Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

Шалириты станут.

За последние пять лет генерал сумел убедить соседей, что только военный союз сможет остановить продвижение шалиритов, этой конной саранчи.

Что делать теперь, когда кольцо блокады более не сжимается?

И этот гонец, провалиться ему на месте. То, что сообщал неведомый никому Вемкамтамаи, не мог знать ни один смертный. Эта часть биографии генерала знакома только тем, кто отступал вместе с ним после неудачной попытки взять Шайр. И если верить этому невероятному донесению…

То Шайр можно будет взять в ближайшее время.

А это — первый шаг к свободе. По слухам, северные ольты и несколько крохотных горных королевств стойко сопротивляются привыкшим к равнинам кочевникам. Если удастся заключить с ними союз…

Генерал помотал головой. Мечты опасны. В особенности, если о желанном думать, как о свершившемся. Втройне опасны подобные мечтания на войне.

— Роимала ко мне, — приказал генерал и через пять минут молодой капитан, один из немногих, переживших тот самый поход к Шайру, стоял, внимательно глядя генералу в глаза.

— Новые союзники ожидают нас у Шести Башен, — сообщил генерал.

Видно было, чего стоило молодому человеку сохранить спокойное выражение лица.

— Возьми сто человек и отправляйся к Пепелищам, — продолжал Той — Альер. — Немедленно. Всем постам будет приказано содействовать вашей миссии. Подробности в этом пакете, прочтёшь по прибытии.

Капитан кивнул.

— На сборы три часа, — добавил генерал на прощание. — В добрый путь.

Последнюю фразу генерал произнёс на родном языке, и капитан долго думал впоследствии — отчего Той — Альер поверил загадочному донесению, почти не раздумывая?

…А генерал долго думал — не подвела ли его интуиция?

На войне каждая ошибка может оказаться последней. А боги… они помогают лишь тем, кто сам отвечает за собственную лень и глупость.

— Кто — нибудь знает что — либо об этом месте? — поинтересовался ольт.

Нолл покачал головой. То же проделал и второй сопровождающий, оружейник Айрленн.

— Отец рассказывал, — начал третий, Даур. Отец его был лесником. — Сторожевая башня, пять построек; небольшая деревня поблизости.

— Подземные хода? — спросил ольт. Собственная память ему пока не помогала.

— Нет, — покачал головой Даур. На вид ему было не более тридцати, но волосы были совсем седыми. Он выглядел гораздо старше пятидесятилетнего Айрленна. — Ничего подобного. Тут кругом пески да глина.

— Превосходно, — ольт спешился. — Айрленн, отведи лошадей вон туда, к старой осине. Двигаться тихо, быть начеку. Ловушки могут быть повсюду.

На самом деле ольт не ощущал непосредственной опасности, но позволить малоопытным помощникам расслабиться — означало бы рисковать жизнью всех, кто участвовал в сопротивлении шалиритам. Включая Ривллима и Фиар.

Когда Айрленн вернулся, ольт обвёл «взглядом» всех троих и объявил:

— С этого момента все мои приказания выполнять в точности и немедленно. Есть у кого — нибудь при себе амулеты, священные символы, магические предметы?

Двое кивнули.

— Я предупреждал: не брать с собой ничего. Ладно. Сейчас спрячем всё это; заберём на обратном пути.

— Но почему? — не выдержал Даур.

— Вы не похожи на опытных магов. Значит, не сможете скрыть эти предметы, как следует. Далее. К башне будем пробираться с запада, мимо сторожевых столбов. Передвигаться будем ползком. По моей команде. Двигаться медленно, смотреть только в землю перед собой и тихо говорить о том, что видите.

Вемкамтамаи поднял голову. На лицах его спутников появилось весьма нелестное выражение.

— Столбы посвящены той силе, которая покровительствует захватчикам, — пояснил ольт. — Смотреть на них, прикасаться к ним — опасно для жизни. Надо выбросить их из головы, не позволять себе думать о них. Иначе и мы, и оставшиеся у Башен, рискуем жизнью. Теперь понятно?

Всем было понятно. Каждый из троих помнил отвратительное ощущение, возникающее при взгляде на сторожевой столб.

— А если нас засекут с башни? — поинтересовался Даур.

— Смотреть на столбы небезопасно для всех без исключения, — возразил ольт. Они расставлены так, чтобы часовой не мог увидеть их. Подобраться к башне трудно, но можно. Самое главное, не выдавать своего присутствия, пока мы поблизости от столбов.

— Откуда вы знаете окрестности? — поразился Даур. — Вы ведь говорили, что прибыли сюда недавно.

— Позже, — ольт поднял руку ладонью перед собой. — Я расскажу в другой раз. Итак, магические предметы…

Его спутники сложили всё, о чём шла речь, в небольшой полотняный мешочек. Ольт слегка присыпал его листвой, провёл над этим местом сложенными лодочкой ладонями и свёрток… исчез.

— Здорово! — прошептал Даур. — Куда они делись?

— Они никуда не делись, — пояснил ольт. — Просто они не привлекают ничьего внимания.

— Тогда в путь? — спросил Айрленн, улыбаясь.

— Нет, — покачал головой Вемкамтамаи. — Дождёмся, когда их отряд отправится на юг.

После чего повернулся лицом к дороге и сел, скрестив ноги и соединив пальцы рук в замок. Лошади, видимо, были приучены к незримому присутствию Шалир — вели себя спокойно, не издавая ни звука.

Спустя десяток минут до четвёрки донёсся далёкий грохот множества копыт. Точнее, донёсся до Вемкамтамаи. Остальные вздрогнули, когда ольт неожиданно вскочил (бесшумно, как всегда) и, завязывая пояс, объявил:

— Пора.

Ривллим двигался у левой обочины, стараясь не приближаться к середине дороги, щедро засеянной всевозможными «сюрпризами». Куда делась Фиар и что делала в этот момент, Ривллим не знал, хотя порой казалось, что слабый шорох доносится откуда — то спереди и справа.

Вемкамтамаи быстро освоился здесь, думал Ривллим. С первого же мгновения. Сразу же поверил, что всё происходящее — происходит на самом деле, и другого не дано. Или дано? Может быть, когда его, Ривллима, убьют, он попросту проснётся от кошмара и увидит…

Что увидит?

Костёр, возле которого они не так давно отдыхали втроём с девушкой и ольтом?

В таком случае лучше вообще не просыпаться, подумал Ривллим и чуть вздрогнул. Ему послышались тревожные крики птиц. Кто — то движется по дороге.

Он отвёл коня чуть в сторону и осторожно взвёл арбалет. Стрелять из укрытия отравленной стрелой — невелика доблесть, но честного боя, как известно, не бывает. Поединки на спортивных играх и настоящая война — две большие разницы.

Всадники катились лавиной. Они действительно не заботились о безопасности. Ощущение собственного превосходства сыграло с ними злую шутку.