призрачные тени легли на бешено несущуюся назад дорогу; чёрным показалось небо над головой. А за спиной всё ещё раздавалось громкое шипение и шелест — и, едва различимые на их фоне, крики и проклятия.

Первый удар нанесён.

Ривллим едва успел вернуться к путевому столбу, как со стороны развилки послышалось знакомое шипение и слабый свист. Сам он успел прикрыть рукой глаза: увидеть то, что должно было произойти, означало верную смерть.

На его беду, конь не последовал примеру всадника.

Двигаться ползком было непривычно и не очень — то приятно. Их путь, судя по расчётам, должен завершиться минут через десять в относительно безопасном месте, в мёртвой зоне под стенами башни. Установка сторожевых столбов — дело непростое и требует от жрецов изрядных усилий. За свою помощь божества требуют немало, а уж Владыки Хаоса — и подавно.

…Когда, минут пятнадцать спустя, ольт негромко сообщил, что первая опасность позади, это вызвало тихий взрыв радости. Башня возвышалась совсем рядом.

Времени у них — не более сорока минут.

На то, чтобы проверить снаряжение и оружие, ушло чуть менее пяти минут. Теперь надо надеяться, что все трое его спутников действительно участвовали в сражении. В настоящем сражении.

Что — то сверкнуло в небе, далеко на юге, и тени на миг стали резче.

Началось. Ольт поднялся, сбросил с себя накидку и быстро двинулся к башне, бесшумный и улыбающийся. Его улыбку никто не видел.

Ривллим успел спрыгнуть на землю и перекатиться подальше, спасаясь от внезапно ослепшего, обезумевшего коня, который метался по поляне, совершая чудовищные прыжки. Ни стонов, ни ржания — только шелест травы да тяжёлые удары копыт. Воин укрылся за деревьями и смотрел за скачками животного, чей мозг сейчас медленно пожирал огонь. «Серебряное пламя», как его иногда называли, одно из самых разрушительных видов оружия. За использование или приготовление — смертная казнь. По крайней мере, в его, Ривллима, время.

Один из прыжков оказался для коня последним: он запнулся и неуклюже повалился наземь. Ноги его ещё некоторое время подёргивались; умер он молча. И тут на поляне показались всадники.

Если их была сотня, то она не очень пострадала от «серебряного пламени». Любопытно, подумал Ривллим, что с нами сделают за его употребление? Оправдывает ли война подобное? Знал ли ольт о том, что он нашёл?

Знала ли Фиар?

Ривллим поймал себя на том, что полностью уверен в том, что знала. И именно поэтому использовала. Убеждение было странным, чудовищным и, скорее всего, несправедливым — но крайне стойким.

Шалирит в сверкающем серебряном шлеме был одним из командиров. Он некоторое время беседовал с десятком окруживших его воинов, указывая на павшего коня, на лес и направление, в котором находились деревни.

Сзади послышался оклик. Командир обернулся; один из всадников указывал на очищенный, оживший путевой столб. Выражение брезгливого отвращения появилось на лице шалирита в шлеме и, махнув рукой, он что — то коротко крикнул.

И рухнул наземь, с арбалетной стрелой, вонзившейся в лоб. Ривллим не сразу осознал, что выстрел произвёл он сам. Отбросив арбалет в сторону, он выхватил ослепительно сияющий Лист и, прикинув кратчайший путь к противоположному краю поляны, покинул укрытие. Вперёд, вон той тропой: там приготовлено немало сюрпризов. А затем…

Едва он ступил на поляну, произошло неожиданное. Окружающий мир потемнел, словно Ривллим смотрел на него сквозь закопчённое стекло. Вокруг него самого на траву ложилось небольшое пятно ярко — жёлтого света. Путевой столб стал таким же «солнышком» во внезапно опустившемся облаке мрака.

Время замедлило свой ход.

Всадники неслись к тому месту, откуда вылетела роковая стрела; кони их медленно и красиво плыли по воздуху. Никто из шалиритов и не пытался преследовать освобождённых пленников; сейчас их занимал дерзкий противник, осмелившийся бросить вызов большому отряду.

Двигаться было на удивление легко. Ривллим словно стал намного легче — даже небольшие, казалось бы, усилия позволяли ему передвигаться удивительно быстро. Перепрыгнув через тело коня, он перекатился, поворачиваясь лицом к преследователям. Готовый немедленно увернуться от выстрела либо встретить нападающего.

И понял, что на него не обращают внимания. Всадники сосредоточились на том месте, откуда он только что выбежал; двое из них, спешившись, входили под прикрытие деревьев, третий наклонился и указал на брошенный арбалет…

Но никто не обращал ни малейшего внимания на стоявшего в сорока шагах воина с ярко светящимся мечом в руках!

Они не видят его!

Где Фиар? Удалось ли ей спастись? Воин усилием воли отогнал мрачные мысли и быстрым шагом, стараясь не отдаляться от деревьев, направился к развилке. Вскоре он увидел неподвижно лежащие тела людей и лошадей.

И заметил, что один из всадников собирается облить столб жидкостью из чёрной бутылочки. Пробка никак не подавалась, а применить силу он, видимо, боялся. Времени на размышления не было. Ривллим выхватил дротик и метнул.

Он успел заметить, как в глазах его жертвы вспыхнул невыносимый ужас. Нелепо взмахнув руками, шалирит повис в стременах. Бутылочка упала, взорвалась, и над землёй повисло отвратительное облачко чёрного жирного дыма.

Другие нападающие заметили только, как из ниоткуда возник ослепительно сияющий силуэт высокого человека. Метнул дротик (который светился так, что глазам было больно) и… вновь исчез. С десяток стрел устремились туда, где только что был призрак, но — цели они не нашли.

Огненная дорожка пробежала по дальнему краю поляны — там, куда скрылись освобождённые — и вот уже стена пламени надвигается на лишённых руководства шалиритов.

Несколько раз свистнули стрелы, сбрасывая наземь очередного кочевника. Те открыли беспорядочный огонь, с трудом справляясь с перепуганными конями, но так и не смогли отыскать невидимого стрелка. Кто — то махнул рукой: отступаем!