Я обернулась, смаргивая злые слезы. Ларс выскочил из машины и схватил меня за плечи. К серьезному разговору я была все еще не готова, но послушно пошла за ним – от холода соображалось уже с трудом. В салоне было тепло. Пахло хвоей. Я села на пассажирское сиденье и стала лихорадочно растирать онемевшие колени. Только обморожения мне для полного счастья не хватало.
– Домой меня отвези, – тихонько попросила я. – Не к себе, ко мне, я хочу побыть одна.
Ларс молча кивнул и завел автомобиль. В глаза мне мой бывший парень не смотрел, уставившись в лобовое стекло.
– Кофе в термосе в бардачке возьми.
Напиток пах просто одуряюще, мои зубы выстучали по металлической чашке бодрую дробь.
– Плед на заднем сидении.
– Спасибо.
Я закуталась в колючую шерстяную ткань и налила себе добавку.
Кофе я люблю без сахара, но с лимоном, Ларс о моих пристрастиях помнил. Я бы умилилась этому факту, если бы могла испытывать что-нибудь, кроме усталости.
Машина мягко затормозила у изящного двухэтажного домика с черепичной крышей.
– Куда ты меня привез?
Меня даже на возмущение не хватило, поэтому вопрос получился вялым и безжизненным.
– Я хочу, чтоб ты кое с кем встретилась, прежде чем…
– Прежде чем что, Ларс?
А, нет, ошибочка вышла. Есть еще порох в пороховницах. Злость подхлестнула мою жизненную энергию:
– Прежде чем ты побежишь совокупляться с какой-нибудь красоткой? Тебе нужно мое одобрение? Да пожалуйста!
Я подняла руку в жесте благословения:
– Совет да любовь!
Ларс молча вышел из машины и открыл дверцу с моей стороны:
– Пожалуйста, Дарья, сделай то, о чем я тебя прошу. Пусть это будет твоим прощальным подарком.
Ледяной демон не был жалок. Даже в этой ситуации он умудрялся сохранять достоинство и какое-то нечеловеческое хладнокровие.
Я, бормоча ругательства, приняла его руку, выбралась из машины и сделала несколько шагов по расчищенной от снега дорожке. Домик как будто появился в Энске прямиком из сказки – ажурные перильца балконов оплетали виноградные лозы. К моему удивлению зеленеющие, несмотря на зиму.
Ларс позвонил в дверной колокольчик и сообщил в приоткрывшуюся дверь:
– Леди Сирин. Нас ждут.
Мы вошли в прихожую больше похожую на оранжерею.
Я начинала догадываться, куда меня привез Ларс.
– Проходи, – он кивнул куда-то вглубь папоротников. – Я подожду тебя здесь.
Воздух был влажным и пах землей после дождя. Я стерла со лба выступившую испарину и ослабила воротник куртки. За кадкой с орхидеями была еще одна дверь, которую после секундного размышления толкнула.
– Леди Сирин, – сахарно проговорила Гриделень. – Входи!
Фейка, в отличие от меня, была аккуратно подкрашена, нарядно одета и лучилась самодовольством и приветливостью.
– Я отрываю тебя от примерки свадебного наряда?
Расшитое жемчугом белоснежное платье выгодно подчеркивало все округлости королевского бюста. Я вспомнила этот бюст под рукой Ларса и, чтоб не упасть, быстро уселась в первое же подвернувшееся кресло.
– Это уже не примерка, – цветочная королева поправила фрердоранж в золотистых волосах. – Через несколько минут я выхожу замуж. До того, как главные часы вашей страны пробьют полночь.
– За Эмбера? – зачем-то спросила я.
– Ну уж не за Ларса! – фея заливисто рассмеялась. – Разумеется, за принца Лета! Хумановские свадебные традиции такие забавные. Это белое платье, фата… Я покажу тебе свою фату, мои фрейлины готовят ее в соседней комнате.
– Не интересует, – пробормотала я, испытав приступ ни с чем не сравнимого унижения. Вот сейчас бы вцепиться кое-кому в волосы и заставить весь флердоранж сжевать.
– А так как настроение у меня прекрасное, – продолжала королева, не замечая сгустившихся над ней туч, – я решила отметить свой праздник хорошим поступком. Возвращайся к Ларсу, девочка и больше никогда не попадайся на глаза мне и моему мужу.
– Большое спасибо за разрешение, – я поднялась с кресла и глубоко поклонилась. – Уже бегу, вот только шнурки поглажу!
В фиалковых очах Гриделень блеснуло раздражение:
– Ты, кажется, так ничего и не поняла.
Фейка тоже поднялась. Я сразу почувствовала себя маленькой, статная королева была гораздо выше меня.
– Ты знаешь кто я?
– Цветочная королева, – пробормотала я, удушающий запах экзотичных цветов щекотал ноздри, пробирался в горло, рождая странные ощущения где-то в животе. – И станешь принцессой Лета через несколько минут, если оставишь меня наконец-то в покое и не опоздаешь на собственную свадьбу.
– Я умею делать с растениями все, – не обращала на мой сарказм ровно никакого внимания собеседница. – И мои растения могут делать все что угодно с живыми существами. Что ты знаешь об афродизиаках, девочка, о волшебной пыльце, об эндорфинах, которые прямо сейчас вырабатывает твой организм, реагируя на определенный запах?
Я не отводила взгляда от приоткрытых розовых губок Гриделень. Мне хотелось ее поцеловать. Черт! Мне это было просто необходимо. Я сжала колени, чтоб унять вибрацию, охватившую мои бедра. Тысячи раскаленных ручейков прокатились по моей спине, побуждая к действиям.
– Ты хочешь меня? – фея прислонилась ко мне всем телом. – Ну, хумановская девчонка, скажи…
– Да, – выдохнула я, прикрывая глаза.
Ее красота была ошеломляющей и такой желанной.
Гриделень рассмеялась, от переливов ее серебристого смеха у меня в животе что-то сладко ухнуло.
– Я ревновала, понимаешь? И хотела сделать тебе больно. У твоего ледяного демона не было никаких шансов против моего призыва. Как и у тебя сейчас. Если я захочу, мы сейчас займемся с тобой любовью, Дарья. Ты этого хочешь?
– Да! – выдохнула я, не открывая глаз.
– Дурочка!
Фея щелкнула меня по носу.
– Это было бы забавно, – аромат изменялся, и через несколько мгновений я уже могла немного соображать. – Я могла бы сделать тебя своей рабыней, узкоспециальной, только для постели. Это немного охладит страсть Эмбера к тебе, как ты думаешь? Или, наоборот, усилит? Мы же сможем делать это втроем. Ты, я и принц…
Я испуганно отступила, зажимая ладонью рот и нос.
– Не бойся! – Гридилень все смеялась, но теперь ее смех не заставлял меня трепетать. – Я не люблю женщин, а еще больше не люблю делиться.
Я вжалась спиной в стену. Теперь меня охватила паника.
– Бу! – подскочила ко мне королева, я испуганно взвизгнула.
– Ты усвоила урок?
– Да, – уверенности в моем голосе недоставало, но я прокашлялась и повторила. – Да. Спасибо за науку.
– Тогда иди и воссоединись со своим ледяным демоном, – велела Гриделень, теряя ко мне интерес. – Теперь ты знаешь, у нас ничего не было и не могло быть, по крайней мере, сегодня.
Сегодня? А в другой день, значит… Стоп, Дашка! Ты сейчас напридумываешь всяких ужасов. Мне действительно надо поговорить с Ларсом.
– Спасибо.
Я неглубоко поклонилась и пошла к двери, за которой он меня ждал.
– Один вопрос, – обернулась я через плечо к королеве, которая любовалась своим отражением в огромном, оплетенном золотыми розами зеркале. – Зачем ты сейчас мне помогаешь? Что тобой движет?
– Желание сделать хороший поступок, – серьезно ответила Гриделень. – Я хочу, чтоб моя свадьба запомнилась мне именно этим.
Верить, или не верить? Да какая разница! Беги, Дашка, пока она не передумала и не выпустила в воздух новую порцию афродизиака. Позорище какое! Сначала ты собираешься переспать с ее женихом. А потом, после небольшого перерыва, уже с ней! Тройничок бы еще предложила, как в тех фильмах, которые ты, конечно же, никогда не смотрела! Фу!
Я выскочила за дверь и схватила за руку Ларса.
– Идем!
– Ты поговорила с цветочной королевой?
– Потом. Все потом. Сначала свежего воздуха глотнем! Быстрей!
Я выскочила на крыльцо, как будто за мной гнались все демоны ада, подбежала к машине и, прислонившись к капоту, дышала, дышала, дышала…
В кармане куртки что-то копошилось, я хлопнула себя по боку:
