Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

Оставшиеся в живых развернулись и во весь опор бросились назад. Воин, всё это время стоявший на краю поляны, с Солнечным Листом наготове, проводил всадников взглядом и оглянулся на начинающийся пожар. К его изумлению, огонь уже угас; лишь дымящаяся полоса земли да несколько десятков обугленных деревьев напоминали о том, что здесь только что произошло.

Да трупы на дорогах, на поляне, повсюду.

Ривллим вложил Лист в ножны и мгла, нависшая над миром, начала таять. Одновременно он понял, что чудовищно устал. Сделал пару шагов и опустился прямо на истерзанную, утыканную стрелами землю.

Через минуту на дороге появиласьФиар. Она прихрамывала, но лицо её выражало радость. Помахав спутнику рукой, она направилась в его сторону, внимательно глядя под ноги.

— На сегодня всё, — объявила она. — Никогда не было так страшно. Устала — сил нет. Надеюсь, что Вемкам… тьфу, язык сломаешь! Что он знает, что делает. Мы ему уже не помощники.

— Что есть, то есть, — устало согласился воин, вытирая лицо и руки. — Ох и загадили же поляну…

— Зато живы, — равнодушно ответила Фиар. — Куда ты подевался? Ты сразу исчез из виду и я долго не решалась пугнуть их огнём.

Воин молча похлопал ладонью по рукояти меча.

— Надо же, — произнесла девушка с завистью. — Какая отличная вещь. Не умеют они делать арбалеты, — неожиданно заключила она. — Скрип за километр слышно, тяжёлые, корявые. Как они умудрились завоевать так много стран — ума не приложу.

Ривллим достал оставшиеся сухари и воду и они прикончили остатки еды.

— Ну и как тебе война? — спросил Ривллим.

— Отвратительно, — было ответом. — Шум, грязь, вонь… Терпеть не могу лошадей. Да и всадники, похоже, моются только в самом крайнем случае.

Воин покачал головой, глядя, как девушка легла на спину, раскинув руки и ноги, и принялась смотреть в небо.

Он ожидал чего — нибудь другого.

VII

Ольт не надеялся, что башня будет оставлена без охраны; не думал, что удастся обойтись без боя. Но он также не думал, что охрана будет настолько скверной.

Его спутники помалкивали. Оно и понятно: ползти четверть часа, глядя на ноги и бормоча под нос какую — то чушь про листья на земле и пробегающих по ним муравьёв — не совсем то, чего они ожидали. Но ему не хотелось рассказывать всякие ужасы про подобные столбы. Последствия иногда проявлялись много позже: даже случайный взгляд мог очень дорого обойтись.

Они перелезли через низенькое ограждение, поразившись, что никто ни разу не показался ни в одном из окон. Привыкли полагаться на столбы? Очень самонадеянно. Впрочем, откуда взяться достойному противнику? Генерал далеко на юге, сил здешних жителей, ни в коей мере не готовых к войне, не хватит для серьёзного сопротивления. Те, что снабжают эту башню и войска в ней продовольствием, наверняка делают это не из любви к шалиритам. И не обязательно из страха перед ними. Просто земля, на которой они живут, дороже им всего остального…

Ольт тихо вздохнул.

Когда все собрались у шершавой округлой стены, он ещё раз напомнил им, что и как те должны делать. И, мысленно попросив помощи у всех сочувствующих им богов, осторожно выглянул из — за стены. Кончиком мизинца.

Удивительно, но у ворот, открывавших путь наружу, к дороге, вообще не было часовых. Ну что же… Четвёрка скользнула к массивным двойным дверям, открывавшим доступ к помещениям внутри башни, и лишь там натолкнулась на противника — двух стражников.

Спустя полминуты те были надёжно связаны и сложены у стены. Сопротивления они не оказали: после взгляда на Вемкамтамаи руки, ноги и голос отказались служить шалиритам.

Судя по звукам, основная часть гарнизона этажом выше. Дисциплина была в самом плачевном состоянии: ольт готов был поклясться, что там играли в кости, что — то пили и непринуждённо разговаривали.

Все четверо тихо подобрались поближе к двери и встали так, чтобы можно было, в случае чего, отступить. Прислушались.

Всё спокойно.

Ольт готов был дать знак «вперёд!», как дверь открылась и наружу выскользнула… девушка. Стараясь выглядеть приветливой и бодрой, она несла в руках большое блюдо со всевозможными объедками. На шее у неё был замкнут массивный железный ошейник. Рабыня.

К счастью для пришельцев, девушка прикрыла за собой дверь прежде, чем увидела нежданных гостей.

— Сайир, — Ривллим оглянулся. Фиар вовсе не дремала, как ему показалось. — Там, у костра, ты говорил, что на службе.

— Верно.

— Ты по — прежнему на службе?

Воин усмехнулся и взглянул в глаза девушки. Та была сама серьёзность.

— Да, хелауа, по — прежнему.

— Кому ты теперь служишь?

— Городу. Меорну. Вам с Вемкамтамаи. А что?

— Да так, ничего, — Фиар уселась и сладко потянулась. — Куда теперь? Я надеюсь, нам не придётся возиться с трупами? Их так много, а погода такая жаркая…

Ривллим оглянулся.

— Может быть, и придётся, — ответил он. — Встретиться с Вемкамтамаи мы должны здесь. Поэтому, если…

Он вскочил на ноги. Выражение его лица было таким, что девушка рывком поднялась на ноги и в недоумении осмотрелась.

Поляна была пуста.

Ни одного тела. Только помятая трава, вспаханная копытами земля, пятна крови.

Взяв девушку за руку, Ривллим подбежал к дороге.

И там пусто.

— Куда они делись? — спросил он шёпотом и проклял себя за неосторожность. Надо было предполагать, что кто — то из отряда нападавших останется в стороне. Так беспечно улечься отдыхать!

— Не знаю, — шёпотом ответила девушка и вцепилась в его локоть. — Мне страшно.

— Мне тоже, — признался воин. Стояла абсолютная, невероятная тишина. Ни птицы, ни насекомые не издавали ни звука. Было слышно, как бьётся сердце.

Фиар помотала головой и сумела стряхнуть наплывавшую волнами вязкую дурноту. Её спутник, похоже, тоже совладал с обессиливающим наваждением.

— Кто — то ищет нас, — Фиар схватила Ривллима за руку. — Не стой, идём!

Тот кивнул и сглотнул, чтобы проверить — не оглох ли. Нет, со слухом всё в порядке.

Тень опустилась на траву — тень причудливой формы; она легла меж двух их теней, тянущихся одна к другой.

Тяжёлая рука обрушилась на плечо Ривллима. Сдавила так, что почернело в глазах. Сквозь густую тишину прорвался тихий, отчётливый звук — металл, трущийся о металл. Воин обнаружил, что опускается на колено, не в силах противостоять непереносимому давлению. Хрустнули кости. Сейчас сломаются, подумал Ривллим, изо всех сил пытаясь оторвать от себя чужую руку. Что — то опалило его лицо и Ривллим, оттолкнувшись от земли, откатился в сторону, судорожно вдыхая воздух.