что его ученики и орк так и не смогут покинуть корабль, теперь-то им этого уже никто не позволит. Однако главным вопросом было другое. Ему, как достаточно любопытному магу, просто стало интересно, а насколько вообще была права Терея в своем предположении? И похоже, сейчас он это узнает.
* * *
Каар поднимается на палубу. Вот перед ним стоит трехметровый великан с каменным бесстрастным и при этом неимоверно прекрасным лицом («ликом черен и прекрасен», – вспомнил он описание вестников, которое сам и давал своим ученикам в Академии или Школе), со сложенными за спиной огромными крыльями.
Маг никогда не мог понять, как такие крылья, с неимоверным размахом, что были у вестников, в сложенном состоянии могли превратиться в это не очень-то и большое подобие накидки, что была у них за спиной. Сам он был одет в легкую кольчугу. Все верно, попробуй-ка полетать в тяжелой. За спиной у вестника висел меч и с двух сторон на поясе еще какое-то странное оружие, убранное в непонятный чехол. По виду оно было похоже на толстую изогнутую палку. Вестники носили эти чехлы (ножны или что это?) не снимая. Но при этом сам пожилой маг ни разу не видел, чтобы этим оружием вестники хоть когда-нибудь пользовались.
Правда ходили слухи, что они им пользуются только на поверхности планеты или когда зачищают острова неугодных. И поэтому о том, как оно действует и что может, никто не расскажет. Просто это некому сделать. Хотя, когда-то очень давно, в молодости, сам Каар побывал на одном таком острове. Они со своим отрядом, а тогда он был еще обычным лейтенантом охраной службы, очищали один из летающих островов от тех трупов, что остались там после возмездия Повелителей.
Так вот, живых там точно не было. Вернее, почти не было. И поэтому Каар никогда не забудет те полутрупы, что он там увидел. Когда они прибыли на остров, то обнаружили частично разорванные или разрубленные на части тела. Тела с обглоданными лицами и руками, вырванными сердцами и печенью. Никто не знает, что творится там, где побывают вестники.
Но вот что запомнилось пожилому магу особо. Он со своим другом, кстати, дедом Тереи и отцом Корнеса, проверял дальнюю пристань и они забрели на территорию складов. Видимо, тут маги попытались дать хоть какой-то отпор вестникам. Что самое страшное – прошло уже несколько дней с тех пор, как была проведена карательная операция, а этот квартал все еще переполняли душераздирающие стоны. И они пошли на их отзвуки. Вот тут-то они и нашли тех, кто до сих пор является во снах старому магу.
На всех стенах трех близлежащих складов были развешаны изуродованные тела. И все они были подвешены к стенам за собственные ребра. Но, что странно, все эти некогда сильные маги, а Каар видел их ауры, были почему-то до сих пор живы. Когда они подошли ближе, чтобы снять их и добить, чтобы они не мучились, то поняли следующее. У всех полностью отсутствовали руки и ноги, части тел, гениталии. Создавалось такое впечатление, что их просто чем-то испарили. Оставив обугленные и обжаренные висящие на стене останки. Кроме того вокруг тел на стенах склада были пятна копоти, как от огненных шаров. Очень редкое плетение, которое могли использовать только Повелители. И почему-то с тех пор пожилой маг был уверен, что тем оружием, которое и может сделать такое, является эта не очень большая изогнутая палка.
И вот сейчас полностью вооруженный и готовый к бою вестник стоит напротив него. А еще рядом с ним стоит неизвестный в темной рясе и накинутом на голову капюшоне. Про него Каар не мог сказать ничего. Он даже уровень его магических способностей определить не мог.
– Повелитель, – почтительно поклонился пожилой маг.
Но тот, казалось бы, его даже и не заметил. Он оглядывался вокруг.
– Да, это место тут, – неожиданно прозвучал его какой-то бесцветный и скрипучий голос, – он откроется где-то тут.
Это он говорил явно не магу, а вестнику. А потом он повернулся к Каару и все тем же бесцветным голосом сказал:
– Убирайтесь с палубы. Вернетесь, когда он вас позовет.
И ткнул пальцем в вестника, а сам отвернулся, разглядывая пространство перед собой. Казалось, что он смотрит немного чуть дальше за борт.
Пожилой маг лишь почтительно склонил голову, и развернувшись к столпившейся команду, отдал приказ:
– Часть пошли на берег, – сказал он, – побудьте в кабаке пока, за вами чуть позже придет боцман, – и он махнул большей части команды в направлении трапа, – только не набирайтесь там, – напутствовал он их, после чего развернулся в сторону оставшихся, – ну а вы со мной, – и он показал на своего помощники и боцмана.
И проследив как его подчиненные по одному покинули корабль, сам стал самым последним спускаться вниз, в трюм.
– Это там, – неожиданно, перед тем, как палуба полностью скрылась из его поля зрения, услышал Каар и, повернув голову, заметил как Повелитель показал каким-то желтым, изогнутым и обтянутым пергаментной кожей пальцем немного дальше носа корабля, на выступ одной из скал острова, – он откроется именно там.
И сам направился в ту сторону.
«Так они не сами открывают порталы, – неожиданно понял пожилой маг, – а только отслеживают их открытие. Но все равно что-то непонятное». И он посмотрел наверх, где неожиданно захлопнулась крышка трюма, погрузив все вокруг в полумрак.
* * *
Что там происходило дальше, Каар не знал. Но крышка трюма вновь откинулась ровно через тридцать минут.
– Выходите, вы нужны Повелителю, – в приказном тоне произнес вестник, показав рукой куда-то в сторону центра их корабля, а сам отошел в сторону.
Каар послушно кивнул головой и быстро поднялся вверх. Пока они сидели внизу, до него дошла простая мысль. «Или Повелителю все равно, о чем у нас тут был разговор, или он просто не знает о нем». И если первое особо ничего не давало, то второй вывод подтверждал правдивость выводов Тераи.
«Посмотрим», – решил пожилой маг, выбираясь на палубу. И двинулся по направлению к одинокой фигуре, облаченной в сутану с накинутым на голову капюшоном.
– Повелитель, – остановившись на некотором расстоянии, тихо произнес Каар, – вы хотели меня видеть? – И пожилой эльф замер, ожидая ответа.
Тишина. Фигура как стояла, так и стоит замершая на месте.
– Ты, – вдруг раздается в сознании Каара, какой-то мертвый и совершенно безжизненный голос, только в этот раз в нем кроме того слышалась еще еле сдерживаемая ярость, – если вы не схватите его, то будете жалеть о том, что остались
