длиннопалую ладонь с белыми когтями. Кита осторожно сжала пальцы, любуясь ракушкой.
- Это подарок, - поспешил заметить Речник. – От меня и от Великой Реки. Плата будет куда более щедрой.
- Я знаю, что Король Астанен платит честно, - кивнула Кита. – Я готова идти с тобой, Речник Фриссгейн. Скажи теперь, как ты думаешь отсюда сбежать?
Плеск плавников по мокрым камням послышался снизу, из-под пологого откоса, куда спешила вода, вытекающая из туннелей Флервы. Клубок Озёрных Драконов свился у выхода из подземелья, на краю озера. Один из них поднял тёмно-синюю голову и взглянул на Речника и колдунью. Фрисс задумчиво посмотрел на него, потом – на воду за его спиной и серый туман, заволакивающий горизонт. Туман не таял над Озером Игкой – ни ливень, ни ураган не могли отогнать его от городских стен, возведённых прямо над водой и невидимых в дымке. Фрисс вспоминал высокие арки, зубцы костяных решёток, выпирающие из стен, рэйлингов, кружащих над водой…
- Стена над озером, - тихо сказал он. – На ней полно стражи, и сверху она неприступна… но нет ли брешей под водой? Если бы водяные стражи прикрыли нас, мы проплыли бы над самым дном, через всё озеро, незамеченными – и вышли бы в стороне от городов. Вот только твоя броня…
Тёмно-синий дракон высунул раздвоенный язык.
- Мы поможем, - степенно кивнул он. – Прикроем и пронесём под водой. Днём открыты большие ворота, шлюзы не закрываются на ночь. Скажи нам точный срок, и мы явимся, куда укажешь.
- Спасибо тебе, водяной страж, - благодарно кивнул Речник и посмотрел на Киту. Она негромко рассмеялась.
- Меня часто таскают туда-сюда, - пробормотала она, - но под водой ещё не вывозили. Даже интересно, что из этого получится. Завтра я буду под Багровым Островом, Речник Фриссгейн, и всё, что я хочу увезти, будет при мне. Будь осторожен наверху, я не думаю, что властитель Эннин милосерден к ворам.
- И ты будь осторожна, Кита Элвейрин, - Фрисс коснулся твёрдой ладони. – Я слышал, умертвий приставили следить за тобой. Как бы они не причинили тебе зла…
Дождь наверху не утихал, водосточные жёлобы уже не справлялись, и с каждого выступа набережной в озеро стекал ручей. Фрисс проводил взглядом тёмно-синий хвост, уходящий в глубину, отвернулся от воды и крепко зажмурился.
«Нецис!» - от напряжения всё тело Речника содрогнулось. «Нецис, отзовись! Мне нужна твоя помощь! Где никто не услышит нас?»
Он сел на спину золотого змея, сжав виски ладонями. Тупая ноющая боль медленно рассеивалась. Тихий шелест послышался над головой, ледяная рука дотронулась до тёплого запястья.
«Что случилось?» - Нецис был встревожен, и Гелин, вцепившийся в его одежду, вопросительно пискнул. «Ты выглядишь озадаченным, Фрисс. Ты нашёл то, что искал, или что-то сверх того?»
«Ты прилетел!» - Фрисс стиснул холодную ладонь Некроманта и выпрямился, встав к нему вплотную. Он не знал, есть ли тут посторонние уши, и слышат ли они мысли… в этом городе чародеев всё возможно!
«Нецис, я снова прошу тебя о помощи… наверное, это в последний раз,» - понурился Речник. «Но без тебя никак. Я нашёл Киту Элвейрин. Завтра она уплывёт со мной на запад. Озёрные Драконы пронесут нас под стеной, и мы уйдём в болота и прорвёмся к границе. Не знаю, сможешь ли ты остаться в Гвескене… плохо будет, если Эннин или Ициль отыграются на тебе! Со мной уйдёт Алсаг, Гелин останется с тем, с кем захочет. Я оставил бы его с тобой – тебе нужна будет помощь, если Эннин разозлится. И я по-прежнему был бы очень рад, если бы ты пошёл со мной на Реку, но настаивать я не могу. А помощь мне нужна в другом. Кита в дар получила прекрасную броню из костей, но на этой броне – следящее заклятие. Если бы ты его развеял…»
Нецис молча слушал, серые глаза были непроницаемы, как стальные щитки.
«Та-а… си-меннэль,» - бледная рука до боли сжала пальцы Фрисса. «Много говоришь и чересчур торопишься. Заклятие я развею, это несложно. И это вам ничем не поможет. Эннин и Ахимаас поднимут всё, каждую кость и каждое волокно мха на вашем пути. Если даже на берегу вас укроет вода, костяных мостов вы не минуете. Я очень не хочу, Фрисс, чтобы твои кости обглодал хищный туман, или чтобы твоё сердце скормили Джилану. Эннин совершенно не склонен шутить. Если, уйдя из Гвескена, ты хоть раз ступишь на землю Нерси’ата, живым ты на Реку не вернёшься. Илкор ан Ургул…»
Некромант коснулся своей груди. Фрисс мигнул. Ему было не по себе.
«Спасибо за предупреждение, Нецис, но ждать три года я не могу – и без Киты я не уйду,» - склонил он голову. «Надеюсь, Эннин не взъярится на тебя за моё преступление. Ты знаешь эти земли лучше, чем я знаю Реку, так скажи – как миновать болота незаметно для всех мертвяков и прочей мерзости?»
Некромант стиснул зубы.
«Ато… ато кэи… кэи то-синхи,» - рука, сжатая в кулак, прикоснулась к горлу. «Есть один путь… Дай мне подумать до вечера, Фрисс. Я постараюсь помочь…»
День тянулся долго, вечер – ещё дольше. Речник устроился в гамаке, бок о бок с Алсагом, и слушал сквозь дрёму, как на соседнем острове монотонно воют «морские рога» - в храме трубили в раковины, возвещая, что сезон дождей не за горами. С Костяного Острова доносились визгливые крики умертвий, и в них звучало неприкрытое злорадство. Ставни, сооружённые Мастерами Праха, медленно шевелили узкими пластинами, как насекомые – усиками, и шорох на грани слышимости преследовал Речника на дне беспокойного сна. Потом в сон ворвался резкий запах горелого мяса и удушливой горечи, и Фрисс вскочил, выпав из гамака на пол. Сверху шмякнулся так и не проснувшийся Алсаг.
- Та-а… Мирной ночи, Фрисс, - Нецис, обернувшись, криво ухмыльнулся. Он держал руку над дымящейся маленькой жаровней, и с его пальцев свисал на цепочке агатовый медальон. Дым окутывал его и поднимался выше, но каменный диск так и оставался в серой дымке. Рядом с Нецисом стояла миска, пахнущая пряностями, и время от времени Некромант вылавливал из неё толстых белых личинок и маленькие плоды Чинпы и долго жевал, смакуя вкус. Большая летучая мышь свисала с потолка, с любопытством глядя на жаровню и медальон, кончики её крыльев светились холодной зеленью.
- Нецис… - выдохнул Речник и осёкся, поспешно отводя взгляд. Некромант
