– Пошли в бильярд играть! – вечером того же дня сказал я, зайдя к Стефании, небрежно держа на плече два кия, а под мышкой другой руки зажав коробку с шарами.
– Во что? – с подозрением спросила она.
Она вообще подозрительная стала последнее время. По десять раз все переспрашивает… И долго думает – надо ей это или нет?
– В самую модную игру столицы, которой она, возможно, станет в самом скором времени… Мм? Идешь?
Игра пошла. Сначала мы со Стефи. Потом подтянулись преподаватели и студенты. Поглазели. Потом попробовали. Потом очередь. Потом заказали сразу пять столов. Короче, теперь по вечерам в холле до самого позднего времени раздавался стук киев и звук катаемых шаров. И что интересно, с нами, темными, тоже играли. Не отказывались. Стефи была такому факту просто счастлива. С ней начали потихоньку общаться… Хорошая игра – бильярд! Сближает…
Короче, на подготовку к выходу в свет было потрачено изрядно сил, времени и денег. После расчета с типографией за печать, доставку книг, плюс наряды, плюс взятое в залог ожерелье для Стефи… – остаток средств составлял порядка ста золотых. Это от начальных шестисот.
Да ерунда, легкомысленно махнул я рукой, подбив бабки. Потратил и потратил! Не на пенсию же их тут откладывать? Я здесь временно. Нужно будет еще денег – найду! Что мне сидеть на них, что ли, подыхая от скуки? А так хоть занят…
С архивом маги все тянули. Ни да, ни нет. «Рассматривается…» И голову, словно цапли, к плечу наклоняют. В общем, стал я всерьез подумывать о других местах, куда можно отправиться за знаниями. Но это уже после императорского бала… После которого, возможно, чтото изменится. А пока – я впустую во дворец на консультации оркестра бегаю, ибо театр, где он репетирует, пристроен к главному зданию сбоку и соединяется с ним коридором, в котором стоят охранникигвардейцы, а им нужен какойто дурацкий пропуск… Которого у меня нет…
Выступление в присутствии главного дирижера императорского оркестра прошло удачно. Показательный танец мы исполнили без видимых со стороны помарок. Правда, Рудольф был несколько недоволен тем, что исполняем мы его в обычной, тренировочной одежде. Стефи так вообще в штанах была, однако я ему сказал, что наш парадный выход он увидит вместе со всеми, на балу. Это, мол, сюрприз. Главный дирижер разочарованно поджал губы, но настаивать не стал. В общем, мы были готовы, насколько это возможно.
– Все, полетели! – сказал я, отворачиваясь от зеркала. – Иначе опоздаем.
Господин ректор
Хм… И где же они? Пора начинать. До начала императорского бала осталось полтора часа! Еще добраться до дворца нужно. Там как обычно будет очередь из экипажей…
Мотэдиус с неудовольствием посмотрел на пустое место справа, где должны были стоять приглашенные к императору студенты. Двое преподавателей, которые едут с ним, давно стоят слева, а студентов нет! Заставляют всех себя ждать…
«Что за безобразие! – подумал Мотэдиус. – Может, действительно не стоило их брать с собой?»
По поводу приглашения Эриадора во дворец у ректора с преподавателями состоялся долгий разговор. Главный вопрос на нем стоял следующим образом: «Стоит ли везти к императору студента, подозреваемого в ментальных способностях?»
После достаточно бурной первой части, на которой все высказались за то, чтобы не везти, перешли ко второй, где Мотэдиус принял решение.
– Я не могу, – сказал он тогда, – отказать императору в его просьбе. Он их пригласил. Без объяснения причин, взять и проигнорировать такое приглашение – это, для начала, просто невежливо, не говоря уж обо всем остальном. Если же начать объяснять свой отказ, то нужно будет поделиться своими подозрениями. А мы попрежнему не уверены в них. Или у когото появились неопровержимые доказательства?
Присутствующие промолчали. Некоторые отрицательно покачали головами.
– Вот видите! Поэтому, я думаю, нужно ехать. Иначе к нам возникнет сразу много неприятных вопросов… Например, почему мы так долго об этом молчали? Да и Эриадору тоже вопросов достанется… А это нарушит наш первоначальный план…
– Ну а если он чтото учудит во дворце? – поинтересовалась Элеона.
– Я думаю, что все будет в порядке, – с уверенностью в голосе ответил Мотэдиус. – Там будет полно охраны, в том числе и нашей. В таких условиях сделать чтото, угрожающее жизни императора, будет весьма трудно…
– Магу разума совсем не обязательно делать чтото угрожающее жизни. Ему достаточно просто понравиться. А дальше… а что дальше – известно!
– Вот мы и посмотрим, – бодро ответил ректор, – как он поступит! И сделаем выводы! После.
– Опыты на императоре и его семье? Это чтото новенькое… Не кажется ли вам, уважаемый господин ректор, что это чересчур? Последствия могут быть просто… Мне даже не удается представить, какие они будут!
– Никаких последствий не будет. Все будет хорошо! – пытаясь придать голосу как можно больше уверенности, ответил Мотэдиус. – И я, как главный, принимаю решение – Эриадор едет!
– Хорошо. Ты главный, твое решение, ты отвечаешь.
– Да. Я отвечаю. Все!
На этом совещание закончилось. И вот теперь ректор смотрел на пустое место рядом с собой и испытывал неуверенность. А правильно ли он поступил? Может, стоило проявить больше осторожности?
Мотэдиус поднял глаза на выстроившихся по бокам зала студентов и преподавателей, которые крутили головами и негромко переговаривались в ожидании начала.
«Ладно, пора!» – решил он, но в этот момент в конце зала со звуком хлопнувшей двери появились две фигуры в черных плащах. По центру зала, мимо преподавателей и студентов, стоящих слева и справа, они решительно двинулись к почетному месту, где стоял Мотэдиус.
От быстрого движения полы их плащей разлетались в стороны, подобно крыльям, показывая кровавокрасную подкладку. Раз, два, три! И не растаял еще в воздухе дробный стук каблучков, раздававшийся на протяжении всего их пути, как они оказались рядом с ректором.
«Да это же… это же… Стефания и Эриадор! – изумленно глядя на подошедших, внезапно признал своих студентов ректор. – Но они… такие… стали… Другие! Стефания. Со строгой прической и накрашенными глазами стала гораздо старше. Выглядит как… молодая женщина, а не девушка. И что это на ней такое надето? Юбка с разрезом? Вот это даа… А у него что за камзол такой странный? Никогда такого не видел…»
Пока Мотэдиус разглядывал Эриадора и Стефанию, в зале возник шум. После момента тишины, когда все были ошеломлены внезапным появлением незнакомцев, их опознали и теперь усиленно разглядывали, тут же делясь впечатлениями. Студенты, как, впрочем, и преподаватели, стоящие в задних рядах, стали подниматься на носочки, чтобы лучше видеть изза спин товарищей. Передняя линия обоих строев дрогнула и начала потихоньку заворачиваться к центру зала. Все хотели лучше видеть происходящее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
