– Вижу, вы выбрали одну из легких, – добавил Крофтон лукаво.
Трис ответил равнодушно:
– Моя Рокселана выбрала ее, о сатана! Она, несомненно, узнала позу, которая доставляет ей наибольшее удовольствие.
– Тогда она будет рада показать ее публике. Но до того момента, я настаиваю, вы должны поставить приз на место.
У Триса не было выбора. Начать торговаться с Крофтоном означало бы привлечь излишнее внимание. Чертовски обидно! Все, что им было нужно, так это несколько минут подержать статуэтку в укромном уголке.
– Когда начнется состязание? – спросил он.
– В полночь, конечно! А до тех пор, пожалуйста, наслаждайтесь множеством маленьких развлечений.
Крофтон пошел поглазеть на тех, кто пытался воспроизвести позы, и поаплодировать им.
Впервые Трис задумался о цене этих драгоценностей и о том, возьмут ли Мэндевиллы деньги вместо них. Возможно, нет, к тому же купить их было бы нелегко для него, если их стоимость значительна. Он был богат, но не так, как мог бы быть богат герцог.
Его дядя всегда сожалел, что не имеет сына. Когда он окончательно потерял надежду на наследника, то обратил свободную часть своего состояния в богатое приданое для шести дочерей. Потом дядя совсем отошел от управления своими владениями. Если бы не надежные управляющие, то семейство было бы в отчаянном положении. После войны настали тяжелые времена, и большая часть доходов уходила на восстановление пошатнувшегося дела. Однако положение семьи обязывало Триса вести светский образ жизни.
И кроме того, эти драгоценности принадлежали Мэндевиллам, и они должны быть возвращены им. Нужно найти для этого любой способ.
От этих мыслей Триса отвлекли голоса гостей, которые жаловались на то, что они заслоняют обзор, и пришлось отойти от камина. Здесь они будут ждать, когда выпадет возможность незаметно взять статуэтку. Если придвинуть потом их плотнее друг к другу, то, возможно, никто и не заметит пропажи.
Трис привлек Крессиду к себе, видя ее отчаянный взгляд. Он уткнулся носом в ее шею, чтобы иметь возможность сказать несколько слов на ухо.
– Не волнуйся. Мы добудем статуэтку. Как ты узнала ее?
– По шляпе, – прошептала она в ответ. – На женщине широкополая шляпа.
Трис узнал запах мыла, которое он посылал в комнату Крессиде. Этот аромат всегда будет напоминать ему об этой девушке.
А вокруг продолжалось веселье. Гости изучали и повторяли позы статуэток. В. центре толпы находился Хоупвелл. Он лежал на полу, а одну из маленьких шлюх усадили сверху. Их тела переплелись. Шлюхе на вид было лет тринадцать, она наслаждалась забавной игрой.
Крессида взглянула на Триса.
– Мы тоже должны будем изображать нечто подобное?
– Нет, не будем! Поверь мне! – Трис погладил девушку по спине, стараясь успокоить.
Крессида почувствовала, что сходит с ума. Она должна была думать только об одном – как украсть статуэтку, но не могла. Близость Сент-Рейвена волновала ее.
Здесь, среди развратных людей и шума, он казался ей единственным близким человеком, желанным мужчиной. Ей хотелось прикоснуться к нему руками, губами…
Сейчас Трис гладил ее по спине, и волны возбуждения расходились по ее телу. Она неожиданно для себя прижалась к нему. Он был горячим, таким же горячим, как она…
Крессида издала сдавленный стон, когда Трис прижал ее к своей груди, как будто он точно знал, что она сейчас чувствует.
Каким же опытным искусителем он был!
Она должна остановить его…
У нее перехватило дыхание. Может ли она позволить ему делать то, что он делает? Но ей отчаянно хотелось этого! Она ждала его поцелуя.
Крессида понимала, что они на виду у всех, но это сейчас не имело для нее значения.
Все еще обнимая ее, Трис коснулся губами ее губ. И на этот раз Крессида потянулась к нему навстречу. Поцелуй обжег и поглотил ее. Она хотела прижаться к нему всем телом. Он положил руки на ее поясницу и теснее прижал к себе. Она застонала…
Через секунду Трис отпустил ее. Она слышала его глубокий вздох.
– Извини. Это зашло слишком далеко. Но мы не можем уйти. Здесь присутствует Крофтон.
Она была готова расплакаться.
Трис поправил ее чадру. Потрясенная, дрожащая Крессида все же чувствовала себя под его защитой.
Крофтон. Виновник всех ее несчастий. Он вышел на середину комнаты и теперь требовал внимания.
– Друзья, вы видите мои новые приобретения! Разве они не пленительны? Прямо из Индии! Они, так же как и этот ранее скучный дом, – результат удачного вечера, который я провел, играя в карты с одним торговцем. Он подумал, что имеет право состязаться с теми, кто сильнее его.
Послышались шутки и смех. Крессида напряглась, но почувствовала, как ее руку сжал Сент-Рейвен. Это было выражением сочувствия и поддержки.
В ней снова ожила боль. Слова Крофтона были язвительным напоминанием о том, что она – человек из другого мира. Когда они уедут отсюда, ей не будет места в мире герцога Сент-Рейвена.
«И не нужно», – решила она, стараясь убедить себя, что это правда.
– Кое-кто из вас уже попробовал эти эротические позы, – сказал Крофтон. – Я организовал спектакль для вас. Он поможет вам стать более умелыми и раскрепощенными со своими подружками.
Он хлопнул в ладоши, и в комнату вошла темнокожая пара в таких же костюмах, какие были на статуэтках. Они поклонились гостям и начали демонстрировать позы. Они выполняли их с такой грацией, лишь с намеком на эротику, что Крессида восхищалась ими.
Крофтон обратился к гостям:
– Махинал и Сони готовы дать уроки щедрым ученикам. Или же вы можете практиковаться друг с другом. Выбирайте партнеров, близких по росту. Увы, Сент-Рейвен, – внезапно он обратился к герцогу, – ваша наложница слишком мала.
– Вы хотите сказать, что у вас есть женщина моего роста?
Все засмеялись, а Крофтон выглядел так, как будто изрыгал огонь. Он продолжал:
– Пейте, ешьте и веселитесь! Экспериментируйте! В полночь гонг объявит о начале состязания. Господин Люцифер – то есть я сам – будет судьей, и победители получат в качестве приза статуэтку, которую они лучше всего изобразят.
Многие гости покинули комнату. Крессида отчаянно думала только об одном. Она ждала удобного момента, чтобы похитить статуэтку. Увы, в комнате осталось достаточно много людей, и это было невозможно.
Она должна что-то сделать.
Может, погрузить комнату во мрак? Но как? Она не видела способа. Пожар? Она могла бы поджечь Стокли-Мэнор…
Нет, она не станет этого делать. Она презирала Крофтона и ему подобных, но они не заслуживали смерти в огне.
Глава 10
Трис задумался.
– Жаль, что у нас нет той статуэтки, которую взял твой отец. Мы могли бы подменить ее.
