Кремле. Я со своими имплантами проникнуть смог только под видом союзника, ваши ведь все подобным фаршем напичканы. Но я не смог бы пронести в Кремль то, что нужно. Зато Мамонтенок с задачей справился. Его тело словно специально для наших целей изготовили, свинца напихали – во! – Тарсус еще раз взглянул на экран. – Ага, сейчас уже. – Он вытащил из своего безразмерного кармана на животе солнцезащитные очки, нацепил на себя – стал похож на лагерного вертухая. Протянул такие же Ивану и Лали. – Надевайте быстрее, уши прикройте и туда вон гляньте.
Вспышка резанула по зрачкам даже сквозь затемненные линзы.
От грохота вздрогнул воздух.
Там, где еще мгновение назад был Новый Кремль, поднимался в московское небо гриб горячего воздуха, огня и пыли.
– Вот и все. Мы – те, кого курировал Серпень, – готовились к этой операции много лет. Внедрялись. Занимали должности на государственной службе. Но шансов не было, пока у нас не появился Мамонтенок. Это он пронес портативный ядерный заряд. Внутрь его туши ни один сканер пробиться не смог. – Тарсус снял очки, подмигнул. – А сейчас нам нужен мусоровоз, хороший, с защитой от радиации. Надо выбраться из Москвы. Тут бог знает что твориться будет. А потом мы вернемся.
– Значит, я был всего лишь… – начал Жуков.
Подпольщик покачал головой:
– Без тебя у нас ничего не получилось бы. И без Мамонтенка. Но его больше нет, а ты жив. И у нас на тебя большие планы.
– Какие еще планы? Как же теперь все? – Иван обнял Лали. Он хотел защитить ее от всех грядущих невзгод. – Страна обезглавлена, внешние враги, кризис внутри…
– Вот и займись этим. – Тарсус хлопнул его по плечу. – Тебя ж учили в МГУ управлять всем этим хозяйством. – Он повел рукой, указывая на гетто и куда-то вдаль, где были сплошь трудовые лагеря от края до края горизонта. – Давай сделаем эту страну счастливой, а? – И протянул Ивану пачку апельсинового сока.
Иван кивнул. Мол, давай – и сок, и вообще.
– Тарсус, дружище, я справлюсь. Я обязательно сумею. Но ведь так много надо сделать!..
Он не заметил ни одной из десятка скрытых камер, установленных на крыше.
Шоу продолжалось.
Олег Мушинский
Курьерская доставка
Вместо пролога
Словосочетание «хронический неудачник», как правило, совершенно не отражает истинную суть вещей.
Возьмём к примеру обычного неудачника. Вот он вышел из дому за хлебом в магазин и на перекрестке его переехал самосвал. Всё просто и понятно – бедолаге не повезло. Удачливый человек – это когда наоборот. Увернулся от самосвала, поймал выпавшую из кузова высокотехнологичную хрень, вернул ее владельцу и получил премию. На нее купил весь магазин, включая помещение и длинноногую секретаршу бывшего хозяина. Это называется – повезло. Обычный человек – где-то между ними. В смысле, ни премии, ни самосвала в его жизни нет и не предвидится.
И, тем не менее, грань между удачей и невезением проходит не здесь. Она незримой нитью лежит под ногами того, кого мы по ошибке называем хроническим неудачником.
Да, ему всегда не везет. Магазин всегда закрыт, а на перекрестке уже рычит моторами целая колонна самосвалов. Мир вокруг сошел с ума. Госпожа Неудача лично дирижирует оркестром и тот – в который раз! - наяривает «Реквием», а неудачник всё еще жив. Он увернется от самосвалов и прибежит к закрытому магазину; ему будет некуда возвращаться вечером, потому что дом рухнул еще утром; одного его дня обычному неудачнику хватит на сто смертей и еще останется, а этот всё суетится, куда-то спешит, пусть и вечно не успевает, но каждый вечер в его авоське будет лежать хлеб, а утром он опять пойдет через любимый перекресток и – чёрт побери! – опять уцелеет.
Какой же он после этого неудачник?
Глава 1
Кирилл умудрился проспать конец света.
Ладно, самое-самое начало пропустили многие. Конец света пришелся на ночную сторону Земли и продвигался дальше рука об руку с темнотой. Соответственно, у кого-то были целые сутки в запасе, а кому-то, наоборот, не повезло.
Ровно в полночь на первое августа над городом вспыхнуло северное сияние. Явление и без того этим широтам не свойственное, оно сверх того отличалось ядовито-зеленым цветом. Из него сплошным потоком хлынули метеориты. Некоторые с грохотом взрывались прямо в полете. Это было похоже на салют, но вместо звезд в небе расплывались зеленые кляксы. Они ярко сияли и быстро таяли.
Внизу это больше походило на бомбардировку. На улицах гремели взрывы. С грохотом рушились здания. Это вытряхнуло из постелей самых последних сонь, причем многих в самом буквальном значении этого слова. Места падений метеоритов тотчас затягивал туман и те, кому не повезло оказаться в нём, падали замертво. Хотя, забегая чуть вперед, они еще легко отделались.
Метеориты падали всего час. Затем небо вновь почернело и разрушенный город освещало только пламя пожаров. По руинам ползали выжившие. Мимо них проносились машины МЧС, попусту завывая сиренами, а во мраке на свет неспешно брели мертвецы.
Те, кто погиб при бомбардировке, поднялись первыми. Недовольно заворчав, будто разбуженные псы, они зашевелились и потянулись к живым, с одинаковым равнодушием пожирая людей и животных. Покусанные ими несчастные недолго валялись без дела. Не проходило и часа, как мертвые тела поднимались и присоединялись к охоте на живых. Последних становилось всё меньше, а к мертвецам со всех сторон целыми колоннами маршировало подкрепление.
И вот пока все нормальные люди метались в панике, взывали к небесам или яростно дрались за свою жизнь, Кирилл спокойно спал в подсобке на коробках с печеньем. Присел чуть-чуть передохнуть – заказов за день выдалось очень много – и сам не заметил, как задремал.
Проснулся он далеко за полдень. В наушниках стояла тишина. Мобильник полностью разрядился. Въедливый менеджер, бдительно следивший за сотрудниками, был съеден еще рано утром, и разбудить задремавшего курьера оказалось некому.
Трое выживших сотрудников фирмы забаррикадировалась на первом этаже, в отделении почты. Им не повезло. Мертвецы быстро обнаружили спрятавшуюся «еду» и теперь спокойно, без суеты выламывали дверь. Там уже образовалась щель и бывший коллега, а ныне зомби в красной безрукавке с логотипом фирмы на спине пропихивал в эту щель коробку с пиццей. Живые от такого навязчивого сервиса пришли в ужас. Они громко кричали, взывая о помощи, но шум лишь привлекал новых мертвецов. В холле уже собралась целая толпа.
Подсобка располагалась на втором этаже, Кирилл не шумел и,
