к Олегу, Даша почувствовала, как быстро бьётся и трепещет её сердце. Она влюбилась. Потом всё совместно проведённое время она боялась поднять глаза, чтобы случайно не прочесть в глазах Олега равнодушие. Но, прощаясь, она всё же не удержалась и заглянула в них. Они смотрели ласково и дружелюбно.
Все три парочки договорились завтра вечером встретиться снова, но на этот раз в Загородном парке.
Когда девчонки пришли в семь часов вечера, парни уже ждали их у входа в парк.
В Загородном парке существовала целая сеть развлечений, там можно было посидеть в маленьких уютных кафе. Но самое главное, парк этот переходил в первозданный лес, лишь слегка облагороженный руками человека. И в глубине этого леса до конца июня пели соловьи. Конечно, не так интенсивно, как в мае, но всё-таки пели. И от их трелей у современных девушек сердце замирало не менее сладко, чем у девушек, выросших в тургеневских и бунинских дворянских усадьбах.
Нагулявшись в парке, молодые люди и девушки отправились в Старый город на ночной сеанс.
Незаметно промелькнули две недели, и после речной прогулки в выходные на двухпалубном белоснежном теплоходе парочки отделись друг от друга и каждая стала проводить время отдельно от других.
В конце лета Олег признался Даше в любви и предложил жить вместе. Но она, боясь огорчить мать, попросила немного подождать. Тамаре Никаноровне Олег почему-то сразу не понравился, и она твердила дочери как заводная:
– Не пара он тебе, не пара.
Но разве влюблённые слушают кого-нибудь? После новогодней ночи, проведённой в ночном клубе, Даша не вернулась домой, а поехала ночевать к Олегу. Струсив, она отключила телефон, матери перед этим послала эсэмэску: «Не волнуйся, я у друзей».
Когда она под вечер второго января вернулась домой, мать устроила ей грандиозный скандал, после чего примерно месяц они вообще не разговаривали.
В марте Олег сделал Даше предложение. Свадьбу решили отпраздновать в конце мая.
Мать каждый день нудила:
– Кто в мае женится, будет маяться весь век.
Но молодые настояли на своём, тем более что родители жениха не возражали ни против самой невесты, ни против даты свадьбы. Олег сказал, что Даша им очень понравилась.
Чтобы не слушать материнских упрёков, Даша переехала жить к Олегу. Но в начале мая всё-таки вернулась к матери, так как Олег сначала уехал в командировку, а потом, точно старый дед, заявил, что жених и невеста не могут ехать в загс из одного места и тем более на одной машине. Даша не стала спорить, так как до свадьбы оставалось всего ничего. И вот случилось то, что случилось, Олег не только не пришёл на собственную свадьбу, но и вообще пропал.
Заявление о его пропаже у родителей не приняли, сказали, чтобы пришли через три дня. И это несмотря на то что мать чуть ли не в ногах валялась у дежурного. А отец пытался донести до его начальника, что его сын не пришёл на собственную свадьбу.
– Понимаете? – спрашивал он. – Такого же просто быть не может!
Но с таким же успехом он мог вопрошать каменную стену. Ему сказали:
– Э, батя, в жизни всё случается! Загулял твой сынок с горя!
– Да с какого-такого горя-то?
– Так ждало его в загсе полное лишение свободы! – дежурный засмеялся своей шутке.
А родители поплелись прочь, решив прийти через три дня, а пока самостоятельно обзванивать все морги и больницы.
Даша продолжала жить у подруги. Её нервы были натянуты как струна. Она по сто раз в день просматривала свой телефон, нет ли пропущенных звонков или эсэмэски. Девушка продолжала надеяться, что Олег вот-вот найдётся.
И он нашёлся. На третий день на работу ей позвонила соседка тётя Оля и попросила срочно приехать домой, так как её мать в очень плохом состоянии.
– Что с ней? – спросила Оля.
– Сердце прихватило, – ответила соседка и сразу отключилась.
Даша отпросилась с работы и сломя голову помчалась домой. Дома её встретила не только «Скорая», вызванная для матери, но и полиция.
Вежливый следователь небольшого роста представился Александром Романовичем Наполеоновым и повёл её на их собственную кухню.
– А как же мама? – попробовала протестовать Даша.
– Вашей маме дали лекарства, сделали уколы, и с ней будет всё хорошо.
– Я ничего не понимаю.
– А вот мы с вами присядем на кухне, и я вам всё объясню. – И тут он добавил фразу, которая самому ему показалась глупой: – Вы только не волнуйтесь.
– Как же я могу не волноваться, – возразила ему Даша, – если моей маме плохо.
– Она скоро поправится, – с подозрительным убеждением заверил её следователь.
Даша решила, что от её пререканий пользы мало, и чем она быстрее выслушает его, тем быстрее всё разъяснится.
Следователь начал издалека:
– У вас ведь пропал жених, – он внимательно посмотрел на Дашу.
– Да, Олег не пришёл на нашу свадьбу, – ответила девушка. – Но какое это значение имеет сейчас? Моей маме плохо, – напомнила она.
– Да, я знаю. Видите ли, ваша мама собралась сегодня утром в магазин, открыла дверь и обнаружила у порога неизвестный рюкзак.
– Ну так что же? Надеюсь, она не присвоила его?
– Нет. Но она внесла его в дом и открыла.
– Я много раз говорила ей, чтобы она не приносила ничего в дом и вообще не прикасалась к оставленным кем-то вещам.
– На этот раз ваша мама вас не послушалась. Она объяснила это тем, что подумала, будто бы вы перед работой заехали домой, но не смогли её разбудить. – Следователь вопросительно посмотрел на Дашу.
– Да, мама действительно крепко спит, – подтвердила девушка, – но я не заезжала домой и ничего у порога не оставляла. Я же не безумная!
– Но ваша мама подумала…
– Как это похоже на неё, – перебила его Даша.
– Короче, ваша мама занесла рюкзак в квартиру, открыла его. Внутри оказался упакованный мешок, она его открыла и закричала. На её душераздирающий крик и прибежали соседи.
– Но почему моя мама закричала? В мешке находилось взрывное устройство? – спросила Даша.
– Нет, в нём находился разрубленный на куски труп вашего жениха.
– Что?! – переспросила Даша.
– Обескровленное тело Олега Туманова.
– Нет! – Девушка вскочила со стула. – Я вам не верю! Могу я на него посмотреть?
– Нет, не можете.
– Почему?
– Ваша мама его уже опознала. Позднее останки были увезены в морг, где его и опознал отец вашего жениха.
– Я еду туда! – решительно заявила Даша, она сделала два шага, но покачнулась и потеряла сознание.
– Врача! Врача сюда! – закричал следователь.
Третья по счёту вызванная с начала утра «Скорая помощь» для Тамары Никаноровны увезла в больницу дочь.
