и сменился на другой не менее загадочный. Виант тут же оглянулся. До корня, до продавленной в палой хвое лежанке, около метра. Хотя бы приблизительное значение меры местной длины есть.
Виртуальный мир населён людьми, и у каждого на руках по десять пальцев. Вполне логично предположить, что они пользуются десятичной системой счисления. На заре времён собственные пальцы служили человеку самой первой счётной машинкой. Тогда, если три крайних символа за точкой принять за метры, то первые пять можно назначить ответственными за километры.
О господи! От ужаса подогнулись лапы, Виант так и плюхнулся на лесную подстилку на простреливаемом пространстве между соснами. Виртуальный компас тут же свернулся, перед глазами прорисовался тёмный лес в ненастную погоду. Глупо, глупо проецировать на эту несуществующую вселенную правила компьютерных игр. До цели, на которую указывает стрелка виртуального компаса, не меньше десяти тысяч километров. Из глаз брызнули слёзы, Виант шмыгнул носом. Это в лучшем случае. Не исключено, что все сто тысяч.
В голове запульсировала запоздалая мысль, вот о чём нужно было подумать в самую первую очередь. Даже если до места назначения всего десять тысяч километров, то просто добраться до него уже отдельная и трудная задача. И уж тем более не имеет смысла стремиться к нему по прямой через болото на четырёх лапах ночью в дождь.
Серые небеса и в самом деле разразились мелким неприятным дождиком. По ушам и спине потекли противные холодные ручейки. То, что он крыса, не избавляет от неприятных ощущений под дождём. К тому же, вновь хочется есть. Глупый, крайне глупый, поход на поводу у стрелки виртуального компаса высосал из тела массу сил. В ночном лесу в дождь ему вряд ли повезёт найти кусок душистого аппетитного сыра в тонкой упаковочной плёнке. Как бы ни было печально, но ему придётся вернуться в город, на базу в общепит. Либо, Виант оглянулся, лучше сразу утопиться в болоте, чтоб не мучится. Впрочем, свести счёты с жизнью никогда не поздно. Стрелка виртуального компаса укажет ему дорогу назад, главное, держать её в самом низу белесого круга.
Господи, как же глубоко он умудрился забраться в чащобу. Виант перепрыгнул через ветку валежника. Задние лапы проскользнули по мокрому мху. Дождь, зараза, разошёлся не на шутку. Лужи и раньше преграждали Вианту путь, теперь же большую часть из них гораздо легче и быстрей преодолеть вброд, а то и вплавь. Крысиная шкурка промокла до самой последней шерстинки. Да когда же он доберётся до города?
Бог есть и он заботится о творениях своих. Правда, не всегда так, как хотелось бы этим самым творениям. Вместо асфальтированной дорожки в парке или хотя бы узкой тропинки Виант свалился в глубокую колею просёлочной дороги. Лапы по самое брюхо увязли в жидкой глине. Зато на той стороне возвышается высокий забор.
Рифлёное железо изумрудного цвета полностью закрывает вид, зато под ним вполне хватает промоин и ям. Виант протиснулся через мокрые и жутко холодные стебли травы. По ту сторону забора нашлась кирпичная сарайка, перед которой на какой-то хрен вкопана автомобильная шина синего цвета. Краска изрядно полиняла и местами отслоилась большими лоскутами.
Чего тут рассуждать и думать? Виант с ходу забрался на шину. Да это же детский сад. Низенькие аккуратно подстриженные ряды кустов разделяют пространство на игровые площадки с качелями, песочницами и «радугами», полукруглыми металлическими лестницами. То, что сперва показалась странной сарайкой, на деле называется верандой, где обычно хранятся лопатки, мячи, велосипедики и прочие игрушки. Чуть дальше, за широкой асфальтированной дорожкой, возвышается двухэтажное здание из серого кирпича с большими окнами.
Бережёного бог бережёт, Виант спрыгнул с прикопанной автомобильной шины. Лапы проехались по мокрой траве. Который теперь час – бог его знает. Однако ночь постепенно сдаёт позиции. Небо над головой светлеет всё больше и больше. Утро скоро. Вряд ли он успеет добраться до заветного общепита, где за квадратной ножкой металлического шкафчика заботливо припрятан сыр, а за декоративной панелью в кабинете владельца лежат сосиски и шоколадный батончик. От мыслей о еде рот наполнился слюной, Виант торопливо сглотнул. Но, делать нечего. Придётся довольствоваться тем, что висит на талии.
Веранду на детской игровой площадке трудно назвать капитальным сооружением. Строители как могли сэкономили на фундаменте, толстые бетонные шпалы просто сложены на земле. Пучок травы, словно занавеска, прикрывает щель между серыми блоками, Виант без проблем залез под веранду.
Очень кстати, внутри тут же включилось ночное зрение, мир окрасился в чёрно-белые тона. Виант оглянулся. По крысиным меркам очень даже неплохо. Весьма просторно, сухая земля присыпана слоем опилок. Виант потянул носом, одно хреново – едой здесь даже не пахнет.
Передними лапами Виант сгрёб опилки в некое подобие ложа. Под поперечной балкой нашёлся пожелтевший лист бумаги – ещё лучше, будет вместо матраса. Можно прилечь на импровизированное ложе и как следует отдохнуть. Только, Виант провёл передними лапами по животу, сперва не помешает помыться. Пусть он крыса, но это не значит, что он непременно должен быть грязной крысой. Да и напиться впрок лишним не будет.
Снаружи дождь набирает силу. Длинные капли барабанят по металлической крыше. Вода потоком льётся вниз. Под обломком трубы, который когда-то был полноценным водостоком, образовался маленький прудик. Виант напился от души. К гадалке не ходи – его ждёт голодная отсидка. А так хотя бы жажда мучить не будет. Мини-прудик похож на ванну, на дне отсвечивают мелкие цветные камешки. Виант нырнул в прозрачную воду. От холода тут же застучали зубы, зато глина и грязь сошли с шерсти мутными облачками. Для полного счастья не хватает шампуня и тёплого махрового полотенца.
Утро всё ближе и ближе. Дождевые тучи закрыли небо и тем самым несколько задержали рассвет. Скоро в детском садике появятся дети, а на улицах города пешеходы и машины. Под верандой Виант на манер собаки отряхнулся и лишь после плюхнулся на ложе из опилок и пожелтевшего листа бумаги. Дробный стук капель о крышу нагнал долгожданный сон.
Глава 10. На все четыре стороны
Адский грохот пробился через уши и тряхнул мозг до основания. Виант ошпаренным котом вскочил на лапы и рванул в сторону выхода. Лишь возле самой щели между бетонными блоками разум сумел перехватить управление над телом. Виант замер на месте, мордочка на половину успела погрузиться в пучок травы. Ещё секунда и он полностью выскочил бы из-под спасительной веранды.
Что это? Винт залез обратно. На улице светло и вовсю гремят детские голоса. Толстые
