я не успел – накрыло панической атакой. Жуткой, захотелось забиться в уголок, скорчиться в позе эмбриона и так лежать, поскуливая. Нет, это меня не видения будущего до такого довели. Просто именно таким образом мое сознание, если я не спал, реагировало на вызов двойника. Примерно, как дар на опасность – приступом панкреатита. Сигнальные механизма моего тела – это что-то! Руки бы оторвать тому, кто такие настройки ставил!
Игорь Сергеевич!.. Как же вы вовремя! Что не спится великому махинатору?
Прикрыв глаза, я изгнал из головы все мысли, в том числе панику, и погрузился в подобие сна.
Давным-давно где-то услышал такую фразу: «Пока у меня есть я, я не пропаду!» Тогда она показалась мне просто забавной, говорящей, что человек с фантазией и не совсем уж бедным внутренним миром не будет тяготиться одиночеством. С некоторых пор максима эта обрела иной смысл и звучание.
С двойником мы встречались часто, через день-два. Точнее, через ночь-другую. «Надо ведь когда-то и спать! – говорил он. – Это ты у нас в отеле с полным пансионом, а мне работать надо!»
Как правило, особо нового от него я не узнавал. Игорь продолжал встраиваться в мой мир, что-то там мутил, я даже не всегда понимал, что именно. Должен признать, пресс-секретарь из него вышел получше, чем я. По крайней мере, в том мутном болоте, что представляло из себя правительство Амурской области, он чувствовал себя куда как увереннее меня.
Помочь с побегом он мне не мог при всем желании. Так, обучал кое-каким аспектам дара, которые дядя Ваня в своем спринт-тренинге опустил за ненадобностью. Именно от него я узнал, как ставить покров с пологом и еще парочку полезных заклинаний. Но вот в стратегическом плане от него было толку ноль – слишком долго он был оторван от здешних реалий. Что не мешало ему заявляться ко мне через ночь-другую.
Сегодня, например, он пришел похвастаться тем, что губернатора скоро двинут на повышение, и он уедет из Благовещенска.
«В Москву?» – спросил я больше из вежливости. О его грандиозных планах перебраться из провинции в столицу мы говорили не раз.
«Да! Вот где развернуться можно! – Он все же заметил мое состояние и уточнил: – У тебя все норм, чел?»
«Ты где таких слов нахватался, наследник княжеской крови?» – огрызнулся я машинально. Мысли бродили вокруг пророчества Экхарта и способов его разрушить, так что я был не совсем доволен этим ночным разговором.
«Совсем все хреново?» – «Да. Твоему миру скоро придет кирдык!»
С другой стороны, раз уж он заявился, пусть тоже думает. Помощи от него, может, и не будет, но я все равно вывалил на него замыслы папистов и то, к чему их реализация приведет. Не ожидая услышать какую-то годную идею в ответ, скорее в надежде, проговорив все вслух, обнаружить что-то новое.
«А ему можно верить?» – «Ой, Игорь! Вот не надо! А тебе можно? Ладно, прости, я на взводе просто. Вопрос не в вере. Он показал, где смотреть, чтобы увидеть. Все так, как он говорит». – «Как он видит, скорее…» – «Нити сотен людей уже сплетены, как ты не понимаешь! Это не точка зрения, это факт! Ватикан свою паутину создавал годами. Тронуть ее можно, но это либо ускорит исход, либо приведет к совсем уж непредсказуемым последствиям! То есть я могу все это просмотреть, изучить, найти возможности…» – «Но это требует времени?»
Худо-бедно он понимал, как работает дар пифии. Я объяснил.
«Даже не представляю сколько…» – «И ты решил спасти мир?»
Долбаный циник! В своем репертуаре. Но ответ на этот вопрос у меня был. И ничего героического или пафосного в нем не было.
«Мне в нем жить как бы! Другого у меня нет!» – «Слушай, а ты не нагнетаешь? Всегда имеется какое-нибудь мрачное пророчество о конце света. Даже в твоем мире их полно».
Слова были практически такими же, какими и я себя успокаивал не так давно. Но тут он был неправ. С предсказаниями о конце света от разного рода кликуш данная ситуация не имела ничего общего. Одно дело – страх перед гипотетической катастрофой и совсем другое – понимание, что к ней ведет чья-то холодная воля.
Я в ответ лишь покачал головой: нет, мол, не нагнетаю. Двойник проникся – дару он доверял даже больше, чем я.
«У тебя уже есть план?» – «У меня был план. Напакостить папистам, выстроить вероятности нужным образом и героически сбежать. А теперь плана у меня нет!»
Смотреть как на его – моем – лице появляется моя же улыбка, полная сомнений и одновременно уверенности в невеликом уме собеседника, было странно. И не очень приятно.
«Что?» – «Я, прости, не понял, что изменилось?» – «В смысле, что изменилось? Все изменилось! Мне нужно теперь полностью все пересмотреть. Нужно остановить католиков, чтобы того будущего, что они готовят, не случилось!» – «То есть выстроить вероятности таким образом, чтобы максимально напакостить папистам и героически сбежать. Я все правильно понял?»
Я открыл рот, чтобы ответить ему какой-нибудь резкостью, и миг спустя захлопнул его. Происходи все не непонятно где, будь я в теле, а не в проекции оного, зубы бы щелкнули.
«Дошло, истеричка?» – «Угу», – буркнул я, неохотно признавая его правоту. «Вот! Игорь Сергеевич еще научит тебя, сосунка, жизни! – довольно заржал он. – Только героя не врубай, ладно? Ты – пророк. Твое оружие не кулаки и аспекты». – «Поучи папу курить!» – «Правильный настрой, подменыш! Все, я ушел, а ты думай давай. Не посрами, и все такое!..»
Исчезая из странного места, где проходили наши встречи, я успел подумать, что сам себя накрутил грандиозностью задачи. Превратил ее в собственных глазах в невыполнимую и начал бояться. Классика.
А еще (эта мысль пришла, когда я, уже во плоти, лежал на кровати) складывалось впечатление, что двойник нашел на моем ноутбуке папку с сериалами. И плотно на них подсел.
Утро принесло окончательную уверенность, что все у меня получится. Напевая под нос «Девятый скотч за одну эту ночь», я умылся и пошел делать себе завтрак – никто не мог жарить яйца так виртуозно. И разумеется, был перехвачен протектором на входе в кухню. Мое показное равнодушие бросало ей вызов, и она не собиралась сдаваться.
– Вы покормите и меня, Игорь?
Провокаторша была в ночной рубашке, которую, вероятно, по ее личному заказу плели пауки. Опять образ сонной няши, взгляд из-под спутанных волос – вчера она четко считала мою настоящую реакцию. А что, я же не каменный!
Я прошел мимо нее, будто на пути стояла не полуобнаженная девушка, а чучело страуса. Взгляд сосредоточился на цели – холодильнике. Мысли были крепко связаны видением шкварчащей яичницы с овощами и двух кусочков поджаренного хлеба. Рядом с воображаемой тарелкой уже стояла чашка капучино – здесь была приличная кофемашина.
И все бы вышло, как планировалось,
