фамильяра рукой. Все равно ему бесполезно что-либо доказывать. А кому, если не мне знать наверняка: Рельд и я не созданы друг для друга.
А сон мне приснился, надо сказать, довольно странный. Но на то он и сон. Всякое может привидеться.
Ищу глазами Рафика. Не нахожу. Не приходил, значит.
Глава 7. Покорить принца, или Произведенный фурор
Нарядиться-то к завтраку нарядилась. Однако меня начинают будоражить какие-то непонятные сомнения. При этом оконфузиться снова и стать посмешищем не боюсь. Уже привыкла к подобному. Но все равно отчего-то вся дрожу. Как в ознобе. Даже зубы клацают. Аж до потери сознания переживаю, когда наступает время выходить. Буквально трясусь от ужаса. Да что там, даже поджилки вибрируют от волнения.
Никогда еще не беспокоилась о том, как выгляжу. Зачем же теперь понадобилось одобрение окружающих не понятно. Наверное, просто хоть раз в жизни хочется всех удивить. Показать, что ничем не хуже других.
— Отбрось сомнения! Все равно вчерашний фурор ничем не затмить! — почувствовав мое состояние, “успокаивает” меня Хомыч. — И без вкусняшек не возвращайся. А я еще вздремну часок-другой, — зевает он и запрыгивает на кровать. — Карманов в твоем платье для меня все равно не предусмотрено, так что никуда не пойду. Лапками перемещаться лень, а просто на плече сидеть — замаяться можно, ты же носишься как егоза.
Хм, наверное, надо косу распустить. Да, точно, так будет лучше и пятно заодно прикрою волосами.
— Ты это, побольше необычного прихвати с собой. Эксклюзивчика, так сказать, — продолжает фамильяр, когда я тянусь за расческой. Хмыкаю про себя. Кто о чем, а Хомыч как всегда о еде…
Вот все удивятся, когда я поем и прежде чем уйти, прихвачу с собой еще пару тарелок с едой и все равно что не себе. Ладно, больше, чем вчера все равно уже не оконфужусь — будут зверенышу вкусняшки.
Проходя мимо напольного зеркала, так сказать, “на дорожку” заглядываю в него, чтобы еще раз оценить то, как выгляжу. Скулы на моем лице хорошо очерчены, плечи выглядят плавными, подол нежно струится, выгодно подчеркивая изгибы тела. Родимое пятно, кажется, будто побледнело на несколько тонов и идеально спряталось за слегка вьющимися после косы прядями. Оно по-прежнему чешется, но уже не настолько сильно, как вчера.
Стоит мне только приблизиться к входной двери, как со стороны окна раздается:
— Погоди!
Я резко оборачиваюсь на голос вернувшегося кота.
Рафик выглядит как-то иначе. В его шерсти больше нет золота.
Разительная перемена в найденыше не остается и без внимания Хомыча.
— Ты что, в луковой шелухе всю ночь варился? — фыркает он. — Ну, после того как разок наведался к нам с Хлоей в кровать.
Хм. Значит, прикосновение кошачьей лапки мне все же не привиделось во сне?
— Всего лишь хну нанес. Для придания изумительного оттенка шерсти и ее укрепления, — закатывая глаза, выдает кот.
— Ну да, ну да… Так я и поверил… — смеется хомяк, лежа на подушке.
— Хлоя! — не обращая внимание на выпад моего фамильяра, подбегает ко мне Рафик. — Ты ничего не бойся. Я уверен, что сегодняшнее сражение будет за тобой. Ты будешь блистать, да так, что все позабудут твое появление на балу в образе чурвыльвы. А принц почувствует насколько был не прав.
И с таким теплом, плескающемся в небесных глазах Рафик уставился на меня. Мне стало невероятно приятно. Киваю и глубоко вздыхаю. Кажется, даже краснею.
— Ты артефакт левитации-то хоть вернул? — поддевает кота Хомыч, выводя меня из легкого ступора.
— Работаю над этим. Для начала мне нужно плотно позавтракать, — как ни в чем не бывало отвечает кот. — Возможно, еще и пообедать.
— Представляю как вытянутся лица слуг, когда артефакт найдется в небольшой кучке, — от смеха хомяк упал с кровати и начал кататься по полу.
— Что естественно, то не безобразно! — парирует кот, а в следующий миг обращается ко мне: — Хлоя, нам пора.
Слова кота о победе в битве как молитву повторяю себе всю дорогу в зал. Хорошо, что на время отбора додумались указатели повесить. Можно легко сориентироваться куда идти, а так бы точно потерялась. Хотя нет. Не потерялась бы. Со мной же Рафик — отличный знаток замка драконов.
— А все-таки жаль, что ты перекрасился. Мне нравилось золото в твоей шерсти, — пытаюсь по пути завязать разговор. — Признайся, от кого гримируешься?
— Как-нибудь потом расскажу, если получится…
Не стала допытываться. Потом так потом.
Уже перед самой дверью в столовую, высокой, двустворчатой, с серебристо-белыми витражами, мое сердце замирает. Словно перестает биться. Испуганно хватаю ртом воздух и делаю еще один шаг вперед. Раф с гордо поднятым хвостом семенит рядом. Лакеи приоткрывают створки и… Все взгляды прикипают к нашим скромным персонам.
Смотрят, буравят взглядами, ошарашено хлопая глазами. Оценили наряд представительницы серпентария. Сидят и раздосадованно прикусывают губы.
Проходит мгновение, по столовой прокатывается тихий гул голосов.
Конкурентки, не стесняясь, прямо при сидящем по центру стола короле, начинают обсуждать меня. До меня доносится: "Это та самая вчерашняя выскочка… Как так можно… Стыд… Позор…"
Я высоко задираю подбородок, и представляю как между мной и ими появляется стеклянная стена. Как их слова-мухи, встречаясь с преградой, стучаться об нее и замертво падают на пол, усыпая его своими хрупкими тщедушными тельцами.
Несмотря на горящие щеки, ни на миг не позволяю себе показать соперницам, что меня задевают их противные замечания и оскорбления. Меня больше интересует, что здесь делает король. И почему вызвавшей нас на завтрак распорядительницы отбора за столом нет.
Книксены в деревне меня не учили делать, но я учтиво, как могу, кланяюсь Мерелу Великому.
— Прекрасно выглядите, Хлоя, — обращается ко мне его величество. Надо же, узнал меня без вчерашних прикрас, в натуральном, так сказать, виде. Хотя, до него ведь тоже донеслись обрывки фраз, которыми меня без зазрения совести и стеснения наградили девицы. Наверное, так он и понял кто перед ним…
Девушки, отчего-то притихли. Рты пооткрывали, слушают. Король продолжает:
— Вы сегодня не одна, а с фамильяром. Замечательный у вас рыжик. У моей супруги фамильяр — змеюка подколодная. До сих пор не могу привыкнуть, когда она под простынь залазит. Скользкая тварюшка. Кстати, это одна из причин, по которой я рано встаю, — неожиданно подмигивает он мне. — Заодно решил познакомиться со всеми красавицами поближе.
В ответ я улыбаюсь.
— Вы очень добры, ваше величество, — перетягивает на себя внимание Присхита, глазками хлопает. Красивая ящерица чешуйчатая. Яркая. Оливковая кожа блондинки отливает золотом, а алое платье сидит превосходно, подчеркивая ее соблазнительные формы.
Напряженная обстановка
