ружья.
– Все будет хорошо. Идем, я отведу тебя обратно в город.
– Не лги, блин. Он всадил в меня… не знаю, заряд дроби или картечи, она прошла насквозь. Знаешь, что бывает, если продырявить оленю кишки? Он побежит. Но у него внутри откроется течь. – Дав закашлял. – Все это ядовитое дерьмо в кишках, печени и прочих внутренних органах попадет в кровь. Начнется заражение. В конечном счете олень лишится сил и упадет. Мясо будет испорчено.
– Дав…
– Мое мясо испорчено, Мэттью.
– Бенджи – врач.
– В настоящий момент мне нужен… – Снова хриплый кашель. – Знахарь.
– Положи мне руку на плечо.
– Я сказал – нет! – Несмотря на рану, голос Дава прозвучал на удивление твердо. – Слушай меня. Эти выстрелы услышали боевики. Они идут сюда. Уходи. Немедленно! Но не тем путем, каким мы сюда пришли. Возьми мой карабин…
– Я не смогу им воспользоваться. Моя вторая рука… она…
– Тогда бери свой пистолет. Иди отсюда налево, прямиком через заросли. Боевики будут подниматься по тропе, а ты… – Дав закряхтел от боли. – Ты сойдешь с тропы и медленно спустишься по склону. Там, ниже, проходит другая тропа. Пойдешь по ней. Это не то чтобы тропа – так, камни, но для тебя сойдет.
– Ну а ты?
– А я поступлю так, как нужно поступать при встрече с медведем: притворюсь мертвым. Ну а потом, наверное, умру по-настоящему.
– Я сожалею, Дав.
– Найди своего сына, Мэттью.
Где-то поблизости послышались голоса. Еще довольно далеко, но они приближались по тропе.
– Уходи! – бросил Дав.
Мэттью сделал так, как ему сказали.
* * *
Гостиница «Шале» в Урэе представляла собой классическое Г-образное здание со стоянкой, обнесенной ухоженной стеной из белого кирпича. В ней было два этажа; двери всех номеров выходили наружу на балкон, огороженный деревянными перилами. Комплекс был окружен темными силуэтами гор и соснами. Здесь смогла бы разместиться семья летом или зимой, во время лыжного сезона, уютно и за умеренную плату. Однако теперь, когда ночную темноту тут и там разрывали вспышки выстрелов, гостиница приобрела зловещий вид, словно расположенные под прямым углом стороны здания готовы были внезапно сомкнуться, раздавив Бенджи в ловушке.
Впереди какое-то движение. Бенджи всмотрелся – это Лэндри? Где он устроился? Скорее всего, в фойе.
Неизвестный отступил назад и ударил ногой в дверь.
Дверь треснула, распахиваясь внутрь. Мужчина выругался. Это был не Лэндри.
Прижимаясь к стене, держа пистолет наготове, Бенджи поспешил к открытому номеру, как мог быстро и бесшумно. Добравшись туда, он переступил порог номера 18…
И увидел, как здоровенный верзила с брюшком поднял пистолет и сделал два выстрела в человека, спящего на кровати. Бах, бах. Тело дернулось, воздух на мгновение подернулся рябью.
Верзила повернулся ко второй кровати…
Бенджи прицелился и выстрелил.
«Глок» у него в руке дернулся. Верзила лениво развернулся и рухнул на пол, словно пьяная обезьяна. «Готов», – подумал Бенджи.
– Джексон! – окликнул голос у него за спиной.
Бенджи стремительно развернулся. Позади стоял неопрятный мужчина, с ног до головы в камуфляже, на груди толстый бронежилет.
– Ты не Джексон!.. – У него в руках был черный автоматический карабин, скорее всего АР-15. Выругавшись, боевик вскинул его к плечу. – Ты долбаный ниггер…
Бенджи выстрелил ему в рот.
Из затылка брызнула кровь, боевик сел на пол, карабин упал рядом с ним. Он посидел так какое-то время, издавая изувеченным ртом влажное бульканье, затем повалился назад. Из него хлынула красная жижа, словно грязная вода из пробитого ведра с половой тряпкой.
* * *
На тропе наверху раздались голоса. Тревожные, испуганные. Мэттью оставался на второй, нижней тропе – на самом деле протоптали ее не люди. Наверное, олени или лоси. Узкая и скользкая, она была полна торчащих из земли корней и обломков камней. Услышав голоса, Мэттью застыл неподвижно.
Голоса прошли мимо.
Затем наверху началась стрельба. Пара выстрелов из ружья, один за другим, после чего наступила тишина.
У Мэттью разорвалось сердце. Он понял, что Дава больше нет в живых. У него возникло непроизвольное желание сделать что-то, сказать что-нибудь об этом человеке – молитву, просьбу к Богу, в которого он когда-то верил, принять Дава Хансена в свое царство и отнестись к нему достойно. Однако ничего этого Мэттью не сделал, потому что это был лишь пепел, развеянный ветром.
Он просто двинулся дальше.
Позади послышалась ожесточенная стрельба, уже в самом городе. Мэттью понятия не имел, что там происходит, но это напоминало самое настоящее сражение. Умирали люди. Мэттью с болью в сердце предположил, что умирают хорошие люди. Путники, которых он сам когда-то поливал ядом своих слов, страдали от этого яда сегодня, сейчас. Это было очередным напоминанием о том, что он, Мэттью, приложил свою руку к тому, чтобы это произошло.
Впереди внизу показался школьный автобус, перегородивший дорогу: Мэттью въехал в город с другой стороны и не видел его. Пастухи усилили баррикаду, расставив позади другие машины, – а впереди Мэттью увидел скопление внедорожников и пикапов. Рядом суетились боевики Стоувера.
Голос великана прозвучал в темноте тектоническими раскатами.
– …твою мать, где Дэнни? Я отправил его разведать тот склон еще двадцать минут назад!
Кто-то что-то ответил, но Мэттью не разобрал слов. Что-то насчет того, что туда отправили других людей. Должно быть, именно их голоса слышал Мэттью. Именно они расправились с Давом.
– Замечательно, будем ждать. Посмотрим, что они там найдут. – Затем: – Ну а это еще что?
У Мэттью внутри все оборвалось. «Неужели меня обнаружили?»
Но его внимание привлек новый звук – донесшийся со стороны поворота на природный парк «Горячие источники». Посмотрев в ту сторону, Мэттью увидел человека, который направлялся к Стоуверу со стороны города. Нет, не человека – двух человек, тащивших третьего. Они оказались прямо под Мэттью. Стоувер двинулся им навстречу.
– Это еще что за чертовщина?
– Этот тип охранял гостиницу. У него была рация. – Боевик в камуфляже протянул рацию Стоуверу. – Мы с Нилом решили, что ты захочешь с ним поговорить.
Мэттью вгляделся в темноту. Боевики сместились в сторону, и стал виден тот, кого они тащили.
Это был Лэндри Пирс.
О нет!
Со стороны автобуса к ним подошли и другие боевики. Своего сына Мэттью среди них вроде бы не увидел…
Но сейчас их внимание отвлечено. Это открыло для Мэттью возможность. Бесшумно, словно церковная мышь, он крадучись пробрался дальше по тропе. Он спустится вниз и притаится за автобусом в надежде на то, что найдет там своего сына.
* * *
Бенджи ворвался в здание общественного центра.
Прямо у входа на полу ничком лежал труп. У головы натекла лужица черной крови. У Бенджи мелькнула мысль – Сэди! Но это была не она – это был костлявый мужчина, лысый, в непременном камуфляже ДАВ. На согнутой шее отчетливо виднелась черная татуировка в виде свастики.
Дверь библиотеки распахнулась, и появилась Сэди, поднимая револьвер…
– Нет, нет, нет! – воскликнул Бенджи, поднимая пистолет вверх.
– Бенджи!.. – выдохнула Сэди, подбегая к нему. – Я… я это сделала.
– Сожалею.
– А
