мне. Смотрю на девчонку, а она треснется пуще прежнего. Да все, крошка, отыграла свою роль, можешь выдыхать. Еле дожидаюсь конца этого конченного аукциона. Девки спускаются со сцены, а блондиночка убегает за кулисы. Не понял.
Нашел ее на первом этаже, поплутав по особняку. Разозлила, сучка. Но злость сменяется удивлением. Какой-то сукин сын зажимает ее в углу, да еще и руку поднять успел.
— Девушку отпусти, — ноздри раздуваются от злости.
Мужик оборачивается и испепеляет меня взглядом. Со мной это не работает. Этим он только смазливых мальчишек и девчонок напугает. Мое выражение лица не меняется, разве что появляется звериный оскал в предвкушении стычки.
— Здесь служебное помещение, вам на второй этаж. — чудак. Не иначе.
— Я заплатил за девчонку, уйду с ней.
— Вам придется выбрать другую. Или мой помощник распорядиться, чтобы вам вернули деньги. — старик не думает последствиях этого разговора. Он явно не в курсе, что перед ним не вшивый бизнесменишка.
— Ты меня не понял, я уйду с ней. Меня не волнует, что вы будете делать после. Тратить время я не намерен.
Мои ребята забегают в помещение. Реагируют быстро, достают пушки, но не направляют. Старик кажется не из пугливых. Лицо искажается от ярости, покрывая желтое лицо глубокими морщинами. Тянет девчонку на себя, от чего та шипит от боли.
— Ствол убери, на моей территории никто не смеет доставать его. — вот и представились.
Выходит это тот самый Алекс, мелкая пешка местной мафии. Скользкий тип, наслышан. Кичиться властью, которую забрать у него лично мне ничего не стоит.
— Никто не смеет гавкать на меня, не зависимо от того, на чьей территории я нахожусь. — такой тон со мной не проканает. — Никто не смеет трогать то, что принадлежит мне. Даже если это проститутка на одну ночь.
Оставляю девчонку в номере, сам выхожу на улицу, даю ребятам указания по поводу этого скользкого типа. Доверять ему я не намерен. Безопасность выше всего. Сомневаюсь конечно, что он посмеет рыпаться. По-любому пробьет мои данные. И я позволю ему это сделать, пусть узнает, кто я такой.
В наушнике раздается голос.
— Господин Хейг, срочно.
Плохое предчувствие долбит по башке. Быстрым шагом иду в комнату, где оставил девку с охраной. Если этот старикашка решил что-то выкинуть, второй раз не стерплю, сука.
Подхожу к двери и слышу истерический крик девки.
— Я сказала уходи!
Захожу в комнату, а там девчонка стоит с осколком у горла, угрожает, из глаз-слезы, из ладони-кровь. Лиана, кажется. Красивая, и имя красивое.
Стою в ахере от увиденного. Я же думал, что она играет, всего лишь отрабатывает деньги. Но в глазах у девчонки стоят не только слезы, но и страх с отчаянием. Мне становится интересно, почему она в таком состоянии. Может действительно не по своей воле здесь.
Так, гнать эти мысли к херам, Мэтью.
— Что здесь происходит? — спрашиваю, выставляя руку вперед, надеясь на то, что она не сделает это.
— Я ни за что не позволю больше ко мне так относиться! Ты не прикоснешься ко мне! — девочка ударяется в истерику. Ее крупные слезы стекают по щекам, размазывают тушь.
В этот момент происходит страшное. Лиана, резко проходится осколком по своей тонкой шейке. Срываюсь к ней, перехватываю ее руку и смотрю на рану. Успел. Серьезных повреждений нет, рана не серьезная. Капли ее крови на моих руках, ее глаза. Мой страх за мелкую дурочку. Лиана теряет сознание, все от шока, может от резкой боли. Но жизни ничего не угрожает.
Следующий час не анализирую свои действия, не соображаю что творю. Действовать надо быстро. Привожу в чувства, делаю девчонке повязку, благо артерию не повредила, кровь остановил быстро.
Раздаю приказы охране. Готовят почву к нашему отъезду, чтобы исчезновение девчонки не заметили до утра. А дальше будем шагать по ситуации.
Глава 20
Раздаю указания охране. Готовят почву к нашему отъезду, чтобы исчезновение девчонки не заметили до утра. А там решим вопрос.
В комнату заводят блондинку, похожую на Лиану.
— Шуму не наделали? — спрашиваю у ребят.
— Нет, все чисто. Машина готова. Вот вещи для девушки. — отчитывается и отдает чехол с мужским костюмом.
— Как звать? — спрашиваю у блондинки, стоящей в откровенном платье.
— Тата.
— Значит так, Тата, сейчас ты разденешься и ляжешь спать в этой комнате. Одежду свою брось в мусорку, в ванной. Платье Лианы наденешь утром. Ты ничего не знаешь, ничего не видела. Тебя привели сюда, после чего ты легла спать. — даю указания.
— Поняла.
Лиана выходит из ванной в мужском костюме, на голове шляпа с широкими полями. Волос не видно, лицо впрочем тоже можно скрыть под ней.
— Зачем тебе это? — спрашивает Лиана хриплым после истерики голосом.
— Без вопросов. Если готова, через три минуты выходим, как дадут отмашку. — Сам не понимаю, зачем мне это. Ответить нечего. Что мне до како-то смазливой, малолетней девчонки.
Ждем, когда охрана отключит камеры на этаже и по периметру. На лестнице, как ни странно камер нет. Лошки. Охрана тоже оказалась сговорчивой. Угостились хавчиком со снотворным. Мои ребята сработали отлично. Рядом с собой держу только профессионалов, лично занимаюсь их аттестацией перед приемом на работу. Рисковать жизнью не намерен. У меня много врагов. Не раз покушались на мою жизнь.
Девчонка разделась и уже под одеялом. Мы же стоим на готове. У нас в запасе всего три минуты.
По сигналу выходим и садимся в машину. Охрана прикрывает наш отход, на всякий.
— Почистите следы. — даю указание двоим, что остались в борделе.
Едем молча, смотрю на девку и понимаю, что не готова сейчас разговаривать. Сидит бледная, трясется.
Лиана
В голове все не укладывается. Только что мне помог сбежать человек, который еще недавно вел себя как последняя скотина. Я не буду романтизировать его поступок и очаровываться. Только такая резкая перемена в его настроении меня пугает. Я итак вся трясусь от страха.
Да еще и шея болит. Я не рассчитала силу. Отделалась только кровотечением и испугом, благодаря которому я и потеряла сознание.
Мы едем уже больше двадцати минут. А я только сейчас хочу задаться вопросом «куда?». От этого начинаю нервничать, тереблю край мужского пиджака, что надела в том борделе, скрываясь с незнакомцем. Осматриваю дорогу.
— Не дергайся, — слышу хриплый, уставший голос мужчины. Я кстати до сих пор не знаю его имени. — Спрячу тебя пока у себя дома. Потом помогу в другой город или страну перебраться незаметно.
В его голосе нет раздражения. Поэтому я решаю начать задавать вопросы.
— К
