«Идиотка, кретинка! Подумай о родных, о друзьях! Разве они заслужили все это? Но ладно они, Вильгельмина говорила когда-то, что ты черствая и эгоистичная дрянь. Тогда подумай о себе! Ты же понятия не имеешь, что у него на уме! Он может сотворить с тобой что угодно, и помешать ему не сможет никто! Твоя жизнь вот уже три дня гроша ломаного не стоит!»
Если бы он хотел ее убить – уже убил бы. Если бы хотел пытать ее и мучить – пытал бы и мучил, у него были для этого все условия. Но он за все это время пальцем ее не тронул и совершенно не пытался издеваться над ней, морить голодом и истязать. Мог бы, но не стал.
«Тогда спроси себя – чего же хочешь ты сама?»
Вернуться? К нормальной жизни, где все понятно и предсказуемо, а события расписаны на годы вперед? К друзьям, которые никогда ее не поймут? В Хогвартс к Макгонагалл, которая не захотела поверить в ее способности? К целителю Асклепиусу, который отказался брать ее на работу без дурацкой официальной бумажки, хотя за три месяца успел убедиться в талантах новой стажерки? К Майклу Корнеру?
Миранда шумно выдохнула, когда поняла ответ на эти вопросы.
«Я хочу остаться с ним. Всегда этого хотела. Лорд Волдеморт внушает мне страх, но Том Реддл всегда обладал слишком большой властью надо мной. И сейчас он тоже здесь, и именно он позволяет мне высказывать все, что у меня на уме, даже при том, что слышать это ему отвратительно. Именно Том Реддл до сих пор не причинил мне никакого вреда».
– Быстрее! – воскликнул мракоборец, про которого она совсем забыла. Миранда моргнула и с изумлением обнаружила, что все эти раздумья, определившие ее дальнейшую судьбу, заняли каких-то несколько секунд. Решение было принято.
Она подняла с пола волшебную палочку, принадлежавшую раненому. Та была скользкой от крови и ложиться в руку не желала.
– Обливиэйт!
Глаза мракоборца стали сонными, пустыми, а лицо расслабилось. Раненый был в полубессознательном состоянии, когда они вошли, но на всякий случай Миранда использовала заклинание Забвения и на нем. Незачем им помнить, что они видели здесь. Миранда вложила жетон в ладонь мракоборцу и сжала ее. Сквозь пальцы пробилось синеватое сияние, и оба мага исчезли. Если в Министерстве не растеряются, раненого еще вполне можно успеть спасти.
Теперь она сидела на красном от крови ковре и внезапно осознала, что снаружи царит тишина. Схватка закончилась, но Миранда продолжала сидеть неподвижно, ощущая дикую усталость и не испытывая никакого желания подняться и выйти из дома или просто выглянуть в окно. Сделанный выбор потребовал слишком много душевных сил. Ее продолжали терзать сомнения, правильно ли она поступила. То есть нет, умом она знала совершенно отчетливо, что только что совершила самую огромную ошибку в своей жизни, но в то же время понимала – она поступила так, потому что именно этого она хотела сама.
Негромкие, хорошо знакомые шаги в коридоре. Сердце пропускает удар.
Том остановился на пороге и, кажется, в первый миг просто застыл, обозревая красные пятна на ковре и сидевшую на полу Миранду. В руках у нее по-прежнему была чужая волшебная палочка, ладони выпачканы в крови.
Он не сказал ни слова о случившемся, не задал ни одного вопроса, но Миранда была абсолютно уверена, что он сразу восстановил перед глазами полную картину происшедшего. И понял не только то, куда пропали еще два мракоборца, но и то, почему они не забрали с собой спасенную заложницу.
Она была вполне готова к его злости на то, что двое противников смогли сбежать. Или к радости, что свидетельница, которая знала о нем слишком много, осталась на месте. Но вместо этого она разглядела нечто совершенно иное. Его злость на нее прошла без следа, и на красивом лице со впалыми щеками на доли секунды промелькнуло торжество – то был чистый, незамутненный триумф, который Миранда видела на его лице лишь однажды. В их первую ночь, когда она впервые назвала его «мой Лорд».
Оно пропало так же быстро, как возникло.
– Идем, – только и сказал Том.
Комментарий к Глава 31
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Спасибо вам всем за такое внимание к моему фанфику - “Сердце змеи” почти неделю продержалось в топе “Популярное”, чего я совсем не ожидала!
Завтра добавлю небольшой новогодний презент, не пропустите!
И следующая глава будет 9-10 января.
========== Глава 32 ==========
Лужайку перед домом разворотило так, будто кто-то деятельный наметил себе вырыть здесь котлован. Из обшивки стен, из крыльца торчали разломанные доски, и на фоне белой краски все повреждения выглядели особенно заметно и уродливо. На земле Миранда увидела два бесчувственных тела, и ощущение тревоги сразу вернулось. На самом Реддле, разумеется, не было и царапины.
– Те, кто спрятался в доме, видели тебя?
– Я стерла им память.
– Этой волшебной палочкой? – он кивнул на ту, которую она продолжала держать.
Миранда безучастно кивнула, а в следующий момент охнула – повинуясь невербальному приказу Тома, волшебная палочка раненого Винса обратилась в пепел прямо у нее в руке. Миранда растерла серый порошок между пальцами.
– Незачем Отделу магического правопорядка, который в скором времени явится, задаваться вопросом, кто мог использовать здесь «Обливиэйт», – Реддл спустился с крыльца и подошел к одному из поверженных противников на земле. Человек лежал на боку и не двигался. Миранда остановилась в нерешительности на ступеньке и зябко обхватила себя руками. К чему все идет, она сразу догадалась, но от одной мысли о пытках мракоборцев к горлу подкатила тошнота.
– А… Монтгомери? – желая хоть немного отсрочить неизбежное, спросила она, внезапно сообразив, что никого, похожего на молодого красавчика-преподавателя, в пределах видимости не наблюдается.
– Я зацепил его заклятием, но он успел удрать.
Миранда посмотрела на него недоверчиво. «Удрать» посреди поединка с Волдемортом мог кто-то, обладающий либо невероятными боевыми навыками, либо фантастической везучестью. На великого воина Монтгомери не особо походил, а везучесть – фактор сложный и непостоянный. И у Миранды все больше крепло странное ощущение, что профессор Трансфигурации смог скрыться по той же причине, по которой ей самой удалось сбежать из поместья Малфоев. То есть потому, что ему позволили это сделать.
Реддл по-прежнему предпочитает сам режиссировать свои спектакли, продумывая все поступки действующих лиц на несколько шагов вперед, не так ли?.. Не потому ли он столько времени сражался лишь с двумя мракоборцами – потому что давал ей время на то, чтобы она…
Додумать эту мысль Миранда не успела – до нее донеслись его следующие слова:
– И я очень рассчитываю получить объяснения, каким же образом здесь оказалась боевая группа из четырех мракоборцев…
Как и раньше в подобные моменты, Том был собран, спокоен и абсолютно уверен в себе. Миранда не могла разглядеть в нем ни предвкушения, ни злости от готовящегося допроса – оглушенных мракоборцев лорд Волдеморт даже не воспринимал как полноценных врагов, чтобы испытывать радость от расправы над ними или раздражение из-за того, что главный противник сбежал. В красивом лице не было ни жалости, ни сострадания, хотя и какой-то особой кровожадности Миранда в нем тоже не видела. Только холодная отстраненность, сосредоточенность и полное отсутствие сомнений в собственном могуществе.
…как Том сказал об этом тогда, в день их свадьбы?.. Что именно это восхищало ее в нем не меньше, чем гениальный ум – его сила, власть?..
Она сердито тряхнула головой, пытаясь сбросить с себя наваждение. И все же невозможно было врать самой себе – наряду с непреодолимым отвращением перед пытками людей она действительно испытывала в эту секунду восхищение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Какой-то ужас.
– Оживи!
Мракоборец пошевелился, открыл мутные после битвы и обморока глаза. Попытался подвигать руками и ногами и тут же застонал от боли.
– Почему вы трансгрессировали сюда? – осведомился Том холодно, наблюдая за залитым кровью лицом безо всякого сочувствия. – Кто отдал приказ?
