нарочито серьезно выедает Ден.
Устаиваемся на диване, укрываемся пледом и смотрим фильм, попивая действительно самый вкусный глинтвейн, который я когда либо пробовала. Комментируем и смеемся весь фильм. И все проблемы улетучиваются, как будто их и не было. Ну хотя бы до утра.
Следующую неделю я брожу по дому, не зная чем себя занять. Ден уехал на несколько дней. Сказал, что какие-то дела.
«Принцесса, если тебя кто-то будет обижать, скажи мне. Я зад этому уроду надеру», перед отъездом сказал он.
Мне принесли пакеты с новой одеждой. Зимние вещи тоже там были. Теперь я хотя бы могу гулять по территории этого замка.
Мэтью уходит рано, приходит поздно. И то, мы с ним даже не общаемся. Иногда встречаемся за ужином, обмениваемся парой фраз и на этом все. Меня это бесит. Мне не только хочется знать, что там с моим делом, но хочется чего-то большего, чем игнорирование друг друга. Но его донимать я так и не решаюсь. Раз уж заниматься нечем, я помогая Зое по дому. Тренируюсь в спорт зале, который я нашла так же на первом этаже.
Прошло еще 5 дней. Сижу на диване, листаю каналы. Время два часа ночи, спать не хочется. Дом пустой. Мэтью до сих пор не вернулся. Не то, чтобы я о нем думала (конечно нет), просто мне не комфортно находиться одной в большом доме ночью. Да, веду себя как маленькая, и что.
Входная дверь резко открывается, с грохотом бьется о стену. Я подпрыгиваю, слетаю с дивана, подрываясь на ноги. На пороге показывается мужская фигура, широкоплечий силуэт двигается в сторону лестницы. Мэтью. В комнате темно, не сразу его узнала. Останавливается.
— Ты че не спишь? — по голосу понимаю, что он взбешен, зол.
— Не спиться. — тихо отвечаю я.
Только сейчас замечаю, что он держится за грудь, склонившись чуть вперед. Выглядываю, чтобы разглядеть, делаю шаг и ахаю.
— Господи, у тебя кровь! — громче выдаю я. — Ты ранен.
— Иди спать и не путайся под ногами! — яростно рычит Мэтью.
Он направляется в свой кабинет, прихрамывая и держась за предметы мебели. Я никак не отреагировав на его слова, иду за ним. Подхватываю за руку, кладу ее на свое плечо. На что он дергается и останавливается. Пытается убрать руку, убийственно смотрит на меня. Кажется еще чуть-чуть-чуть и он сожжет меня за живо. Его глаза поблескивают, луна заглядывает в окно, подсвечивая голубизну его глаз.
— Что ты делаешь? — снова рычит.
— Не развалишься, если я помогу. Хватит уже иголки выпускать, я не кусаюсь. — от моих слов ярость в его глазах вспыхивает сильнее. Но помощь мою принимает.
Захожим в кабинет, помогаю опуститься на диван.
— Где у тебя аптечка?
— Иди спать, мне пришлют доктора.
— Да когда это еще будет. Так где аптечка?
— Настырная девчонка… в ванной, на первом.
Бегу в ванную, открываю первый шкафчик под мойкой и вуаля, увесистая аптечка у меня в руках.
Захожу в кабинет. Мэтью пытается снять пальто. Шипя и матерясь, сил у него хватает только на один рукав. Включаю свет, от чего глаза начинают слезиться.
Когда смотрю на его рану, чуть выше груди, глаза превращаются в два огромных блюдца. Это огнестрельное ранение. Это же нужно не просто обработать рану, но и достать пулю.
Господи, в него стреляли.
— Раз уж напросилась помочь, не стой как вкопанная.
Оживаю, помогаю ему снять пальто. Сажусь на диван рядом с ним. Еще раз смотрю на его рану. Не так уж все и плохо, наверное. Выстрелили не в грудь и не в живот, значит органы в порядке.
— Пуля там, а я никогда этого не делала. — смотрю в его глаза. Он спокоен, кажется, только крепко стиснуты зубы.
— Обработай руки. В аптечке есть все необходимое. Достань пинцет и обработай его.
Делаю все, что он говорит, мои руки немного дрожат. Только сейчас до меня доходит на что я подписалась. Но я не могла поступить иначе. Не могла бросить его в таком состоянии, истекать кровью. Выбора нет.
Вспоминаю свою рану на шее, реакцию на кровь. Главное и здесь не потерять сознание.
— За столом есть мини бар, дай бутылку виски. — хриплым голосом отдает мне приказ. Я поднимаю на него глаза. На что он вопросительно выгибает бровь.
— Может лучше обезболивающее? — неуверенно предлагаю я.
— Неси виски. — отрезает дальнейшие препирания.
Отдав ему бутылку, обработав руки и пинцет, беру ножницы и режу рубашку Мэтью, чтобы добраться до раны. Чувствую его взгляд на себе, но выключаю все, что мешает мне сосредоточиться.
Мэтью говорит, что мне делать, я аккуратно выполняю. Промываю рану кипяченной водой, протираю кожу вокруг раны антисептиком. Мэтью сильнее стискивает зубы и издает глухой тихий стон. Смотрю то на него, то на рану, отслеживая его реакцию. Ловлю его взгляд каждый раз.
Самое сложное-нащупать пулю пальцем. Мысленно благодарю бога, что из-за всей котовасии не записывалась на маникюр, а пилила ногти сама. Попутно останавливая кровь, я как можно аккуратнее ощупывала рану. Казалось прошла вечность. Мэтью извелся матом и мычанием. На грани потери сознания, заливал в себя алкоголь. Да я сама чуть сознание не потеряла. По ощущениям прошла вечность. И вот, наконец я нащупываю пулю. Раздвигаю края раны и пинцетом захожу внутрь, направляя его к пуле.
В этот момент заходит помощник Мэтью и молодая девушка с небольшим ручным чемоданчиком. Поворачиваем в их сторону головы одновременно. Мэтью дает небрежный знак рукой, и они скрываются за дверью. Вижу удивление на лице помощника и неприязнь в глазах девушки.
— Давай, принцесса. Ты сможешь. — шипит от боли Мэтью.
Что? Он назвал меня принцессой? Еще несколько дней назад его буквально перекосило от того, что Ден назвал меня так. А теперь сам так называет. Выключаю эти глупые мысли, дурманящие мое сердце.
Достаю пулю и кладу ее на стол. Промываю рану водой и накладываю повязку. Откидываюсь на спинку дивана, закрываю глаза. Успокоить рвущее наружу сердце не удается..
— На, сделай глоток. — дает мне бутылку, я охотно принимаю и прикладываюсь к горлышку. Напиток обжигает губы, язык и горло. Один глоток, закашливаюсь. Вернув бутылку, смотрю на мужчину.
— Ты как? — глупый вопрос. Но молчать уже нет сил.
— Жить буду. Ты отлично справилась. Иди к себе, ты устала, испачкалась.
Он осматривает меня. У меня моментально загораются щеки, и каждый участок тела, что он осматривает. Грудь рвано поднимается. Дыхание прерывистое, частое. Он так смотрит, что я проваливаюсь в омут.
Стук в дверь отрезвляет нас. Он отрывает свой взгляд от моего
