зашли. Потом, увидев сидящих на скамейке старушек, я наплела им, что мой муж изменяет мне с блондинкой, живущей в этом подъезде. Старушки сразу же сообщили мне, что голубки только что приехали, назвали номер квартиры, имя, фамилию блондинки и посоветовали: «Ты, милая, иди сейчас туда и выдери Катьке все косы!» Но я сказала, что лучше поговорю с мужем дома вечером о его изменах. Лица старушек сразу стали постными, и они потеряли ко мне всякий интерес.
– Больше вы не видели Льва Сергеевича с этой женщиной?
– Видела! Я стала следить за ними! Сначала они встречались часто, потом их встречи стали реже. Я всё хотела рассказать матери об этой блондинке, но так и не решилась.
– Почему?
– Мать была слишком привязана к нему. Я часто говорила ей, что на её Лёве свет клином не сошёлся, но она не слушала меня.
– А вам не хотелось пойти к этой Екатерине и сделать то, что советовали вам старушки на лавочке?
– Нет, – помотала головой Анастасия, – я понимала, что это ничего не даст. Ведь Яковлев и моя мать не были связаны узами брака. К тому же, если бы я устроила блондинке скандал, она могла пожаловаться Яковлеву, и он просто бы бросил мою мать.
– Может быть, это было бы к лучшему?
– Может быть, – согласилась Анастасия, – но я боялась причинить матери боль.
– А с другими женщинами вы не встречали Яковлева?
– Нет, но я почему-то была уверена, что у него были и другие. Не одновременно, конечно.
– Но вашу мать он не оставлял.
– Это говорит только о том, что с ней ему было удобно. Вот паразит! – вырвалось у Анастасии.
– Хорошо, я могу понять вашу неприязнь в отношении Льва Сергеевича, но за что вы ненавидите Елену Яковлеву?
– Она дочь своего отца! – безапелляционно заявила Анастасия.
– Но это не причина…
– Ещё какая причина! – воскликнула Валентова. – И потом… – она замолчала, кусая губы.
– Что потом?
– Я думаю, что это из-за неё Лев Сергеевич не женился на моей матери в то время, когда мы с Ленкой ещё были детьми.
– Почему вы так думаете?
– Лев Сергеевич относился к своей дочери как к принцессе. Буквально на лету ловил все её желания и сдувал с Ленки пылинки.
– Елена в детстве плохо к вам относилась?
– Нет, – вынуждена была признать Валентова-младшая, – она относилась ко мне нормально. Мы вместе с родителями и с ней ходили на различные культурные мероприятия, на каток и так далее. Но тем не менее я всегда чувствовала, что это Ленка не разрешает своему отцу жениться на моей матери.
– Навряд ли взрослый мужчина станет просить разрешения на женитьбу у своего ребёнка.
– Вы ничего не понимаете в отцовской любви! – с отчаянием в голосе проговорила Анастасия. – Лев Сергеевич был сумасшедшим отцом! И никого, кроме Ленки, он не любил! Уж можете мне поверить!
Мирославе даже стало жаль Анастасию, поэтому она промолчала и только после паузы попросила:
– Запишите мне, пожалуйста, координаты той блондинки Кати и её адрес.
– Как вам будет угодно, – пожала плечами, Анастасия, – но думаю, что вы только зря потратите время.
– Возможно.
– Вот, Никитенко Екатерина. Отчества я её не знаю. Живёт на Старо-ярусной, дом одиннадцать, в двадцать первой квартире.
– Спасибо. – Мирослава поднялась, поставила на место стул, придвинутый во время беседы к дивану, и направилась к двери. Морис последовал её примеру.
Стоя на пороге, Анастасия спросила:
– Могу ли я теперь надеяться, что вы не донесёте на меня в полицию?
– Можете, – коротко ответила Мирослава и стала спускаться по лестнице.
– Ну и злыдня, – сказал Морис, когда они оказались внизу.
– А по-моему, очень несчастная девушка, – не согласилась Мирослава.
– Не знаю, не знаю, она уже достаточно взрослая, чтобы отбросить эмоции и…
– Морис, не помню, кто сказал, что все мы родом из детства. Но в этом явно что-то есть. Человек неосознанно копит свои обиды и не всегда осознаёт, что они мешают ему жить.
– Надеюсь, что Анастасия осознает это, тем более что Льва Сергеевича больше нет.
– Да, как это ни грустно, теперь ей будет легче вытащить занозу из своего сердца.
– Насколько я понял, вы хотите навестить Екатерину Никитенко?
– Вообще-то хочу. Но не сейчас.
Он не стал спрашивать почему. Вместо этого поинтересовался у Мирославы:
– Домой?
Она кивнула.
Глава 9
После полудня телефон Мирославы звонил несколько раз, и она всякий раз уходила в другую комнату.
Морис догадывался, что звонят информаторы. О чём она с ними говорила, он не знал и не пытался узнать, придерживаясь мнения, что, если захочет, сама расскажет.
А в это время в загсе вот-вот должна была начаться церемония бракосочетания.
Невеста, трогательная блондинка Дарья Морозова, приехала первой. А жених Олег Туманов что-то запаздывал. Было заметно, что невеста волнуется, и окружившие её подружки, как могли, успокаивали девушку.
– Дашуля, – говорила одна, – наверное, Олежка в пробку попал.
– Ведь за ним должен был заехать Валерка, – напоминала другая.
– Может, они слегка перепили на мальчишнике и проспали? – высказывалась третья.
– Да нет, – возражала первая, – мальчишник у них был позавчера. Они специально его перенесли, чтобы не напиться накануне свадьбы.
– Но у нас же девичник был вчера, и мы не напились.
– Ну, ты, Свет, и сравнила!
– Девчонки! Я больше не могу! – воскликнула невеста, и её голубые глаза оросились слезами.
– Дашка! Не реви! Я сейчас Валерке позвоню!
Девушка отошла в сторону и стала звонить другу жениха.
– Валер! – кричала она через минуту. – Вы чего там, уснули?
Собеседник что-то ответил ей, и она спросила:
– То есть как не открывает? А ты хорошо стучал?
Ей снова что-то ответили.
– А Димка где? – перешла она на крик. – С тобой? Так у Олега балкон с соседским спаренный. Попроситесь к соседям и перелезьте на балкон. Не догадались сами? Ладно! Перезвонишь мне. Тут уже время регистрации на носу.
– Вот мужики! – бубнила она себе под нос. – Ничего сами сделать не могут.
– Ну что, Рит, дозвонилась? – спросила её хорошенькая рыженькая девушка с задорным курносым носом, усыпанным веснушками.
– Дозвонилась, – отозвалась брюнетка Рита и, обратившись к невесте, добавила: – Проспал твой Олежка. Сейчас Димка с Валеркой его разбудят и доставят.
Та слегка приободрилась.
– Небось, бедолага, до утра уснуть не мог, – хихикнула рыженькая. – Всё о первой брачной ночи думал, – подмигнула она невесте.
– Скажешь тоже, – заметила брюнетка, – о первой брачной ночи. Сейчас у всех эта ночь на второй день знакомства, а у кого – и в первый.
Даша зарумянилась. Но болтовня подруг на какое-то время её успокоила. И тут зазвонил телефон брюнетки.
