— Почему?
— Потому что степень информированности влияет на восприятие человеком и любым другим живым существом окружающего мира, во всяком случае, в известных мне пространствах дела обстояли именно так. Сейчас Человечеству до конца так и не известно, почему же возникла Метагалактика, хотя уже большинство умов всерьез рассматривают многодоменные модели мира, но вот первопричину появления своего Домена пока никто не удосужился понять, поэтому религии склонны видеть в этом Божий промысел. Мы то с тобой знаем, чьих это рук дело, поэтому так не мыслим, однако ни ты, ни я не представляем себе, что же на самом деле представляет собой Абсолют. Постижим ли он разумом, достижим ли он для познания или же он лишь иллюзия? Для нас с тобой Бог скрывается именно там, а поскольку он обязан быть мудрым и поистине всемогущим, особенно по сравнению с нами, то ошибаться он не имеет права и не может.
Что-то сверкнуло вдали, заставив Виктора отвлечь внимание от увлекательного диалога со Странником. Пусть Гагарин был не всегда согласен с мнением оппонента, он не мог не признать тот факт, что Громов гораздо информированней его самого и знает много того, чему Виктору еще предстояло научиться. Гагарин всмотрелся вдаль, отмечая необычные колыхания пространства и аномальные потоки воздуха. Прямо перед ним на удалении в несколько километров довольно спешно зарождалось огромное грозовое облако дивной красоты. То, что это облако было, мягко говоря, необычным, Виктор понял с полу взгляда, как только увидел его формы, размеры и способ появления. Циклоны никогда не образовывались на пустом месте, а уж сейчас, в эпоху тотального контроля за климатическими процессами на всех обитаемых планетах Земной Федерации, незарегистрированное грозовое облако и вовсе считалось нонсенсом. И здесь, вдруг, по среди ясного неба, ни с того ни с сего в течении нескольких минут самоорганизовалась большая туча, постояла на месте несколько минут, словно оценивая окружающую обстановку, и двинулась в сторону Виктора, неспешно рассекая воздушное пространство.
— К нам гости, — сказал Громов, рассматривая приближающийся объект своим фирменным орлиным взглядом.
Виктор кивнул, принимая вертикальное положение.
— Это то, о чем я думаю?
— Да. Корабль-город плазмидов, разумных шаровых молний, во всяком случае, они очень на них похожи. Плазмиды — энергетическая форма жизни, единственная на нашей планете.
— А в системе?
— В системе подобная цивилизация зафиксирована лишь на Солнце?
— На Солнце? — не поверил своим ушам Гагарин.
— Да. На нашей звезде. Те плазмиды или солнечники немного больше по своим размерам, хотя это качественно ни на что не влияет.
Громов вдруг весь засветился, покрылся серебристой световой вуалью. Его черный костюм и тело потеряло материальную составляющую, и он превратился в энергетический сгусток, правда, антропоморфного своего облика по-прежнему не потерял.
— Перевоплощайся, — долетел до Гагарина мыслеголос Максима. — Не будем расстраивать наших гостей своим материальным положением и предстанем перед ними во всей красе.
Переход из материального состояние в энергетическое на этот раз дался Виктору без всяких усилий и столь же естественно, как для обычного человека было, предположим, совершить вдох или выпить стакан воды. Вскоре перед приблизившимся вплотную гигантским грозовым облаком висело в воздухе уже два светящихся мягким золотым свечением человека.
Колония, она же корабль-город плазмидов, был в диаметре порядка тридцати километров и в самом широком своем сечении имел высоту пять сотен метров. В самом его центре находилась область разряженного давления, равного примерно половине атмосферного, однако благодаря воздействию на свое облако хозяев, никаких экстремальных эффектов наподобие торнадо или смерча не наблюдалось. Разряженная область служила плазмидам своего рода гигантским залом, где они совершали свои таинственные манипуляции над энергетическими потоками и всевозможными силовыми полями. Энергетические каналы пронизывали весь город-корабль насквозь подобно тому, как сеточка сосудов опутывало целиком человеческое тело. Гагарин моментально понял, что энергетические каналы не просто имели с ней визуальное сходство, а выполняли схожую функцию, питая все облако энергией, поддерживая его целостность и управляя движением колонии в пространстве.
Источником же энергии всей колонии служили и сами плазмиды, и некая полость в той центральной зоне пониженного давления, которую Виктор про себя назвал главным генератором (второстепенных питающих элементов Гагарин при этом не заметил). Эта область буквально сияла, подобно Солнцу, расшатывая на микроуровне вакуум, и, тем самым, высвобождала свободную энергия физического пространства в соответствии с известными физическими законами, давным-давно сформулированными людьми.
В целом, глядя на это сооружение (а это было именно сооружение весьма впечатляющих размеров и форм), было удивительно думать о том, что с плазмидами до сих пор не удалось установить контакт. Мало того, подавляющее число людей понятия не имели о том, что на Земле они не одиноки.
— Никогда подобного не видела… — как всегда неожиданно дала о себе знать Влада. — Целый город в поднебесье отгрохать, и при этом столько времени оставаться инкогнито. Хорошо же работают Старейшины, ничего не скажешь.
Виктор промолчал, пытаясь заметить еще что-нибудь необычное в поселении плазмидов.
— Ты видел, как они появились? Буквально из ниоткуда. Похоже, плазмиды, так же как и мы, способны манипулировать вакуумом, если даже не лучше.
— Они как микронианцы, — ответил Виктор. — Ходят по пространству очень тихо, просачиваясь сквозь потенциальный барьер, а не прыгая через него, как это делают люди.
Справа и слева от Гагарина вдруг вспыхнул ярких свет, а спустя мгновение на этом месте плавало два желтых шара размером со средний арбуз. Оба шара мерцали ровным мягким золотистым свечением, и словно бы дрожали от холода, во всяком случае, складывалось такое ощущение, что их поверхность подергивалась, словно от озноба.
— И как с ними общаться? — спросил Виктор Громова. — Они понимают…
— Приветствую вас Творящие, — вместо ответа Странника донесся до него мысленный позыв одного из плазмидов.
И вполне себе схожая с человеческой мыслеконструкция фразы буквально поразила Виктора. Он был полностью уверен, что плазмиды должны были мыслить совершенно другими категориями, нежели люди, а здесь получался полноценный контакт, простой и понятный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
